Андрей Канарейкин – Ученица падшего бога (страница 45)
— Всего у тебя хватит, ты наш защитник! — повинуясь внезапному порыву крикнула в ответ Виктория, бросила посох на землю, а потом приблизилась к магу и крепко обняла сзади, прижимаясь своей грудью к его спине.
Это было сделано не только ради моральной поддержки — при тактильном контакте, пусть даже через одежду, жрица могла попытаться передать мужчине часть своей энергии. Да, она никогда этого не пробовала и вообще не думала, что такое возможно, но в экстремальной ситуации эта идея пронзила её сознание как гром среди ясного неба. И подобный метод сработал. Заняв ману у жрицы, Ори расслабился, закрыл глаза и полностью сосредоточился на своём заклинании.
И тут шипы монстра выстрелили, вырывая из его тела куски кожи с мясом. Перед самым ударом многочисленных снарядов о жёлтый барьер, произошло две вещи: во-первых, Мария вскинула руки и отправила в сторону летящих шипов яркую молнию, сбившую три снаряда, а во-вторых, Кен выскочил за пределы щита и с криком «Танец клинков во дворце зеркал!» совершил какое-то едва различимое для зрения Виктории движение мечом. Всё что жрица поняла — так, это то, что самурай их спас, потому что после его странной атаки добрая половина шипов до магического барьера просто не долетела, разлетевшись в воздухе на куски.
И всё же, удар был мощным. Вернее, град ударов. Вика частично ощутила это на себе, поскольку делилась маной с Ори, который не переставал подпитывать защитное заклинание и по сути принял атаку на себя. Из ноздрей и правого уха мужчины прыснула кровь. У Виктории же закружилась голова и отнялись ноги — на несколько минут после атаки монстра девушка просто перестала чувствовать свои нижние конечности и теперь блондинка просто повисла на шее у Ори, который и сам едва стоял на ногах. К счастью, щит выдержал. Ровно до последнего шипа, после столкновения с которым магический барьер рассыпался на части словно разбитое стекло. Однако, на этом неприятности не заканчивались. Армитокс в третий раз издал рёв, на этот раз более тихий, и постепенно переходящий в хрип. Его массивные ветвистые рога вдруг засияли, и исходивший от них свет начал маленькими капельками собираться в шар над головой чудовища.
— Не, ну нахуй, — тяжело дыша сказал Ори, — это я уже точно не выдержу.
— Мой выход, — спокойно бросил Линч, — Мария, прикрой. Кен, добиваешь.
По всей поверхности доспеха командира начали загораться алые руны. Очень похожие на те, что Виктория видела у эльфийки на первом этаже башни Нэш. Только оттенок был всё же немного другим. Насколько похожими были сами символы, Виктория судить не бралась.
— Именами Арису и Рал-Нэш-Уторы, я нарекаю тебя чемпионом в этой битве, командир Линч! Будь же благословлён и победи! — закричала жрица, одновременно активируя на авантюристе способности «греховная мощь» и «вдохновить на подвиг». В конце концов, если не использовать два своих самых ультимативных баффа когда жизнь всей команды висит на волоске, зачем они вообще нужны?
Линч почувствовал, как вместе с активацией последних рун доспеха его тела наполняет ещё и другая, незнакомая ему доселе мощь. «Так вот вы какие, эпические усиления» — подумал авантюрист. Мужчина чётко понял — как минимум в следующие три минуты он здесь единственный бог. И никакой армитокс-переросток для него не конкурент. Что именно было дальше, Виктория и Мария не видели — Линч для них превратился в красно-чёрную смазанную полоску, кружащую вокруг монстра. Даже Ори и Кен не могли толком разглядеть происходящее. Просто через секунду рога чудовища вдруг разлетелись на кусочки, и формировавшаяся в них магия рассеялась. Ещё через секунду от монстра отлетела одна лапа, затем вторая, третья, затем из распоротого брюха на землю посыпались внутренности… И наконец, от уже порядком изуродованной туши гигантского монстра была отсечена голова. Чёрно-красная полоска замерла на месте и снова превратилась в Линча. Мужчина осматривал свой двуручный меч, вертя его в одной руке словно тростинку. Клинок был погнут и весь покрыт толстыми трещинами. Казалось, единственная причина по которой он до сих пор не развалился — только чтобы не портить момент триумфа своего хозяина.
— Победа! — крикнула Виктория, и к ней присоединился одобрительный гул.
И тут кровь мёртвого чудовища пришла в движение.
Глава 22. Доигрались
Почему Виктория именно сейчас вспомнила рассказ Нэтто о божественных правилах? Да потому что пресловутое прямое вмешательство происходило у жрицы на глазах! Сам по себе рогатый медведь-переросток ещё по каким-то причинам мог сойти за действующего в рамках правил посланца Ивбриса (всё-таки у Вика не могла на глазок определить, превышает божественная мана условную норму, или нет). Но вот кровь убитого монстра, сформировавшаяся в огромный шар в нескольких метрах над землёй, излучала такую силу Архидемона, что ни один из авантюристов не мог даже пошевелиться. «Ну это уже ни в какие ворота. Нэш, Арису, у вас там есть какой-то специальный план на случай подобной херни?» — подумала Виктория. Её сердце бешено колотилось, отдавая мерзкой болью в висках. Шар крови начал вибрировать, и жрица снова услышала голос Ивбриса:
— Ты когда-нибудь задумывалась о том, что момент твоего триумфального возвышения может не наступить, ходящая-за-гранью? Что кто-то может обречь тебя на вечные скитания по Верданту? Лишённую способности умереть и вынужденную наблюдать, как жизнь любого, кто тебе дорог превращается в ад? Так будь же ты проклята!
Сгусток тёмной жидкости взорвался и обрушился на авантюристов кровавым дождём. Капли, попавшие на кожу Виктории, жгли и вызывали адскую боль, но жрица даже не могла закричать — огромная концентрация маны Архидемона всё ещё мешала двигаться. А затем, капли начали впитываться, проникая внутрь тела. И тут паралич спал, и все пятеро «Змееловов» рухнули на землю, вопя от боли. Вика думала, что сойдёт с ума. То, что она испытывала, было даже хуже действия рабской печати. Система явно пыталась что-то сказать жрице, но вместо привычных букв блондинка видела в интерфейсе лишь нечитаемые символы… Сколько времени Виктория и остальные провели в этом аду, девушка сказать не могла. Всё закончилось так же внезапно, как началось. Свет, заливавший берег озера, вдруг стал намного теплее и ярче, и боль отступила. Вика увидела, как тёмные пятна на её коже и на лысине валявшегося рядом. Ори постепенно исчезают. Жрица ощутила поблизости присутствие ещё одного бога. «Чодос…» — только и успела подумать она, прежде чем провалилась в глубокий сон без сновидений. Как и остальные авантюристы.
В небе над королевством Валорс, недалеко от города Эсхем, зависли две массивные фигуры. Одна — худой мужчина в золотой тунике и сандалиях, с длинными волосами, представлявшими собой живое пламя. Другая — дракон, с чешуей из льда и полностью чёрными глазами. Впервые за всю историю Верданта конфликт двух богов дошёл до того, что оба не побоялись воплотиться.
— Почему ты стоишь на моём пути, Чодос? — проревел дракон.
Фигура мужчины поморщилась. Строгое лицо выражало крайнюю степень неприязни. Пылающие огнём глаза сузились, и Вердантский бог света ответил:
— Я вмешиваюсь, потому что защищать невинных — правильно.
Дракон расхохотался:
— Невинных? Вот как ты называешь жрицу, нарушившую клятвы трём разным богам всего за пару месяцев! Умора!
— Виктория не давала никому полноценных клятв. Она всего лишь дитя, ставшее жертвой чужих интриг. Ваших с моим братцем интриг, Ивбрис. Которые, к слову, вы начали плести уже после того, как всех нас предупредили о том, что девчонку лучше оставить в покое. Я надеялся, вы оба будете вести себя благоразумно, когда Арису и Нэш найдут способ разорвать вашу связь с Викторией, но сейчас вижу — я слишком высоко оценивал твои достоинства, ящерица. Это весьма занимательно, учитывая, что я и раньше видел больше благородства в куче навоза, нежели в тебе.
— Ты переступаешь черту, Чодос, — оскалился Архидемон.
— И у тебя хватает наглости делать такие заявления, после того как ты нарушил все существующие запреты лишь бы поквитаться со смертной?
— Дело не только в девчонке. Я не согласен молча сидеть и смотреть, как древняя пытается подмять наш мир под себя, хотя по правилам должна быть всего лишь наблюдателем с минимальным влиянием. Плевал я на запреты в такой ситуации. Скажи мне, ты не видишь, что происходит? Или решил лечь под Нэш?