Андрей Канарейкин – Первые шаги за гранью (страница 44)
Виктория остановилась, услышав аплодисменты Азы-Лисс-Уторы. На этот раз куда более громкие.
— Ты ткнула пальцем в небо, доверившись интуиции, а потом попыталась построить объяснение, так? — спросила богиня безумия.
Вика вздохнула и кивнула. Ушки кошкодевушки поникли, хвост напрягся.
— Твоя теория разваливается, если принять во внимание тот факт, что ты видела двух братьев-богов в Верданте, и тебе было вполне очевидно, что они являются двумя разными божествами.
— Вот только Ильдир и Чодос по сути искусственные боги искусственного мира. Вердант был передан в полное распоряжение Арису, и насколько я знаю, она воспитала обоих братьев и, по сути, сделала их богами. Так что там свой особый случай.
— Контраргумент засчитан. Что ж, Виктория, у меня к тебе есть маленькая просьба. Согласишься её выслушать?
— А что мне за это будет?
— За это я сделаю так, чтобы во время игры в шепчущий суд никто не умер… И не свихнулся. Ну, по крайней мере не свихнулся
— Я требую оплаты авансом!
— Хорошо. Ты можешь заняться моей просьбой после того, как выполнишь задание Хранителей и сестры.
— И в чём заключается твой квест?
— Найди женщину по имени Лирика Фрусс и убей её.
— А где искать-то?
— Здесь, в Йон-Рунаке.
— Ты издеваешься?
— Да, — хихикнула Аза-Лисс-Утора, — Но условия моей просьбы остаются прежними. И учти, что я очень расстроюсь, если ты её не выполнишь. Особенно учитывая плату авансом…
— Кстати, я была права насчёт тебя и Нэш или нет? — спросила Виктория… и поняла, что стоит одна посреди тёмной бездны.
— Вот же сучка. Я даже не успела её спросить про свои воспоминания из прошлой жизни!
Тут в темноте появился силуэт, постепенно проступили чьи-то очертания, и через несколько секунд перед Викторией возник герцог Груб. Блондин выглядел шокировано и со смесью испуга и недоверия озирался по сторонам.
Вокруг один за другим появлялись всё новые и новые силуэты. Маниил, Тао, Мария, Аэларгус, Эльза, Тангу, Эрик, Колш, Рамаск, Тэнзия… А затем Мактэн, служанка Груба Кина, и служанка-орчиха Колша.
Вид у всех кроме Марии был ещё более поражённый, чем у герцога.
Повсюду из темноты вокруг раздались смешки и знакомый Виктории с Марией шёпот:
— Мы начинаем суд, сучки… И оригинальная я.
Глава 19. Праздник шёпота
«И как же мы до этого докатились?» — думала Вика. У девушки в голове полностью отсутствовали воспоминания между разговором с богиней безумия и залповым употреблением убойной дозы бухла. Неудивительно, учитывая, что бухло было не абы чем, а подарком Нэш, и классифицировалось как эпический артефакт. И теперь Виктория склонялась к мнению, что рангом «бутыль адского бухла» была обязана не самовосполняемости, а именно содержимому.
Несмотря на провал в памяти, ответ на мучивший кошкоблондинку вопрос всё же был. Системная запись всего пережитого мало заботилась о ментальном состоянии пользователя, поэтому Ника смогла прокрутить случившееся у Вики перед глазами.
Когда герцог выгнал Викторию из-за стола, её пьяный мозг посетила гениальная, как казалось в тот момент, идея. Вика вытащила из инвентаря карту Шепчущего Суда и помахала ей перед Грубом с криками «прястите-извяните». И герцог её простил, на ходу сочинив (в основном для собственных подчинённых) речь о том, что раз уж леди Вуднайт явно осознала свою ошибку и готова в знак извинений поступиться чем-то важным для неё, то, учитывая происхождение и исключительность ситуации, так уж и быть, на традиции радлитоэ в этот раз мы положим хуй. В смысле, сделаем единственное в своей исключительности исключение, ради леди Вуднайт конечно же.
Единственным, кто решился предъявить Грубу претензии за такое очевидно лицемерное жонглирование аргументами и всю ментальную гимнастику был Эрик. Всё-таки пять минут назад герцог плевать хотел на то, почему Виктория не хочет показывать ему Шепчущий Суд и категорически отказывался верить в то, что на это есть уважительные причины. А вот когда ему стало это на руку, так сразу же «в знак уважения к смелости и поступку леди Вуднайт» герцог Груб готов игнорировать традиции и устои собственной страны, о важности и нерушимости которых столько распинался.
Протест Эрика, однако, был коварно остановлен Марией и Эльзой, прибегнувших к методам внезапного затискивания и целования. Учитывая намерения паренька, девушкам никто не стал мешать или осуждать их поведение.
Груб и его подчинённые тем временем изучали Шепчущий Суд. Изображение освещённой розовым светом железной маски и массовой оргии с участием щупалец, как и лестницы из человеческих черепов, уходящей вверх, никого не смутило. А вот карта сама по себе…
Тао и Маниил лишь пожали плечами да развели руками. Аэларгус после получаса верчения карты в руках и целой серии опознавательных и анализирующих заклинаний, каких-то простеньких ритуалов с черчением странных фигур различными мелками и красками прямо на столе, выдал заключение в стиле: «ясно-хуясно что ничего не ясно».
— Это определённо артефакт. Сам по себе он ничего не делает, а для активации нужна прорва энергии. Причём я его активировать не смогу, тут нужна помощь леди Вуднайт — сказал маг.
— А что-нибудь полезное ты можешь сообщить или сделать? — поинтересовался герцог.
— Нет, господин Груб. Предмет слишком… Непохожий.
— На что непохожий?
— На всё, что я знаю о магии. Здесь нужны месяцы работы и кто-то гораздо более компетентный чем я.
— Тан, а тебе есть что сказать? — герцог передал карту «воспитательнице».
— У меня от неё мурашки. Если хотите услышать моё мнение… — женщина сделала небольшую паузу, и не получив сигнала замолчать, продолжила, — Лучше вернуть это леди Вуднайт и больше не вспоминать о случившемся.
«Раз уж Тан чувствует угрозу, значит ходящая-за-гранью не соврала. Эта карта и впрямь может что-то поистине необычное…» — к такому выводу пришёл герцог. Любопытство окончательно одержало верх над осторожностью и благоразумием мужчины.
Таэур Груб был очень далёк в познаниях магии и смежных научных дисциплин от Аэларгуса, и даже гораздо менее образованных чем молодой мастер волшебников. Герцог не имел даже близко похожей интуиции и чутья опасности, как многочисленные телохранители и шпионы, служившие ему. Но Груб был силён. Он обладал крайне высоким уровнем, имел за плечами богатый боевой опыт, и сам по себе являлся внушительной военной силой. Поэтому он совершенно не боялся загадочной игральной карты-артефакты из другого мира. И поэтому он настоял на том, чтобы Виктория активировала Шепчущий Суд.
Виктория, несмотря на крайнюю степень опьянения, замотала головой. «Няльзя,» — высказала свой вердикт блондинка. И тут начались переговоры…
— Но послушайте, леди Вуднайт, ведь свойства этого артефакта по большому счёту не изучены! Даже вы и ваши друзья не можете толком сказать, что делает «Шепчущий Суд»!
— Неть. Няльзя. Опасня, — Виктория покачивалась на стуле, пялясь куда-то в пустоту.
— Разве вам не интересно, что мы можем узнать? Какие возможности откроются перед вами, если вы хорошенько изучите этот предмет?
— Неть. Няльзя. Опасня… — блондинка продолжала настаивать на своём.
— Хорошо, хорошо… — герцог тоже не собирался сдаваться, — Тогда давайте ограничим друг друга клятвенным артефактом.
— Ня поможет…
— Судя по тому, что рассказала нам леди Мария, главная опасность «Шепчущего Суда» в огромной власти, которую игроки получают друг над другом. Так что если мы скуём себя магическими контрактами, жёстко пресекающими любые попытки насилия, то всё будет хорошо.
— Ня будет… Шепчущая…
— Я достаточно силён чтобы в одиночку защитить вас от практически любой угрозы, леди Вуднайт. Даю слово.
— К тому же, если при активации артефакта все участники процесса будут скованы клятвами, артефакт так же будет ограничен, — сказал Аэларгус.
— Ня будет…
— Это же один из широко известных магических законов, леди Вуднайт. Артефакты строго подчинены Системе, и, если активация этого предмета вообще возможна в нашем мире, он будет вынужден подчиняться ей. А Система очень строга с магическими контрактами. Любой артефакт, питающийся маной владельца, наследует его обязанности по магическим контрактам. Иначе любой договор можно было бы легко нарушить при помощи простейших зачарований!
— Да, всё так как он сказал. Так что за безопасность ручаемся, — заявил Груб, — Подумайте, стоит ли упускать такую возможность из-за беспочвенных страхов? Я, Аэларгус, Маниил и Тао активируем карту с вами, и вместе мы обязательно докопаемся до её сути и раскроем истинный потенциал этого могущественного артефакта! Разве вам и вашим друзьям не нужен такой великолепный инструмент в вашем путешествии?
— Неть. Няльзя. Опасня…
Переговоры продолжались ещё минут двадцать. Груб постепенно уболтал и перетащил на свою сторону Эльзу, Марию (впрочем, она с самого начала была не против использовать «Шепчущий Суд») и даже злобно зыркавшего на всё происходящее Эрика. И в конце концов пьяная в хлам Виктория просто сдалась. Служанкой был притащен «клятвенный камень» — причудливый светло-зелёный многогранник. Этот артефакт соответственно своему названию служил для закрепления магических договоров. Груб, Маниил, Тао и Аэларгус долго клялись в том, что не совершат ничего из длиннющего списка всех потенциально опасных и нежелательных для Виктории действий. Остальных герцог допускать до участия в эксперименте категорически отказался. Поэтому за столом остались только пять человек и Виктория таки решилась на активацию. Однако девушка почему-то решила, что простой активации, как в прошлый раз, будет мало…