Андрей Канарейкин – Героиня по вызову 5 (страница 9)
— Вижу. Надеюсь только, что Тревор не подведёт, а то я посажу нас на скалы.
— А наши… преследователи? — спросил Кастомир.
Я оглянулась за корму, пушечные выстрелы уже стихли.
— Думаю, им сейчас не до нас, — ответила я магу, — есть проблемы поважнее.
Кастомир странно посмотрел на меня и кивнул, больше ничего не спрашивая. Я же расставила ноги и начала вращать штурвал, выдерживая направление на самый яркий огонёк. А перед глазами горело высвеченное «опознанием» окошко статуса.
Глава 4
Я простояла у штурвала пару часов, после чего из каюты вылез посланный мной отдыхать Кастомир. Рядом с ним выписывала виражи Флокси, нервно дёргая чёрно-белыми крыльями. Феечка выдохлась настолько, что даже отдохнув летала с трудом — неудивительно, в «магическом спектре» я видела, как маленькое создание сосёт из окружающего пространства ману не хуже пылесоса.
Маг, шатаясь, расположился у штурвала, а я замерла рядом, исподтишка на него поглядывая. Лететь обратно было опасно — туман продолжал висеть, причём вытянулся чуть ли не до небес. К тому же, команда корабля изрядно пострадала — кроме пятерых матросов, недосчитались боцмана и канонира, так что Краусу даже не на кого было спихнуть функции рулевого.
Но всё же где-то через час туман немного рассеялся и с Русалки прибыла лодка, полная хмурых гномов. Бородачи деликатно оттеснили Кастомира от штурвала и занялись поправкой курса.
«А то, не обессудь уж, руноплёт, но ты корабль чуть на риф не посадил» — без обиняков сообщил ему самый зрелый, с седыми прядями в бороде.
Кастомир прекрасно знал характер гномов, так что спорить не стал и позволил мне увести себя в каюту, где уже расположился героический Токсик. Маг окинул взглядом раздолбанное помещение, посмотрел на сочащийся из пробоины в стене туман и плюнул.
— Ладно, давай к Ягену. Всё равно от меня тут толка нет.
Я не успела даже возразить, как маг обвёл вокруг себя рукой, рассыпая в воздухе сапфировую пыль и через мгновение мы все вчетвером, вместе с весьма удивлённым жабом, оказались на палубе «Смирения»
— Не знаю, кто это был, Яген. Знамя узнал, но сами нападавшие… Даже предположить не могу, — вздохнул маг, в третий раз подряд забивая свою любимую вишнёвую трубку.
— Прискорбно, — заметил граф.
Мы расположились в его каюте, каковая уже была лишена всех следов как ночной оргии, так и утреннего завтрака. На небольшом военном совете не было только Тины: девушка так и сидела на мачте, наблюдая за окрестностями посредством своих призванных тварюшек. Судя по отголоскам эротических энергий, она всё ещё использовала оказавшегося под рукой матроса в качестве генератора маны.
«Впрочем, не думаю, что парень жалуется на судьбу»
А вот кто на судьбу жаловался, так это Флокси.
— Ряяя… — уныло протянула чёрно-белая феечка размером с локоть, расположившаяся прямо на столе в обнимку с рюмкой коньяка.
Её длинные двухцветные чёрно-белые волосы, обычно живо развевавшиеся на малейшем ветру, сейчас уныло лежали на плечах, воздушное платьице тоже было недвижимо и, казалось, даже корона света вокруг головы её потускнела.
— Не убивайся ты так, — попытался подбодрить её маг.
— Да как — не убивайся, глупый Кастомир! Ты-то хоть подраться успел, а меня отдачей собственного заклятья вырубило! Как дурячку! — возмущённо воскликнула Флокси и отхлебнула из своей рюмки. Надо сказать, учитывая её габариты, эта рюмка была для неё размером с бочку.
— Но ты же запомнила, как они выглядели? Магический фон опять же? — вступила я в разговор.
У феи, как и у меня самой, была сотня интеллекта и взятый по этому поводу «эйдетизм», абсолютная фотографическая память то бишь.
— Зяпомнила, но тольку? — уныло вздохнула фея. Её явно слегка развезло от алкоголя, впрочем, далеко не так сильно, как вроде должно было бы, учитывая относительные объёмы выпитого, — Ничего про таких траханных девок не встречала ни в одной книге. Даже похожего не было.
— Но описать-то можешь? Может… ну не знаю, у кого-то будут идеи? — мягко предложила Тамия.
Флокси вздохнула, снова отхлебнула из своей рюмки и прикрыла глаза. Когда я уже подумала, что ответа не будет, феечка негромко заговорила.
— Все тётки. Высокие, сильные, вооруженные. Я насчитала семерых, трое с мечами, двое с булавами и щитами, ещё две с двуручными цепами. Махали арсеналом своим умело, но не как Саша, скорее… — фея нахмурилась, — инстинктивно что ли? Как звери, не как люди. Одеты в чёрные платья, длинные, до пола. Поверху платьев — чернёные доспехи, но не как у Саши, скорее такие… из пластин, как жучиная спинка, — феечка была не сильна в доспехах и оружии, поскольку не интересовалась ими, — Шлемов нет, но волосы скрыты такими… капюшончиками что ли? Только очень плотно прилегающими к лицу и скрывающими волосы, зато оставляющими лица открытыми.
Мне почему-то пришли в голову чепчики католических монахинь, и я спросила:
— А белых подкладок там не было? Ну или полосок?
— Не, — помотала головой фея, — просто капюшончики. Потому я и удивилась — не знаю ни одного ордена монахинь, которые бы так выглядели.
— Может это были не монахини? — предположил Яген.
Флокси смерила его снисходительным взглядом и фыркнула:
— У них на груди висели трилистники Хау. Причём железные, а не серебряные или золотые. И использовали в бою эти поганки жреческую магию, уж это-то я не могла не заметить, глупый Яген.
— Ещё что-то?
— Ну… нет, но вот глаза, — фея поёжилась, — у них во взгляде был, ну знаешь… голод.
— Как у Саши, когда она крови не выпьет пару дней? — подсказала Тамия.
«Ну спасибо» — подумала я и послала девушке недовольный взгляд. Та пожала плечиками и извиняющееся улыбнулась.
— Нет! У Саши такого не бывает, потому что Саша хорошая! — отрезала Флокси, и я победоносно улыбнулась, — Саша смотрит на того, кого хочет выпить так, будто хочет трахаться, а эти смотрели будто хотят сожрать!
Улыбка сползла с моего лица, а Тамия хихикнула. Яген же этого словно не заметил, постучав пальцем по столешнице, он нахмурился:
— Какие-то необычные вампиры?
— Хау ненавидит нежить, — напомнил Кастомир, выпуская в потолок колечко дыма, — Впрочем, учитывая подход той же Иллаи, исключать такое я бы не стал.
— Может твоя… госпожа что-то знает? — спросила я Тамию.
Девушка отрицательно покачала головой:
— Она ничего не говорила. Впрочем…
«Ну да, могла и умолчать. Как я поняла Аранея не славится своей открытостью», — закончила я мысль магички.
Некоторое время мы ещё обсуждали произошедшее и строили теории, пока наконец Яген не встал.
— В общем ясно, что ничего не ясно. Незачем время терять на пустые домыслы — лучше отдохнём, кто знает, что нас впереди ждёт?
На том и порешили.
***
Последняя партия «мотыльков пустоты» вернулась в полном составе. Тиналина Эль Лез вытянула руку, позволяя светящимся созданиям влететь в разверзшийся на её коже портал, после чего прислушалась к эмоциям низших демонов.
— И часто ты такое во время секса делаешь? — раздался голос за её спиной.
Демоница медленно повернула голову, одарив разметавшегося, насколько это позволяли скромные размеры вороньего гнезда, матроса. Парень сидел, оперившись о фальшборт широким татуированным торсом и откровенно любовался её спиной. Одарив его многозначительным взглядом из-под шапки густых чёрных волос, девушка усмехнулась:
— Только когда мне этого хочется, Бертран.
Парень вернул усмешку. Когда Тиниэль предложила ему поработать мана-генератором, он обрадовался и смутился одновременно. Девушка понимала почему — сексуальный опыт у матроса был, мягко говоря, не особо богатый. С другой стороны, сама Тиниэль считала его недостаток не столь фатальным для мужчины, как считали другие. В конце концов, каждый начинает с нулём опыта, даже высший суккуб.
К тому же парень обладал важным качеством: он не терял возбуждения, когда демоница начинала призывать своих разведчиков. А это уже было немало, потому что в отличие от Саши, Тиниэль не пользовалась кругами призыва, вместо этого используя собственное тело, которое трансформировалось и менялось в соответствии с её желаниями. Причинами такого стиля были ограничения, наложенные на суккубу самой реальностью Велта: как существо из радикально чуждого мира, демоница «выпадала» из окружающей реальности, а потому её собственные магические цепи очень плохо взаимодействовали с цепями окружающей действительности. Саша, услышав в своё время объяснение, прокомментировала это как «попытка воткнуть ethernet в 220 вольтовую розетку». Тиниэль не особо понимала метафору (хотя и догадывалась, что она про различные виды использований электрических полей), но общую мысль улавливала чётко.
Поэтому практически для всей своей магии, Тина использовала либо ману, сгенерированную Сашей, которая в этом мире была её «якорем», либо определённым способом перерабатывала собственную энергию для того, чтобы её можно было использовать в Велте. Способом этим чаще всего был секс, и как не смешно не потому, что Тиниэль была суккубом и предпочитала решать все проблемы трахом (хотя и то, и другое было правдой). Просто другие, более тонкие методы манипуляции энергиями были для жителей Велта так же далеки, как межзвёздные путешествия. Грубо говоря, Тиниэль оказалась в ситуации, когда ей приходилось использовать в качестве движущего элемента кузнечного молота водяную мельницу не потому, что она не знала, как работает атомный реактор и даже не потому, что не знает в принципе, как можно его построить (демоница кстати знала и то, и другое), а потому что для этих вещей в окружающем её мире просто не было никакой инфраструктуры. Кстати, по тем же причинам и магию она использовала по своим меркам довольно грубую. В её родном мире дуэли магов почти всегда начинались с вещей вроде манипуляций силовыми линиями, искажениями пространства и тому подобными штуками, которые в Велте были доступны разве что богам. Впрочем, знания не всегда означают, что их можно влёгкую применять, особенно если речь идёт о демоне, который связан огромным количеством магических клятв и ограничений.