Андрей Канарейкин – Героиня по вызову 3 (страница 56)

Девушка повернулась на бок, подставляя моему взору рельефный живот и идеальную грудь. Положила руку мне на живот, потом опустила ниже. Я следила за тем, как её пальцы скользят по вязи татуировки и тут вдруг вспомнила ещё одну вещь.

— Послушай, а что за «нечестивый договор» о котором говорила Анабелла?

Тина моргнула, потом прыснула со смеха, сверкнув слегка заострёнными белыми зубами:

— Вот это интуиция, Саша! Ничего себе!

— Ты о чём?

Девушка покачала головой и сказала:

— Ну вот он – наш договор, — она провела пальцами по моей коже над татуировкой.

— То есть это не просто… ну, всякие там «шлюхи-членососки» или как их система перевела тогда?

— Нет, это мой якорь. Я же демон – я не могу просто так расхаживать по миру, мне нужен удерживающий меня артефакт.

— И эти рисунки – это своеобразный круг призыва? — догадалась я.

— Ну да.

— А почему тогда они переводятся как… ну…

— «Рабыня, шлюха, рабочая попка, люблю члены, обслужу любого», — заглянув мне в глаза подсказала Тина.

— Ага.

— Ну, это буквальный перевод. Наш язык многозначен, знаешь ли. Кроме того… — она замялась, — я не думала, что буду использовать их как якорь. Они делают, что указано – бонусы к эротизму и послушности, просто, кроме этого, я могу ещё и удерживать форму в этом плане.

Она вздохнула, закусила губу, но всё же продолжила:

— Кроме того есть ещё одна вещь – я правда не знала как ты это всё воспримешь, Тюльпанчик. Мне не хотелось, чтобы ты чувствовала, что тебя использовали.

Я откинулась на подушку. Простые слова, но они на удивление много для меня значили. Может быть мне и хотелось видеть себя как крутую успешную шлюху, которая коня на скаку остановит и тут же ему отсосёт, но… Всё-таки я не хотела себя обманывать – демоница была мне дорога. Я пока даже не могла понять почему (кроме очевидного), просто…

— Мне с тобой хорошо, Тина.

— Саша…

— Нет, мне правда с тобой хорошо. И я готова ждать, пока ты не расскажешь всё, что сможешь.

Тина посмотрела на меня, провела ладонью по моей щеке. Я накрыла её руку своей и сказала:

— Но с одним условием – я хочу увидеть, чего хочешь ты. По-настоящему хочешь, а не подстраиваешься под мои желания.

Демоница моргнула:

— Это… не то, что я ожидала, скажу честно.

— И тем не менее.

Тина подняла руку, щёлкнула пальцами, и с потолка на нас посыпался водопад цветочных лепестков.

Глава 21

Я соскользнула с Тины на усыпанный лепестками матрац. Нежно провела рукой по её животу, спустилась до гладкого лобка, улыбнулась:

— Знаешь, а мне понравилось. Даже очень. Особенно тот момент, когда ты…

Демоница закрыла мне рот ладонью и приблизила своё лицо к моему:

— Ни слова! Зачем я вообще с тобой поделилась своей фантазией?

Я улыбнулась, поцеловала ладонь и произнесла:

— Ну… потому что ты хотела чего-то необычного?

Демоница фыркнула. Я перекатилась на бок, обняла её и прошептала на ухо:

— По моей шкале, это был наш лучший секс, милая моя.

— Ой не гони…

— Нет, правда, я и не думала, что ты можешь быть такой… утончённой.

Демоница фыркнула снова, но уже не так уверенно, и я обняла её, прижимаясь к сильному горячему телу, почувствовала ответные объятья и сказала уже без улыбки:

— Знаешь, нам стоит делать это чаще. По-твоему, я имею в виду.

— Спасибо. Но пока…

Я покосилась на пробивающийся через щель полога шатра луч света:

— Да, наверное, пора вставать. Только как мы объясним вот это всё? — я обвела рукой засыпанный лепестками и… некоторыми другими вещами шатёр.

Тина, всё ещё красная как помидорка, подняла руку и щёлкнула пальцами. Призванные предметы исчезли. Я хмыкнула, чмокнула девушку в щеку и прошептала ей на ухо:

— Это правда было здорово, надеюсь тебе понравилось также сильно, как и мне.

— Ой, иди уже, — буркнула демоница и тише добавила, — но спасибо, мне тоже очень понравилось.

Поднявшись, я подобрала с пола лёгкое платье, накинула на себя, активировала «кровавый покров» и вышла за порог. Тут же на меня обрушились звуки пробуждающегося лагеря, до этого подавляемые заклятьем тишины, наложенным на шатёр. Шаман гремел посудой, Грубер обсуждал что-то с одним из своих егерей, откуда-то слева доносился мерный стук молота по наковальне – Дзая трудилась не покладая рук.

Я прошла мимо, поднялась по течению ручья до заводи, у которой пара орков поили лошадей, скинула платье, стараясь не обращать внимания на то, как защипало кожу под невидимым щитом от лучей утреннего солнца и вошла в воду. Заинтересованные взгляды орков я решила не замечать. Извлекла из кольца губку, окунула её в холодную воду, провела по бледной коже, бросив игривый взгляд на зрителей и почувствовала на талии сильные руки. Знакомый голос прошептал мне на ухо:

— И что же сталось с твоим «не устраивать из отряда бордель»? — дыхание Тины обожгло мне шею.

Я откинулась назад, в объятья демоницы, и посмотрела на орков из-под полуопущенных ресниц. После чего ответила:

— Ну, то было вчера, а сегодня уже сегодня… Кроме того, по моему опыту орки весьма умелы в этих делах. По крайней мере подразнить-то можно?

— Как скажешь, Тюльпанчик, — прошептала Тина и явно красуясь поцеловала моё плечо, провела языком по шее, в то время как её рука взяла у меня губку и стала водить ей по моему животу. Я в ответ положила руку ей на голову, взъерошила волосы.

Орки хмыкнули и присели на берегу, наблюдая за представлением. К сожалению, Тина была права – не стоит выходить за рамки, по крайней мере сейчас. Но вот в пределах этих рамок… Мы с ней потратили минут десять на «мытьё» стараясь сделать его одновременно максимально эротичным и при этом всё-таки помыться. После этого вылезли из воды вполне посвежевшие и, вытершись, стали одеваться в извлечённую из моего кольца одежду. Застегнув короткую куртку, которую я надела вместо гамбезона, я послала зрителям воздушный поцелуй, улыбнулась ответному недвусмысленному жесту от орка покрупнее, судя по перебинтованной ноге это был Тумур, которого вчера лечила Генриетта, и повернулась к Тине.

— Ты готова?

— Более чем, — ответила мне демоница, застёгивая последний крючок корсета.

Я бросила через плечо взгляд на орков и тихо спросила у неё:

— Слушай, а может всё-таки…

Тина посмотрела на меня сузив глаза и постучала пальцем по пряжке:

— Я не буду застёгивать эту хрень второй раз за утро, ясно?

— Ясно, — сказала я и вздохнула, — а жаль. Я была бы не против привнести немного… степного ветра в наши отношения.

Тина фыркнула и взяла меня за руку:

— Тебе всё ещё надо поработать над метафорами, дорогая. Пошли.

Когда мы вернулись в лагерь, нас уже ждала Генриетта. По посвежевшему и самодовольному виду я поняла, что её ночь тоже прошла… результативно. Блондинка была в мужском охотничьем костюме – зелёном камзоле и штанах, заправленных в высокие ботфорты, и прямо лучилась сексуальной энергией. Улыбнувшись, она подошла к нам и сказала:

— Ну, как прошла ночь?

— О, великолепно, — ответила я, — у тебя тоже?