Андрей Каминский – Велетская слава (страница 7)
Сам монарх ехал во главе процессии, оседлав могучего гнедого коня с буро-черной гривой. Карл носил свой обычный сине-зеленый плащ, отороченный мехом куницы, под которым скрывалась легкая кольчуга. С убранного золотом пояса короля свисал длинный меч, а ехавший рядом оруженосец вез еще длинное копье и боевую булаву. Слева от монарха, на подаренном ему белом коне, ехал герцог Видукинд, одевший по такому случаю византийский наряд, смотревшийся малость нелепо на поджарой фигуре вчерашнего язычника. С пояса сакса также свисал подарочный меч, кроме того, к седлу был приторочен еще и небольшой метательный топорик. Сходным оружием, - мечом и топором, - обладал и ехавший слева Карл Юный, облаченный в темно-зеленый кафтан с золотыми пуговицами и темно-синий плащ. Оруженосцем для принца в этот раз вызвался стать герцог Эбурис, сам вооружившийся увесистой булавой. Принц Людовик был слишком мал для такой потехи, зато сюда прибыл Пипин Горбатый, ехавший среди прочих вельмож, бросая ревнивые взгляды на сводного брата. Что же до Видукинда то рядом с ним ехал герцог Аббион – высокий угрюмый мужчина, средних лет, с густой черной бородой и темно-синими глазами. Его широкие плечи накрывал красный плащ с серебряной вышивкой
Король Карл неторопливо переговаривался со своим новым вассалом.
- Теперь, когда Саксония обратилась к истинной вере, я, наконец, смогу перейти к иным делам, - рассуждал король, - эта война и так пила из нас обоих все соки, радуя только дьявола. А ведь пока мы истощали друг друга, поднялись и иные враги: в Италии герцог Беневенто Арехис, стакнулся с византийцами и затевает предательство, также как и сын Дезидерия, короля лангобардов, Адельхиз, что укрылся в Константинополе. А его зять Тассилон, герцог Баварии и мой кузен, связался с аварами и готовит мятеж.
- Уверен, что ваше Величество разгромит и этих врагов, - заметил Видукинд.
-Я тоже уверен, - кивнул Карл, - увы, к некоторым вразумление приходит слишком медленно и, чтобы ускорить его, приходится говорить языком войны.
Видукинд искоса глянул на него, гадая нет ли в этих словах намека, но лицо Карла выражало лишь само благодушие.
- Но вы не думайте, что вы останетесь без защиты, мой добрый друг, - продолжал Карл, - я понимаю, что не все в Саксонии рады вашему крещению. Да еще и эти язычники кругом – велеты и эти…как их, даны. К счастью, князь ободритов Вышан, держит мою сторону – пусть он и не принял пока истинной веры, он с радостью придет к вам на помощь. Кроме того, в Саксонии еще останутся воины Эбуриса, - герцог склонил голову в знак покорности, - они защитят вас от всех врагов.
Видукинд мрачно кивнул – кто же сомневался, что Карл не преминет укоротить поводок для недавнего упорного врага? Другое дело, что Видукинд уже и не помышлял о сопротивлении – бесконечные поражения и опустошавшая Саксонию многолетняя война отбила у него всякую охоту к дальнейшей борьбе. Все чего он сейчас желал – лишь мирной жизни для себя и своего народа.
- А когда я покончу с делами на юге, - продолжал Карл, - то вернусь в Саксонию и мы уже вместе двинемся на каких-нибудь новых врагов. Тех же веле…Что это?!
Рог впереди взревел с новой силой, привлекая к себе внимание и тут же собаки, идущие по следу, залаяли с особой злостью.
-Они нашли зверя! – восторженно вскричал Карл, - вперед!
Он пришпорил коня и вся королевская свита устремилась за ним. Но в тот же миг собачий лай перешел на жалобный визг, а азартные крики загонщиков сменились воплями, в которых слышался неподдельный страх.
-Что там стряслось? – осаживая коня, и вглядываясь в переплетение ветвей, озабоченно спросил Карл, - они знают этот лес не хуже здешнего зверья – что их так всполошило?
Словно в ответ ему из чащи послышались крик страха и боли – и вслед за этим яростный визг, напоминающий вопль очень большой свиньи. В следующий миг из леса вынырнул один из загонщиков, что есть силы пришпоривавший коня. Лицо его покрывала смертельная бледность, из рассеченного виска текла струйка крови.
- Берегитесь, ваше величество! – крикнул он, - это кабан.
Оглушительный визг, переходящий в настоящий рев, заглушил его крики и в тот же миг из леса вырвалась исполинская туша, поросшая светло-серой щетиной. С быстротой молнии она метнулась к загонщику и залитое кровью рыло, с подрагивающими ноздрями, ударило под брюхо коня. Столь силен был этот удар, что он подбросил в воздух скакуна вместе с всадником. Чудовище метнулось вперед и тут же конь тяжело рухнул на спину чудовища. Вопль загонщика, вылетевшего из седла, заглушило жалобное ржание и в следующий миг, на глазах у изумленных охотников, лошадиное тело распалось, словно перерубленное огромным топором. Два обезображенных куска мяса рухнули наземь, по опавшей листве разметались жирные кишки и прочие внутренности. Залитое кровью чудовище, не останавливаясь, лишь на миг отклонилось вбок – и его копыта втоптали в кровавую грязь, пытавшегося подняться загонщика
-Копье!- крикнул Карл и сам выхватил его из рук оруженосца, пришпоривая коня.
-Отец, не надо! – принц метнулся вперед, но рука Эбуриса дернула его назад.
-Ваше Величество, остановитесь! – крикнул герцог, - это отродье самого Сатаны!
Карл и сам видел, что это не простой вепрь: обычный кабан, даже очень большой, не имеет такой щетины – словно невероятной остроты иглы, тянувшиеся вдоль хребта, - и ни одной твари не может быть таких глаз, светящихся настоящим адским пламенем. Но христианскому монарху не пристало трепетать перед демонами лесов – и поэтому Карл, не останавливаясь, мчался вперед, направляя копье прямо в морду огромному зверю. Однако тот, почему-то не принял бой с королем, – уклонившись в сторону, он ринулся прямо в толпу. В тот же миг острое копье вонзилось зверю в бок, уйдя почти до середины. В уши ударил ужасающий визг, но даже со столь серьезной раной, чудовище не снижая скорости, мчалось вперед.
Слишком поздно все поняли, кто был его целью - Видукинд, приподнявшись в седле, что есть силы рубанул чудовище меж яростно полыхающих глаз, но меч разлетелся на куски от удара об твердую кость. В следующий миг чудовище, пригнувшись, метнулось между ног встающего на дыбы коня. Жалобное ржание сменилось предсмертным хрипом и конь, отчаянно молотя ногами по воздуху, рухнул на землю с распоротым брюхом. Рядом же с ним, отчаянно ругаясь, Видукинд пытался высвободить ногу, застрявшую в стремени. Он еще успел выхватить меч и даже ударить по нависшей над ним огромной морде. В следующий миг жуткая пасть, полная острых клыков, вгрызлась в его тело, разрывая человека на части. Кабан с режущим ухо визгом, продолжал терзать окровавленные лохмотья, в которые превратился Видукинд, несмотря на то, что подоспевшие воины вновь и вновь вонзали в зверя копья, рубили его мечами и топорами. Тварь обладала поистине сверхъестественной живучестью – лишь изрубленная почти на куски, она испустила дух.
-Ты в порядке, отец? – Карл Юный подъехал к королю, - не ранен?
-Со мной все хорошо, - отмахнулся Карл, спрыгивая с коня и подходя к окровавленной туше, - клянусь Создателем, я никогда не видел подобной твари. Что за вепрь!
-Это не вепрь, - лицо Аббиона, казалось, лишилось всякой кровинки, - посмотри!
Он указал на брюхо чудовища, где еще можно было разглядеть крупные соски.
- Глусун, могильная свинья, - пояснил сакс, - я слышал о такой твари от пьяных сканов, когда вместе с Видукиндом был при дворе конунга данов.
-И что твари с далекого севера, делать в наших лесах?
- Сканы чтят тех же богов, что и саксы, - сказал герцог, - а богам было за что гневаться на Видукинда. Иные говорят, что эта глусун – гневное обличье самой Фрейи. Недаром ведь ее именуют Великой Свиньей.
-Что же, - сплюнул Карл, - значит, не так страшна эта ваша развратная богиня, если ее можно сгубить доброй сталью. А тебе и вовсе грех жаловаться – прямых наследников у Видукинда нет, так что ты теперь герцог Саксонии.
-Я не посмею, - Аббион отчаянно замотал головой, - эта тварь послана нам богами в наказание за отступничество. Любой, кто вступит на место Видукинда погибнет такой же смертью или еще худшей.
-Трус и предатель, - презрительно сплюнул Карл, - даже несмотря на крещение, ты так и остался идолопоклонником. Вижу, я был слишком милостив к вам. Эбурис!
Он сделал рукой недвусмысленный жест и Эбурис, вскинув копье, что есть силы вогнал его в грудь сакса. Всплеснув руками, Аббион повалился на залитую кровью листву.