Андрей и – Тэтрум. Книга 1 (страница 2)

Поднявшись еще выше, она пролетела сквозь еще одну мягкую поверхность, и над ней внезапно распахнулось небо. Поднявшись еще выше, она посмотрела вниз: дирижабль «Юньшань», или «Облачная гора», был новейшим и одним из самых больших грузовых дирижаблей торгового дома «Золотая цапля». Две огромные сигары несущих баллонов были соединены ажурной пространственной рамой. Между покатыми спинами баллонов возвышались две наклонные трубы. Из труб поднимался дым, дирижабль шел на маршевой скорости, дымчатыми дисками виднелись маршевые винты: самый большой, в хвосте между сигар, и несколько поменьше, в специальных гондолах по их внешним сторонам.

Сделав круг вокруг дирижабля, она пролетела через нижнюю палубу, заполненную ящиками с чаем.

Она поднялась чуть выше, мельком увидела выступающую вперед ажурную причальную ферму и остановилась над ней в ходовой рубке.

Экипаж занимался своим делом. Рулевой стоял около штурвала, внимательно глядя по курсу полета. Капитан сидел за столом и слушал голос из переговорной трубы:

– Сообщение с пятнадцатой метеостанции, капитан!

– Что там?

– Ветер свежий, семнадцать узлов, тридцать градусов. Усиливается.

– Пусть запросят с тринадцатой станции, как у них.

– Нет прямой видимости, низкая облачность.

– Ясно, шторм идет с их направления. Поблагодари пятнадцатых.

– Так точно, капитан! Желают удачи.

Испытав легкий стыд за то, что подглядывала, девушка вылетела за пределы капитанского мостика. Разместившись на покатом лбу левой сигары дирижабля, она замерла, задумавшись.

Тревога, почему-то даже при всем идиллическом виде вокруг нее и расслабленном ритме этого путешествия ее не оставляла тревога. Матушка Юньфей, направляя ее в это путешествие, была настойчива и несколько встревожена, но не говорила, чем именно, наоборот, больше восторгалась предстоящим приключением: неделя пути из Шанхая в Стамбул, несколько дней в великолепном разнообразии перекрестка миров, города, где Восток и Запад сплавляются воедино. И вот прошло уже три дня, а беспричинная тревога только усиливается. Надо будет попросить капитана передать сообщение по гелиографу в Шанхай, чтобы узнать, как дела дома.

Раздался резкий стук. Мир вокруг дернулся, покачнувшись. Стук был снаружи, надо было возвращаться. Стук в дверь тем временем повторился. Девушка, борясь с головокружением после резкого возвращения в тело, приоткрыла глаза и повернула голову:

– Входите.

– Прошу прощения за беспокойство, – вестовой замер, глядя в пол. – Капитан приглашает вас подняться на мостик. Просит передать, что дело безотлагательное.

– Что случилось? И почему не звонили?

– Не могу знать, но капитан настаивает на срочности. Я звонил три раза, вы не отвечали.

– Хорошо, передайте капитану, что я скоро буду.

Капитан Ганс Штейнберг был южным немцем из Острейха. На китайском он говорил достаточно свободно, но обожал иногда вставлять в свою речь чисто немецкие слова.

– Мы получили два сообщения, фройляйн Мэйлинь. Первое – из Диспетчерской. Нам приказано прервать наш маршрут и на максимально возможной скорости возвращаться обратно в Шанхай. Сообщение было получено, – капитан достал хронометр из жилетного кармана, отщелкнул крышку, – двадцать три минуты назад, и мы уже приступили к его выполнению.

– Почему сразу не сказали мне?

– При всем моем уважении, вы пассажир, и срочное информирование вас об изменении маршрута не входит в мои обязанности. Я подчиняюсь приказам Диспетчерской в первую очередь.

– Однако сейчас вы мне говорите об этом. Видимо, после второго сообщения. Что в нем?

– Второе сообщение из Дома цапли. Сообщение зашифровано, в конце ваше имя, – и он протянул Мэйлинь листок с набором цифр записанных в столбики. – Странность в том, что сообщения получены с разных гелиографов. Судя по всему, второе сообщение послано раньше, но было отправлено по-другому, более длинному маршруту передачи.

– Спасибо, капитан. Мне нужно вернуться в каюту для расшифровки. Встретимся на мостике. И большая просьба, по-дружески… снизьте пока скорость до моего возвращения.

Мэйлинь быстрым шагом шла к своей каюте. Тревога, что началась с самого ее пробуждения, теперь поднималась жаркой волной, и ей потребовалось приложить усилие, чтобы не перейти на бег и сохранять отстраненное выражение лица, проходя мимо редких членов команды «Юньшаня»

Войдя в каюту, она бросилась к полке, схватила томик стихов Ли Бо и села за стол. Старый семейный цифровой шифр. Страница… строка… слово. Страница… строка… слово.

Сообщение было коротким:

«Старый леопард перепрыгнул реку. Беги.

Золотой дракон в столице северных воинов.

Добродушный из большого города за морем.

Белая земля, город в тумане. Белый лес, уверенности нет.

Встретимся в новом воплощении».

Сообщение было от мамы – и сообщение было страшным.

Старый леопард – это дядя Ши Вей. Также «леопард перепрыгнул реку» – это атакующий прием одноименного стиля. Значит, Ши Вей совершил что-то агрессивное. А тут и приказ о срочном возвращении… Возможно, он теперь глава дома, мама говорила о такой возможности, готовилась к этому, но, видимо, не смогла противостоять.

«Три города» – эта часть письма еще требует расшифровки. Скорее всего, там те, кто может помочь.

И последняя строка, самая страшная…

Мэйлинь уронила лицо в ладони.

– Мы встретимся, мы обязательно встретимся… – тихо прошептала она.

Посидев немного, она резко выдохнула и встала. Время, оно стремительно стало течь сквозь пальцы, и нужно было действовать очень быстро. Пробежавшись по комнате, она достала несколько вещей из шкафчиков, разложила их по карманам пояса. Подойдя на мгновение к зеркалу, поправила волосы и быстрым шагом вышла из каюты.

Капитан Штейнберг был на мостике. К удивлению Мейлинь, кроме рулевого и навигатора на мостике было еще несколько человек: старший помощник Чжан Лю и несколько матросов стояли рядом с капитаном.

– С возвращением, фройляйн. Пришло еще одно сообщение. Мне приказано поместить вас в отдельную каюту до возвращения в Шанхай, – и капитан дал знак Лю. – Вас проводят.

Лю смущенно пожал плечами и сделал шаг к ней. Она отшатнулась назад и потянулась рукой к карману на поясе.

– Именем императора я прошу помощи! – звонко воскликнула Мэйлинь, поднимая над головой золотую пластину.

Лю и матросы замерли, будто натолкнувшись на стену.

– Что это значит? – капитан удивленно поднял брови.

Мэйлинь протянула пластинку на открытой ладони старшему помощнику. Тот наклонился ее разглядывая, потом выпрямился, отошел на шаг и поклонился еще раз, сложив руки особым жестом, обхватив кулак правой руки ладонью левой. Матросы за его спиной синхронно повторили его жест.

– Золотая пайцза императора… Каждый подданный империи Цин обязан во всем помогать путешествующему с этим, – голос Лю стал немного сиплым от волнения.

– Чжан Лю и весь экипаж воздушного корабля «Юньшань», я прошу сопровождать меня в моем путешествии. – Мэйлинь немного смущенно повернулась к капитану: – Герр Штейнберг, вы не являетесь подданным империи и потому можете не помогать мне. Тогда мы сможем высадить вас при первой же остановке.

– То есть теперь вы владеете кораблем и его грузом?

– Не совсем так – это просьба о помощи, а не захват собственности.

– Просьба, которой никто не может отказать, называется приказом…

– Я боюсь, мы столкнулись с культурными различиями. Торговый дом «Золотая цапля» продолжает владеть и дирижаблем, и грузом и оплачивать все содержание команды. При этом, если дом посчитает затраты на помощь чрезмерными, он сможет обратиться в Запретный город и попросить компенсации в канцелярии императора. Хотя в сложившейся ситуации такая просьба может быть воспринята как бесчестная.

– Я правильно понимаю, что наш курс еще раз изменится?

– Да. Мы не будем возвращаться в Шанхай… и в Стамбул мы уже не полетим. Я расскажу вам и офицерам корабля все необходимые подробности через некоторое время.

Капитан задумчиво стоял, поглаживая бороду, в его глазах начинали играть веселые искорки.

– Знаете, фройляйн, в молодости я служил в морском флоте на миноносце и уже заскучал по резким изменениям курса как корабля, так и своей жизни. Я правильно вас понял, что я могу остаться при своей должности, но уже по собственному выбору, а не по просьбе от золотой пластинки.

– Все верно.

– Меня это устраивает. Тем более что, как я предполагаю, у нас начинается нечто гораздо более интересное, чем рутинная перевозка грузов. И куда мы летим?

– На север. В столицу воинственного народа. В Россию.

– У них три столицы. Которая вам нужна – Санкт-Петербург, Москва или Киев?

– В ту, в которой мне сможет помочь золотой дракон. Начнем с Москвы, она ближе.

– Яволь, госпожа. Курс на Москву.

– И соберите, пожалуйста, всех офицеров в кают-компании.