Андрей Хворостов – Зов Оз-моры (страница 40)
Кузнец вопросительно посмотрел на Василия. Тот кивнул, мол, правду баба говорит.
— Давай уж, лечи! — сказал хозяин мастерской.
— Толга! — крикнула Инжаня. — Добеги до нашей телеги, принеси кусок воска…
— Большой? — спросила Варвара.
— Безмен или около того. Токмо скорей. А ты, — Инжаня строго посмотрела на кузнеца. — Найди железное судёнко. Или медное. Воск топить будем. Для твоей спины.
Тот начал рыться в куче хлама и вытащил небольшую ендову, слегка покорёженную и покрытую зелёной патиной.
— Пойдёт судно? — спросил он.
— Почему же нет, — ответила Инжаня. — Поверил, значит, что я ворожея?
— Раз Васька говорит… — ответил кузнец. — Давно его знаю. Обманывать меня не станет.
— Тогда найди мне чистую тряпку и подумай, как водрузить судёнко на огонь, — велела ему Инжаня.
Хозяин кузницы отыскал три старых молотка без рукояток, положил вокруг пламени горна и поставил на них ендову.
— Теперь качни мехи, но чуть-чуть. Нам сильного огня не нужно.
Когда вернулась Варвара, Инжаня растопила воск и влила в него чёрную жидкость, которой лечила Дениса.
— Кузнец, оголяй спину! — распорядилась она.
Тот безропотно снял рубаху и лёг на скамью. Инжаня пропитала горячим воском онучу, подождала, когда та немного остынет, и приложила к пояснице кузнеца.
— Теперь поклонимся Железному деду, покровителю мастеровых! Повторяй за мной, Толга! — сказала она и тихо запела:
Варвара вторила ей октавой выше.
— Ты всё поняла, Толга? — спросила Инжаня, закончив петь заклятье, и сама же ответила. — Я попросила Железного деда вырубить «сучья». Это болячки в пояснице. Железный дед их удалил.
— Да неужели? — язвительно спросил кузнец.
— Лежи, не шевелись! — цыкнула на него Инжаня.
— Горячо, однако…
— Терпи!
Наконец, Инжаня сняла тряпку со спины кузнеца и разрешила ему встать.
— Теперь у меня спина станет, как у двадцатилетнего? — недоверчиво поинтересовался он.
— Я ворожея, а не чародейка, — ответила Инжаня. — Молодым тебя не сделаю… но поясница ведь уже не так болит, правда?
— Да… Вроде, да…
— У тебя жена есть?
— К чему ты спросила?
— Пусть греет твою спину кажный день. Горячим воском. Давай теперь свою решётку, и мы в расчёте.
Хозяин мастерской отдал колосник и нацарапал гвоздём на штукатурке памятку, как лечить спину. Инжаня убрала в котомку склянку с остатками чёрной жидкости и поднялась со скамьи.
— Теперь мне пора, — сказала она и, не мешкая, вышла из дымной кузницы на свежий воздух.
Денис и Варвара последовали за ней. Поротая Ноздря ненадолго остался в мастерской.
— Вишь, кого я тебе привёл! — шепнул он кузнецу. — Волховку и ведунью, не кого-нибудь! Средство она тебе дала от больной спины, колдовское заклятье нашептала. Она за свои услуги большие деньги берёт, а тебя, считай, задарма полечила. За какой-то ржавый колосник! Ты же ж его выбросить хотел…
— К чему бы клонишь?
— Ты сегодня с прибытком. На дольку могу надеяться?
Кузнец вздохнул и протянул Василию две серебряные копейки.
— Благодарствую, — поклонился ему Поротая Ноздря.
Пока они говорили, Варвара не могла насмотреться на вечернюю реку. Студенец был словно залит пламенем: в мелких барашках отражалось заходящее краснеющее солнце. Перед ним высилась сложенная из свежих брёвен башня Никольских ворот, а на противоположной, северной стороне простиралась до горизонта бурая осенняя степь, которую прорезали ручейки, словно вены грудь сказочного богатыря.
Денис со смятенным видом стоял рядом с ней.
— Чего это ты такой перепуганный? — усмехнулась, глядя на него, Инжаня. — Не бойся, не скажу Василию, что ты кузнец.
— Спасибо, — процедил Денис.
Вскоре из кузницы вышел Василий.
— Проголодались, поди? — спросил он.
— Мы спешим.
— Нет уж! — начал настаивать Поротая Ноздря. — Дорога у вас дальняя, перед ней покушать надоть. И выпить, как же ж без этого? Я вас выручил: и мёд с лещами для стрелецкого запаса приобрёл, и колосник помог отыскать. Ведро пива взачесть купите. Посидим за ним, погутарим.