Андрей Храмцов – Новый старый 1978-й. Книга шестнадцатая (страница 47)

Затем я освободил её мозговой центр, отвечающий за координацию движений, от своего давления и Сьюзи машинально подняла руку к очкам.

— Синяка уже нет, — сказал я ей тихо и подмигнул. — Вот твои очки. Они тебе больше сегодня не понадобятся.

— Привет, Эндрю, — ответила Сьюзи, немного смутившись. — Это ты так быстро всё сделал?

— Ты же знаешь, что я многое умею.

— Про арахнидов я уже слышала. Поздравляю. А синяк правда исчез?

— Полностью. Так что можешь о нём забыть. А с мужем твоим я потом разберусь.

— Да ну его, урода. Спасибо за то, что убрал синяк. А то я немного нервничала из-за него. Тогда я пошла здороваться с девчонками.

Сьюзи направилась к нашему столику, а я зло посмотрел на мужа и отправил в его сторону волну страха. Он и так уже обгадился, протрезвев утром и узнав о том, что я, пока он дрых, устроил в космосе этим гигантским членистоногим. А тут я еще на него жути навёл. Но большего, к своему огромному сожалению, я применить к нему не мог. Ему ещё играть на гитаре и подпевать своей жене. А Кватро молодец, тоже неслабо наваляла вчера своему суженному. Довольно боевая девица, как я и предполагал, оказалась. Именно поэтому она и не пришла вечером в ресторан на День рождения Дебби.

А вот и сама Блонди, собственной персоной, пожаловала. Лицо очень довольное после нашего вчерашнего неслабого перепихона. Эта хоть мою сперму в банку не сливает и в холодильнике не хранит. Когда мы с ней целовались, по братски, она успела шепнуть мне на ухо:

— Я тебя хочу. Таких космических героев нельзя не хотеть.

Вот ведь ненасытная девица. Везёт мне на таких подруг. У меня что жёны, что любовницы, все в сексе были настоящими нимфоманками. Некоторые скрытые, как Солнышко и Наташа. А некоторые явные, как Маша и «серебрянки». Про двух богинь любви и царицу Хатшепсут я, вообще, молчу. Что касается гиперсексуальных амазонок — это вообще нечто. Я теперь прекрасно понимаю Зевса и Приапа. Сам уже стал подобным им. А что делать, когда член постоянно стоит и всё время хочется его куда-нибудь запихнуть?

Так, надо прекращать думать о сексе, а то у меня тоже сейчас встанет, как у этого защитника садов и мужских половых органов. Хотя было приятно слышать похвалу от Дебби. После неё я принимал поздравления от членов её банды. Я и так был, можно сказать, неформальным хозяином этого музыкального шоу. А тут ещё очередная грань моего таланта неожиданно для всех раскрылась.

Да, немного мы не рассчитали. Пиццы надо было заказывать больше и воды тоже. Все сегодня пришли с утреннего «большого бодуна». Одной я синяк уже вылечил, надо будет и остальным исполнительницам здоровье поправить. Мужики сами пусть лечатся.

— Жень, — обратился я к своей помощнице, — набери ещё раз пиццерию. И фанты с колой пусть побольше принесут. А мне минеральной воды. Лучше «Perrier», если у них есть.

Публика за занавесом уже потихоньку прибывала и сами исполнители тоже подтягивались. Появился Стинг с Родом Стюартом, за ними Пол с Линдой и с «Крыльями». Ну а следом Slade в полном составе к нам присоединился. Эти, похоже, до утра где-то куролесили. Как говорится «в алкоголизме замечен не был, но с утра постоянно пил холодную воду». Правда, уже было давно не утро, но если лечь спать в девять утра, то полшестого вечера будет, как раз, как утро после долгого и глубокого сна. После них пришёл Дэвид Боуи в обнимку с Кейт Буш.

Предпоследними заявились Фредди и его «Квины». И все, главное, поздравив меня, как именинника, с победой, сразу направлялись к столу. Хорошо, что у нас там ничего из спиртного не было. А то приняли бы на грудь по стаканчику и их бы опять развезло. Ну а последним пришёл Крис Норман, который делал вид, что с Женькой у них вчера ничего не было. Ага, как же. Там ещё Брайн Мэй потом подтянулся и они Женьку в два смычка одновременно поимели. Но она была не только не против этого, а всеми интимными местами «за».

Я даже вспомнил смешной анекдот на эту тему. Подходит как-то Вовочка к маме и спрашивает:

— Мам, а стюардесса — это такая большая рыба?

— Нет, сынок. А с чего ты так решил?

— Я подслушал, как папа говорил дяде Коле, как они удачно поймали одну стюардессу и два часа её жарили.

Так и с Женькой получилось, как с той стюардессой. Хорошо, что она, всё-таки, успела заранее придти сегодня сюда, на сам концерт. Было кому теперь с этими алкашами заниматься. Я бы точно не выдержал этого бедлама с бардаком и быстро бы вправил всем мозги. А Женька с ними терпеливо возилась и обстоятельно объясняла, кто и что будет исполнять, и за кем выступать.

— Запиши, что Бонни исполнит мою новую песню, — напомнил я ей. — Мы её нормально прогнали и она готова с ней выступить.

— А нам не пора начинать? — спросила она меня.

— Еще семь минут до начала. Хотя, давай. Уводи всех со сцены, а мы с Сьюзи будем готовиться.

Женька позвала Кватро и показала на меня. Мол это я её зову. Та кивнула и направилась ко мне. Она сидела и болтала в компании с моими женами и «серебрянками».

— Ты просто волшебник, — сказала она. — Я посмотрела в зеркало своей пудреницы и не обнаружила под левым глазом вообще никаких следов от синяка. И мне даже показалось, что я немого помолодела.

— У моего лечения есть один побочный эффект, который и выражается в омолаживающем эффекте, — ответил я ей.

— Ты просто какой-то невероятный мужчина. Все женщины от тебя в полном восторге.

— Ты сегодня тоже сможешь в этом убедиться.

На лице Сьюзи расцвела загадочная улыбка. Было видно невооруженным глазом, что она меня очень хочет. Дебби хотела меня, потому, что уже раз попробовала секс со мной и осталась от него в полном восторге. А Сьюзи пока только представляла себе в мечтах, как это всё случится между нами. И общение с моими подругами укрепило её во мнении, что все произойдет, как в сказке. Вот так, многие женщины до тридцати лет ещё продолжают верить в сказки. Хотя и после сорока они тоже верят. Верят в то, что и после сорока пяти жизнь только начинается.

Но что-то я отвлёкся, глядя в эти, смотрящие на меня с любовью и верой, глаза. Нас ждала публика и концерт. Я сегодня захватил с собой все наголовные микрофоны, чтобы было удобнее нам петь и одновременно танцевать во время исполнения. Один я сразу надел Сьюзи, а второй нацепил себе.

— Жень, — крикнул я, еще не успевшей далеко уйти, француженке, — сегодня я тебе доверяю открывать и вести концерт. Так что разу станешь известна на весь мир.

— А что мне говорить? — заволновалась она.

— Да что хочешь. Но обязательно поблагодари публику за то, что она пришла сегодня сюда. Ну и назови первым наше выступление с Кватро. Ничего, когда-то надо начинать.

Женька собралась и вышла за занавес на авансцену. Вот это гул. Как будто лавина с гор сошла. Чувствуется, что народу собралось немало. Мы с Сьюзи не волновались. А вот француженка, судя по голосу, немного мандражировала. Похоже, вид огромной толпы её смутил. Я, практически, полностью заблокировал внешний звук и поэтому на сцене было тихо. Но даже сквозь этот барьер был слышен приглушенный рёв двухсоттысячной толпы.

Ну что ж, пора. Я дал мысленную команду разъехаться занавесу и нас оглушил настоящий гром собравшейся публики. Да, здесь точно больше, чем двести пятьдесят тысяч.

— Привет, Филадельфия! — крикнули мы вместе с Кватро.

— При-вет! — было нам раскатистым ответом.

Наш конферансье в юбке быстро ретировалась за кулисы и мы начали свой четырёхчасовой музыкальный марафон. Толпа ликовала и пела вместе с нами. Такого мгновенного единения с публикой, на своих концертах, Сьюзи ещё никогда не испытывала. Она счастливо улыбалась, пела и танцевала. Вот так, с первой песни и сразу прямое попадание в яблочко. Хотя зрители были к этому уже готовы. Устроители этого шоу заранее объявили в местных средствах массовой информации, что сегодня будет много музыкальных премьер. Поэтому все заранее предвкушали настоящий праздник. И мы им его устроили.

Песня очень понравилась публике. Все хотели услышать её ещё раз. Пришлось громко крикнуть:

— Мы её еще раз исполним ближе к концу.

Это было встречено довольными криками одобрения. Сьюзи раскланялась и ушла за кулисы. На её место вышла Солнышко, а Женька объявила нашу новую песню «I Will Survive». Так что подарки продолжали сыпаться на пришедших на этот концерт зрителей, как из рога изобилия.

Солнышко пела очень мощно. Чувствовалось, что она вложила всю душу в это исполнение. И опять последовал взрыв. Взрыв радостных эмоций собравшейся публики и громких аплодисментов. Естественно, это же были два мировых хита, исполненные подряд. Да ещё какие. Их уже сегодня станут распевать во всех уголках планеты.

А затем появилась Маша. Я ей успел сотворить футболку перед самым началом концерта и незаметно передать ей. Смотрелась она в ней просто сногсшибательно. Я ей подмигнул и она улыбнулась. Сделал я её такой, какой просила сама Маша, но не совсем прозрачной. Публика, увидев её, обалдела и раздался многотысячный радостный свист. Вот так, все мужики это мгновенно оценили. А в это время Женька рассказывала в микрофон о том, какую песню будет петь Maria.

Маша вышла уже с настроенным наголовным микрофоном, поэтому с ходу крикнула:

— Здравствуй, Филадельфия! Привет, Москва!

Около десяти телевизионных камер транслировали наше сегодняшнее шоу, поэтому её двойное приветствие, сказанное сначала по-английски, а затем по-русски, увидели и услышали во всём мире. Особенно его ждали на родине, в СССР. И вот, впервые, из Америки, в прямой трансляции и в нашем исполнении, зазвучала песня на русском языке. Момент был выбран мной очень удачно. Музыку все сразу узнали, а слова ещё были свежи в памяти. Поэтому все прекрасно понимали, о чём пела Маша. Да и футболка ярко алела на фоне включенных софитов.