Андрей Храмцов – Новый старый 1978-й. Книга десятая (страница 2)

— Всё, — доложил я «особой» тройке окончательный результат. — У амеров остались только топоры и дубины. Вот ими пусть теперь и машут нам через океан.

— Это шутка? — спросил Устинов.

— Почти. Ракет у них больше никаких не осталось, от слова «совсем». НАТО, как мощной военной группировки, тоже больше не существует. Я оставил им только танки и артиллерию с истребителями. Ведь нашим супертанкам и суперсамолетам надо будет на ком-то тренироваться.

— Точно, — подтвердил маршал. — Ты про обещанный орихалк не забыл?

— На днях будет. Я эти дни был очень занят поисками спрятанных знаний атлантов и нашими концертами. Как своими, так и чужими. Во вторник всё, что обещал, принесу.

— Спасибо за помощь, — сказал довольный Брежнев, пожимая мне руку. — У тебя с американцами получается намного лучше и быстрее разобраться. Что теперь будем с ними делать?

— Это уже без меня. Как сказал известный немецкий поэт Иоганн Шиллер: «Мавр сделал своё дело, мавр может уходить». А то мавру уже есть хочется.

— Хорошо, мавр, больше задерживать тебя не будем.

Попрощавшись, я исчез и перенесся в Черёмушки. Дома меня ждали, практически готовые к походу в ресторан, жёны.

— Тут тебе принесли ключи от Роллс-Ройса, — сказала Солнышко, целуя меня в прихожей.

— Отлично, — ответил я, собираясь переодеться. — Значит, можно ехать. Давненько я не надевал свои четыре звезды. И ты тоже нацепи, пусть все видят, какая у меня героическая жена.

Солнышко, радостная, побежала за наградой. Ей ещё хотелось её носить. А я, после того, как развил в себе возможности и способности атлантов, стал относиться к ним без прежнего пиетета. Из своих гардеробных комнат вышли Ди и Наташа, и я ими залюбовался. А потом появились Солнышко и Маша. Да, красота — страшная сила. Они все заметили, что я ими любуюсь и расплылись в довольных улыбках.

На моей купленной недавно машине блестели новые московские номера с буквами «МО» на конце. Обычные номера, которые теперь все ГАИшники знают наизусть. До «Праги» мы добрались быстро. Только меня смутила педаль тормоза. Она была какая-то мягкая и схватывала со второго-третьего раза. Хорошо, что это началось уже при подъезде к ресторану. Я сразу подумал, что произошло попадание воздуха в тормозную систему. Но с новым автомобилем такое вряд ли могло произойти. Значит, кто-то там копался, пока устанавливали телефон. Но ключи я отдавал только комитетчикам. А вот их я и не проверил. Думал, что история с «чужими» закончилась и расслабился. Девчонкам я ничего говорить не стал, сам решу чуть позже этот вопрос. Если что, домой на такси поедем. Но я лучше позвоню в посольство Великобритании и попрошу лично посла Кёртиса Кибла помочь в вопросе ремонта моего Роллс-Ройса. Мне его рекомендовала Её Величество, когда вручала мне наши новые паспорта граждан Содружества.

У них, наверняка, есть своя ремонтная база для автомобилей посольства. Я был уверен, что для моей машины требуется прокачка тормозных цилиндров, так как от этого зависит полнота удаления воздуха из тормозной системы. А это могут сделать только те, кто занимается обслуживанием подобных машин.

На стоянке перед входом наш красавец смотрелся потрясающе и вызвал фурор у окружающих. А когда швейцар увидел мои четыре Звезды и узнал моё лицо, то сразу распахнул дверь перед нами без всякой мзды, хотя на двери красовалась табличка «мест нет». Вот что значит второй, ну может третий, человек в государстве.

В фойе нас встречал знакомый администратор. Маша с Ди и Наташей внимательно осматривались кругом, так как никогда здесь не были. А вот Солнышко здесь была со мной несколько раз.

— Здравствуйте, Андрей Юрьевич, Светлана и милые дамы, — расшаркивался перед нами метрдотель. — Вы поужинать или посмотреть, как выступают ваши подопечные?

— И то, и другое, — ответил я, беря своих двух солисток под руки, а Ди с Наташей стояли рядом.

— Пойдёмте, я вас провожу. Я уверен, что молодожены и их родители будут очень рады, что на их свадьбу пришли такие дорогие гости. Галина Леонидовна уже там. Вас рядом с ней посадить?

— Да, если можно.

У меня с собой были два подарка для молодых. Когда я последний раз посещал сокровищницу храма Падманабхасвами, я прихватил две немаленькие и очень красивые золотые цепочки с кулонами с довольно крупными изумрудами. Вот их я и собирался подарить от нас невесте и жениху на свадьбу.

Наше появление в банкетном зале на втором этаже привело в неописуемый восторг всех там находившихся. Ещё подходя к дверям зала, я слышал знакомую музыку и голоса солисток «Серебра». Судя по тому, что они исполняли одну из наших первых песен в их листе, то это означало, что они начали выступать минут двадцать назад.

К нам сразу подбежал распорядитель и представил сначала невесту с женихом, которые просто светились от счастья от того, что всемирно известная группа «Демо» посетила их свадебное застолье. Я достал из кармана две увесистые золотые цепочки с изумрудами и повесил на шеи молодым. Они просто обалдели от такого подарка. Каждая такая цепочка стоила не меньше однокомнатной квартиры в Москве.

Родители молодоженов тоже были счастливы. Оба семейства были выходцами из южных советских республик, поэтому стол был богатым и гости были ему под стать. Я ещё успел поприветствовать выпускников нашего продюсерского центра, которым мы все дружно, вместе с моими четырьмя подругами, помахали руками и они ответили нам в микрофон радостными словами приветствия со цены, представив нас залу.

Ирина даже перечислила все мои регалии и должности, от чего гости ещё больше обрадовались. И Солнышко упомянула, обратив внимание всех на её Золотую Звезду Героя. Да, эту свадьбу все присутствующие здесь запомнят надолго. Я чувствовал себя не просто «свадебным генералом», а целым генералом армии. До маршала я пока не дотягивал. Но это значило, что есть ещё к чему мне стремиться.

Меня посадили рядом с Галиной, как я и просил, а девчонок около меня.

— Ну у тебя и подарки, — восхищённо сказала дочь Генсека. — Ты что, шейх какой-то?

— Вот пригласишь меня на свою свадьбу, подарю тебе золотую цепь в два раза толще, — ответил я, накладывая себе в тарелку рыбное ассорти с огромного блюда.

Я знал, что Галина в 1971 году вышла замуж за Юрия Чурбанова, ныне замминистра внутренних дел. Поэтому за подарок для неё я был спокоен. В смысле, что дарить его не придётся. Но, в связи перетряской МВД, может быть и придётся. У неё на стороне романов было много. Да мне, в общем-то, по барабану. В храме Вишну таких цепей было несметное множество.

Эх, как же здорово! Сидишь, ешь, мило болтаешь с дамами, а для тебя поёт и играет музыкальный ансамбль. А а ещё даа месяца назад было всё наоборот. Я посмотрел на Солнышко и увидел по её лицу, что она думает о том же. Мы улыбнулись и я ей подмигнул. У нас с ней были свои общие секреты, неизвестные остальным трём жёнам. Очень интересно получилось, что меня сейчас окружали пять женщин и у каждой на шее висел на золотой цепочке бриллиант в шестьсот карат. Да, они были как близнецы-братья и только ювелир мог отличить один от другого. Многие из гостей заметили такое интересное совпадение, но старались делать вид, что они на это не обратили никакого внимания. Конечно, за столом рядом с родителями жениха сидели вместе такие большие люди, что лучше им было думать о чём-нибудь другом.

Я сказал Галине и Солнышку, что отойду на пятнадцать минут по делам. После чего вышел на улицу и сел в свой Роллс-Ройс, чтобы позвонить Андропову.

— Юрий Владимирович, — сказал я в трубку металлическим голосом. — Ваши люди опять попытались меня убить. Может хватит так поступать со мной?

— Что ты такое говоришь? — возмутился он. — Этого просто не может быть.

— Может. У меня на новой машине неожиданно отказали тормоза. Хорошо, что это произошло в самом конце пути, иначе мы бы погибли все пятеро. Перед этим я отдавал ключи от своего автомобиля вашим сотрудникам.

— Нашим, Андрей.

— Теперь именно вашим. Я людей, упорно стремящихся меня убить, считаю врагами. Ваши сотрудники второй раз пытаются меня убить. Сначала снайпер в понедельник стрелял мне в спину. Теперь решили подстроить автомобильную катастрофу? Не выйдет.

Последние два предложения я произнёс, телепортировавшись в кабинет шефа КГБ в режиме невидимости. Он знал, что я мог это сделать. Но он абсолютно не был готов к тому, что мой голос будет звучать в его кабинете, а самого меня в этот момент видно не будет.

Я говорил и перемещался мимо его стола в сторону окна, поэтому он знал, что я уже здесь. Но он смотрел ошарашенным взглядом туда, откуда раздавался мой голос, и не видел меня. Это его и шокировало.

— Если это так, то я немедленно сам разберусь с этим, — наконец ответил Андропов.

Но в этот момент я почувствовал угрозу, которая быстро приближалась из-за закрытой двери его кабинета. Я просканировал мозг Андропова и понял, что он не отдавал приказ на моё устранение. А в его приёмной топала группа спецзащиты Председателя КГБ. Он случайно, когда услышал мой голос и не увидел меня, нажал ногой тревожную кнопку, сам не поняв, что он сделал.

Ну что ж. Пришло время проверить, чему я за это время научился. Я встал лицом к окну и спиной к двери, чтобы ворвавшиеся в кабинет пятеро спецназовцев не поняли, кто перед ними, и вышел из режима невидимости. Я стоял далеко от Андропова и поэтому он не находился на линии огня. Нажатая Андроповым тревожная кнопка давала команду спецгруппе сразу стрелять на поражение.