Андрей Хилев – 49 притч коуча. Книга 2 (страница 1)

Андрей Хилев

49 притч коуча. Книга 2

Близкая и далекая цель

два путника шли через пустыню. Один был учителем, другой – учеником. Они бежали от царского гнева и не

успели взять достаточно воды и еды. Пришлось экономить каждый кусок и каждый глоток. На третий день все припасы кончились.

– Терпи, юноша, завтра мы придем в оазис. Там есть колодец, полный воды, – сказал учитель.

Ученик, услышав эти слова, приободрился и двинулся вперед. На следующий день путники не увидели оазиса, но им удалось утолить жажду с помощью кактуса.

– Я не учел, что мы идем слишком медленно. «Завтра мы обязательно дойдем до оазиса и до колодца с водой», —спокойно сказал учитель.

Так учитель говорил в течение многих дней. Каждый раз он уверял юношу, что завтра они найдут колодец с водой. Иногда им удавалась собрать несколько капель росы с колючего кустарника или найти съедобный кактус. Но были дни, когда жажда отнимала все силы. Только слова учителя заставляли юношу идти вперед.

Наконец они увидели долгожданный оазис. Хозяин оазиса был другом учителя и принял двух путников как дорогих гостей.

– Как долго ты сюда шел? – спросил хозяин учителя.

– Десять дней, как обычно. Моему ученику было тяжело без воды.

– Как же ты смог заставить его идти? —удивился хозяин оазиса.

– Каждый день я обещал ему, что завтра мы увидим колодец с водой.

Жажда терпима – если надежды колодец не высох. Юноша первый раз попал в пустыню. Он не смог бы дойти до колодца, который находится далеко, – объяснил учитель.

Вызыватель дождя

В одной провинции в Китае уже четыре месяца не было дождя. Погибал урожай, людям грозил голод. Три деревни собрали последние деньги и решили привезти из другой провинции «вызывателя» дождя. В это время в деревню приехали учёные-этнографы, проводившие какие-то исследования. И в тот же день туда привезли «вызывателя» дождя – маленького сухонького старичка. Он попросил себе хижину на отшибе деревни и чашку риса в день. С учёными, заинтересовавшимися этим событием, разговаривать наотрез отказался. Старейшина деревни сказал:

– Сейчас заклинателю нужно сосредоточиться. Подождите, пока он выполнит свою работу.

На третий день пошёл дождь. Старичок взял свои, огромные по местным меркам, деньги и засобирался в обратный путь. Старейшина опять передал ему просьбу учёных. На этот раз заклинатель согласился уделить им немного времени.

– Расскажите, как вы вызвали дождь? – сразу, чтобы не терять времени даром, спросил старичка один из учёных. – Наверное, существует какой-то специальный обряд? Он передаётся по наследству?

– Вы с ума сошли?! – изумился старичок. – Я вызвал дождь? Я что, маг? Неужели вы могли подумать, что я, в своём ничтожестве, могу управлять могучими стихиями?!

– Но что же вы тогда сделали? – обескуражено спросили китаисты. – Ведь дождь-то идёт!..

– Никто не может изменить никого, – назидательно подняв палец, сказал старичок. – Но каждый может управлять собой. Я, скажу без ложной скромности, достиг некоторых вершин в этом искусстве. И вот я приехал сюда, в правильном, гармоничном состоянии, и увидел, что здесь всё неправильно. Нарушен порядок вещей, гибнет урожай, люди в отчаянии. Я не могу этого изменить. Единственное, что я могу, – это изменить себя, то есть стать неправильным, как и все здесь и присоединиться к тому, что здесь происходит. Именно это я и сделал.

– Ну, а потом? Откуда дождь-то?

– Потом я, естественно, работал с собой, возвращая себя обратно в правильное состояние. Но, поскольку я уже был един со всем, что здесь есть, то и оно вместе со мной, постепенно, с некоторой инерцией, но вернулось на правильный путь. А правильным для этой земли сейчас является её орошение. Вот поэтому и пошёл дождь. А вовсе не потому, что я его «вызвал»…

– Но если всё так просто, почему же вы взяли за это такие большие деньги? – спросил один из учёных. – Крестьянам пришлось буквально продать последнюю рубашку, чтобы заплатить вам…

– Потому что я уже старый и немощный человек, а когда я присоединяюсь к дисгармонии, мне становится так же плохо, как и всему вокруг. Добровольно перейти из правильного состояния в неправильное стоит очень дорого!

На этом вызыватель дождя знаком показал, что аудиенция окончена. В тот же день он уехал обратно в свою деревню.

Был некогда на свете город. Он был похож на все другие города в мире всем, кроме одного: в нём почти всегда бушевали бури.

Жившие там люди любили свой город. Естественно, они приспособились к его климату. Жизнь в центре бурь подразумевала, что они не замечали рёва грома, вспышек молний и того, что почти всё время шёл дождь.

Если кто-нибудь и обращал внимание на погоду, его начинали считать невоспитанным и назойливым человеком. В кнце концов, бури – это ведь и есть жизнь…

Так продолжалось много столетий. И всё бы ничего, если б не одно: людям не удалось полностью приспособиться к бурной погоде. В результате, они стали пугливыми, беспокойными и, временами, перевозбуждёнными.

Насколько люди могли помнить, они никогда не видели мест иного рода. Поэтому рассказы о городах и странах, где штормов нет, рассматривались ими как своего рода сказки или бормотание лунатиков.

Существовало два испытанных рецепта заставить себя забыть на время свою напряжённость: надо было либо изменить что-либо в своей жизни, либо дать тому, что есть, завладеть тобой всецело. На каждом этапе истории этой страны одни её жители фиксировали своё внимание на изменениях, другие же, одновременно – на устоях того или иного рода. Несчастливы были лишь те, кто не мог ни того, ни другого.

А дождь всё лил, и никто ничего не пытался с этим поделать, потому что это не признавалось проблемой. Сырость была проблемой, но никто не связывал её с дождём. Молния вызывала пожары, которые были проблемой, но их считали отдельными самостоятельными событиями…

о людях, ищущих знаний.

Говорят, Бахауддина Накшбанда спросили однажды о людях, ищущих знаний.

Он отвечал:

– Я дам вам аллегорию, которую не следует воспринимать буквально, но которая отражает человеческую природу.

И он рассказал такую историю:

– Влюблённые в Истину рассказывают, что, когда создавались души живущих, они были спрошены, каким путём они хотят попасть в тело.

И они разделились на четыре части.

Первые избрали пеший путь как самый безопасный.

Вторые попросили лошадей, так как это потребовало бы меньшего труда.

Третьи выбрали ветер, ибо хотели сметать все преграды.

Четвёртые выбрали свет, находясь в котором они могли бы понимать и двигаться одновременно.

Эти четыре группы всё ещё существуют, и люди, ищущие истину, подпадают под одну из этих характеристик.

Пешеходы – ограниченные в пространстве и скорости имитаторы.

Всадники – те, кто полагаются на книги, их конь – убеждения автора.

Третьих носит по всему свету.

Четвёртые – Суфии, т.е мудрецы, уксперты, учителя.

Говоря о познании,

первые привязывают себя к примитивным культам;

вторые привержены идеям;

третьи – в плену своих предпочтений и замыслов;

четвёртые – от своего саморазвития, мыслей, знаний, опыта других.

Мы можем судить о способностях человека по тому, чем они интересуются.

Первая группа интересуется тем, что они называют техниками;

вторая – захватывающими идеями и рассказами;

третьим нужно воплощениями замыслов другими;

лишь четвёртые распознают реальность и свое место в ней.

Дунъе Цзи загнал своего коня

Правитель царства Лу Чжоу-гун решил собрать со всего царства талантливых людей. Он велел советникам объявить об этом всему народу.

Один человек по имени Дунъе Цзи прекрасно управлял колесницей. Он был настолько виртуозен, что никогда не ошибался в движениях. Услышав объявление Чжоу-гуна, он очень обрадовался и подумал: «Управление колесницей – это тоже талант. И в мирное время, и на войне – мои навыки всегда пригодятся».

Дунъе Цзи отправился в столицу и заявил о своем таланте. Тогда Чжоу-гун попросил его продемонстрировать мастерство. Дунъе Цзи уверенно сел в колесницу и стал ею управлять. Колесница двигалась вперед, а потом назад, движения были такими четкими, что под колесами появилась прямая колея. После этого колесница стала поворачиваться вправо и влево, словно циркуль, рисуя колесами необыкновенно ровный круг. Закончив, Дунъе Цзи, гордый собой, вернулся кЛу Чжоу-гуну. Восхищенный правитель медленно похлопал в ладоши и громко объявил:

– Великолепно! Государству нужны именно такие таланты!