Андрей Гудков – Цепной пес империи. Революция (страница 6)

– Я грю, деньги гони! Не понял, че ли?!

– Вы что, грабите меня? – с изумлением спросил я.

Происходящее просто не укладывалось в голове. Меня пытаются ограбить в Райхене посреди бела дня! Аристократа пытаются ограбить в Райхене! Не стащить кошелек, не обыграть в карты, а ограбить!

– Вы обкурились?

– Ты меня достал, – как-то спокойно и без злости сказал один из грабителей. – Так понятней?

Он достал револьвер и несколько раз выстрелил в Арью. Девушка испуганно вскрикнула, хотя пули застряли в Щите.

– Дерьмо кобылье, он маг?

– Разберемся, – усмехнулся их вожак и потянул из рукава короткий жезл.

Я поднял руку и щелкнул пальцами. Живот колдуна разлетелся на ошметки, и он с ужасом уставился на чудовищную рану. Кто-то бросился бежать.

– Стоять! – холодно приказал я.

Грабители с ужасом осознали, что не могут и пошевелиться. Я с улыбкой посмотрел на них. Двое от моей улыбки и взгляда обмочили штаны.

Воздушное лезвие аккуратно распороло живот первому грабителю. Я снял с него паралич, и он судорожно попытался запихнуть вываливающиеся внутренности обратно.

– Вы всерьез собирались меня ограбить? За такую дерзость вы будете наказаны.

На второго я накинул магическую удавку, которая начала его медленно душить. Третий, к сожалению, умер от страха. Последний оставшийся в живых грабитель завыл от ужаса. Я отпустил его, и он побежал вниз по улице. И когда он уже решил, что спасся, я точным ударом отрубил ему обе ноги чуть выше колен.

– Недоумки, – весело усмехнулся я и повернулся к Арье.

Смертельно бледная некромантка смотрела на меня расширенными от ужаса глазами. Ее взгляд и чувства острее ножа резанули меня по сердцу. Но еще больней были слова:

– Маэл, я боюсь тебя…

Я с мрачным видом лежал на кровати и смотрел в потолок. Когда я успел так сильно измениться? Впрочем, ответ очевиден. Глупо думать, что, прожив двадцать лет с демонами и добившись их уважения, можно при этом остаться человеком.

В комнату осторожно постучалась Арья и, не дождавшись ответа, приоткрыла дверь и проскользнула в комнату.

– Извини меня, – негромко сказала Арья, садясь на кровать.

– За что? – грустно усмехнулся я.

– Я не должна была так говорить. Те люди заслужили смерть. Не будь ты магом, а я некромантом – нас бы убили.

– Они заслужили смерть… Но ты испугалась не их, а меня…

– Я…

– Не надо, Арья. Если помнишь, я когда-то говорил, что ты – мое зеркало. Ты отражаешь мои собственные мысли обо мне же. Не только ты меня испугалась, но и я сам.

Девушка легла рядом со мной.

– Тебе тяжело было? – тихо спросила она.

– Чтобы выжить среди демонов, мне пришлось стать демоном, только и всего, – меланхолично заметил я. – Знаешь, почему я убил этих недоумков? Не потому, что они нам угрожали. И не потому, что они заслужили смерть. Нет, я их убил только за то, что они посмели думать, что сильнее меня. Я их не убил, а покарал за дерзость. И любой демон меня бы понял…

– Маэл, ты вернулся домой.

Я резко поднялся, внимательно посмотрел в зеленые глаза Арьи и до боли в пальцах сжал ее плечо.

– Точно? А ты не демон-метаморф и не мой предсмертный бред? Ты не обманываешь меня?!

Арья мягко провела кончиками пальцев по щеке и улыбнулась. Этим легким прикосновением она успокоила меня и прогнала паранойю.

– Я не могу обмануть тебя, как и ты не можешь обмануть меня.

Я медленно выдохнул и расслабился. В глубине души я понимал, в чем дело. Впервые за последние двадцать лет я уже несколько дней не дрался насмерть.

Я не знаю, что нужно этому демону, да мне это и не так важно. Главное, что он явно хочет меня убить. Демон чешуйчатыми лапами поднимает тяжелый двуручный меч и оскаливается, глядя на меня.

Бросок отродья Инферно стремителен. Я едва успеваю отпрыгнуть в сторону. Демон с рыком разворачивается, для своих размеров он слишком ловок и быстр. Я улыбаюсь врагу и привожу в действие свою ловушку. Черный камень под его ногами вспыхивает ярко-белым огнем, пылающие копья пробивают твердую чешую демона и разрываются внутри.

Схватка была быстрой и смертельно опасной. Не успей я устроить ловушку, вовремя отпрыгнуть, не встань демон туда, куда нужно было мне, – сейчас я, а не он был бы мертв.

В доме на втором этаже находилась особая комната. Небольшая, без окон и мебели. В центре комнаты на ровном каменном полу кристаллами рарса выложена пентаграмма, вписанная в круг.

В этой комнате я когда-то практиковался в магии, а сейчас привел сюда дочь.

– Символ магов – пентаграмма. Пять лучей звезды символизируют четыре стихии, подчиненные пятой. Земля, вода, воздух, огонь и магия, соединяющая все остальные и управляющая ими. Но у пентаграммы есть и другие значения.

Араэл сидела в центре пентаграммы, а я ходил вокруг нее и читал лекцию про азы магии. Молодые маги узнают все это лет в десять. Но мне было некогда учить дочь теории.

– Господство разума над чувствами, рассудка над инстинктами, мага над стихиями. Маг подчиняет себе свои инстинкты, контролирует эмоции, управляет стихиями. Именно в такой последовательности, иначе это будет перевернутая пентаграмма. Превосходство чувств, инстинктов, страстей над разумом, рассудком и логикой. Это будет символ демонов. Понятно?

– Да, – кивнула она.

– Демоны не могут контролировать свои чувства и страсти. Они подчинены им, и поэтому демоны не могут созидать или властвовать, они могут только разрушать.

– А как же Лорды?

– Они – другое дело. Они единственные из демонов могут управлять своими эмоциями и думать логически. Поэтому Лорды Инферно правят демонами.

– Лорды правят силой, – возразила Араэл.

– Нет! – резко ответил я. – Не заблуждайся! Владыки подчиняют демонов силой, но не умей они сначала подчинять себе свои же страсти – править не смогли бы. Лорды просто были бы сильнейшими демонами и убивали бы всех остальных. Не возникла бы вертикаль подчинения, и не было Легионов. Понятно?

– Да.

– Теперь попробуй опять. Почувствуй воздух вокруг себя и подчини себе это чувство.

Я посмотрел на дочь другим зрением. Ее аура пылала ярким и чистым рубиновым огнем. Девушка закусила губу, безуспешно пытаясь выполнить упражнение. Неожиданно вокруг нее пробежали серебристые искорки. Воздух отозвался. Я с трудом сдержал радость.

– Старайся лучше! – сурово сказал я.

Араэл огорченно опустила глаза и продолжила пытаться подчинить себе воздух. И у нее получалось! Серебристые искорки вспыхивали все чаще. Но я не спешил хвалить дочку. Хотя очень хотелось.

Она хорошо владела магией огня, но только одной стихии для мага мало. Надо изучить основы всех видов магии, чтобы потом создать свой собственный стиль.

Кроме того, Араэл надо будет доказать магам клана, что она маг, а не волшебница.

– У тебя хорошо получается, – тихо сказала мне Арья. – Только, по-моему, ты слишком строг с ней.

– Вспомни, как учили нас, – возразил я. – Меня мой наставник уже пару раз ударил бы указкой.

Девушка покачала головой, хотя ее тоже не раз пороли. Система воспитания магов может показаться излишне жестокой, но она неплохо работает. Среди волшебников и колдунов, с их гуманными школами и университетами магии, полно ренегатов. А вот среди магов и некромантов их нет. Хотя некромантам стать отступниками несколько сложно…

Для магов жесткая и даже жестокая система обучения, основанная на принципах ответственности перед кланом и страной, жизненно необходима. Маги должны осознавать границы применения своей силы и понимать свою ответственность. А иначе что было бы, если бы, к примеру, Данте вызвал в наш мир демона и не смог его удержать? Или я вызвал бы ураган посреди города и не подумал о безопасности простых людей?

Я не все занятия проводил в доме. Некоторые уроки лучше было устроить на открытом воздухе, и для этого хорошо подходил сад.

– Смотри внимательно, – строго сказал я дочери.

Я сел прямо на траву, не боясь запачкать штаны. С моря дул прохладный и сырой ветер, но мне он не помешает. Наоборот. Я закрыл глаза и сосредоточился.

– Смотри внимательно, – повторил я.

Давно я этого не делал. Но знания никуда не делись. Вдох, выдох, опять вдох и выдох. По воздуху вокруг меня пробежала легкая дрожь, как рябь на воде. Я открыл глаза, поднял голову и увидел высоко в небе величественный поток. Сильный ветер дул над городом, не тревожа его жителей. Я чувствовал стихию, ее желание и силу.

Повинуясь моему безмолвному приказу, ветер ринулся вниз. От неожиданного порыва захлопали ставни у соседей, зашумела молодая листва на деревьях, дохнуло холодом. Я отпустил привязь, и ветер вернулся обратно в небо.