Андрей Грязнов – Порог Кассандры (страница 2)

– Надеешься найти ответ в чужой крови?

Он молчал.

Анна вздохнула, и закрыла сессию.

Прозвенел третий звонок.

Анна вернулась не в зал – в тело. На коленях программка: «ГОЛОСА ЭРИНИЙ». Трагедия в трёх актах. Она пробежала глазами аннотацию. Слова были как знаки. Как предчувствие:

Это не пересказ мифа по драме Эсхила. Это попытка услышать его заново. Что делать, если кровь уже пролилась, а закона ещё нет? Это история о тех, кто впервые осмелился сказать: «Закон – выше крови». И о том, что происходит потом.

Анна перечитала:

…происходит потом.

Что-то поднялось в ней снизу, через ноги. Какая-то волна. Не страх, не холод. Понимание, что Павел неслучайность и она не просто не зритель. Стук сердца стал чаще. Внешне она была спокойная. Три года на сцене не прошли даром. Театр научил держать лицо.

Она слушала. Голоса внутри себя. Внятные. Чужуе и близкие одновременно. Как дыхание за плечом:

– Ты могла и забыть, кто ты, Анна. Но мы, Эринии, – помним. Имя, которое тебе дала мать, не было случайным. Мегера – не роль, не маска. Это твоя суть. Ты носишь имя, как родимое пятно. Под кожей. Мегера не путает милость с правдой. Она смотрит на кровь – и не отводит глаз. Павел убил мать. Ты, как адвокат, невольно пытаешься оправдать его. Но, как Мегера, ты не должна видеть в нем человека. Он не преступник. Он просто груз на чаше весов возмездия. И в его истории ты – не адвокат. Ты та, кто слышит, знает и ведет за руку к возмездию, на эшафот приговора. К смерти или к безумию.

Ты – Мегера.

Занавес поднялся.

Тени исчезли. Голоса – умолкли. Полная тишина.

До первого слова трагедии.

Глава II. Кассандра. Прозрение и гибель

Те, кто видят дальше других, умирают раньше своей вины.

Анна, взяла с колен программку. Впитывала текст быстро. Не глазами – внутренним зрением, слухом. Словно всматривалась в зеркало, где отражалось не только представление, но были слышны голоса. Откуда-то изнутри.

• Кассандра

Троянская принцесса. Пророчица.

Обречена видеть – и не быть услышанной.

Аполлон дал ей дар – и забрал веру.

Истина – стала её наказанием.

В Аргосе она пленница. Трофей.

Женщина, которая видит смерть —

и идёт ей навстречу.

• Агамемнон

Царь. Победитель.

Принёс в жертву дочь – ради ветра.

Вернулся не домой – а в приговор.

Дом Атридов встретит его не славой,

а кровью.

Сцена: Кассандра у входа во дворец. Сумерки. Камень ещё тёплый от солнца. Воздух – плотный, как перед бурей. Агамемнон – триумфатор ведёт Кассандру, как пленницу, пророчицу, трофей. Она останавливается на пороге. Он входит в дом.

Кассандра: (почти беззвучно):

– Порог дворца, где прячется проклятие.

Не дом здесь. Западня.

Крики в углах. В камине – чей-то шепот.

И стены дышат кровью.

Я здесь, как будущего тень.

Я – крови часть, что будет здесь пролита.

(смотрит на порог)

Переступлю порог и больше никогда не выйду.

Приют последний для себя найду.

Заколют здесь меня, как жертвенную тёлку.

(смотрит на Агамемнона)

– Меня привез с собой, как вещь, трофей, игрушку.

Но не твоя я…

Проклятию принадлежу с тех пор, как отказалась я от поцелуя бога.

Нам не спастись.

Переступив порог – умрешь…

Убьют тебя. Потом – меня.

Я правду говорю…

Агамемнон (в ответ):

– Безумна ты!

(Переступает порог. Идет в дом)

Кассандра: (Тихо):

– Иди… иди. Там ждут тебя давно.

С улыбкой встретит Клитеместра[1].

Произнесёт слова любви.

Полы намажет мёдом, а поверх пурпур.

Накроет вкусный стол.

Но в пальцах будет холод и под языком змея.

А в сердце имя дочери:

Ифигения.

(Пауза. Оглядывается по сторонам)