Андрей Громов – Отброс аристократического общества 4 (страница 57)
Лока отвязали, но неприятности продолжались. Бикрос ухитрился спалить жаркое, и это повергло его в неописуемый шок.
- Я – повар с двадцатилетним стажем, - глядя на меня щенячьими глазами, полными слёз, заламывал руки мой мастер-палач. – Я просто не мог этого сделать! Как так вышло то?
- Что-то мне всё это совсем не нравится, - нахмурился я. – Мы что, остановились в нехорошем месте?
- Не чувствую я здесь негатива, - покачала головой Розалин, - да и детекторы не показывают ничего аномального. Малефикации тоже нет, астральная область девственно чиста.
- Чёрт-те что, - всплеснул руками я.
Работы по подготовке лагеря замедлились, всем приходилось проверять по пять раз свои действия, но эксцессы всё равно продолжились. Рон ухитрился порезаться кинжалом, а один из поваров принца Валентино обварился кипятком. Его, конечно, моментально излечили, но осадочек остался.
Дебора Шарп, странствующая журналистка, всю дорогу бросавшая на Ырга внимательные взгляды, решила пойти в атаку.
- Слушай, парниша, - талесинка подошла к троллю и погладила его рукой по мощной зелёной груди, - пойдём, посмотрим на звёзды.
- А? – почесал в затылке Ырг.
- О, я люблю таких больших и тупых мальчиков, - нахалка схватила тролля за руку и потянула в сторону леса. – Идём, я расскажу тебе о звёздах всё.
- А может я… - очнулся Тунка, глядя на это безобразие, но перед его лицом тут же образовались два женских кулака, и несчастный моментально сник.
- Это нормальное поведение для неё? – поинтересовался я милорда дю Казунэ. – Сами видите, вокруг творится что-то непонятное.
- Нормальное, - махнул рукой тот. – Все путевые заметки этой, кхм, «журналистки», разбавлены вот такими вот встречами с мужиками разных рас и возрастов. Надо сказать, именно это приносит её писанине изрядную долю популярности.
Со стороны леса раздался женский взвизг. Я закатил глаза, вздохнул, и пошёл разбираться, что же стряслось на этот раз.
На самом деле ничего особенного не случилось, просто дерево, всё это время, мирно росшее в лесу, внезапно решило упасть Ыргу на голову. Впрочем, троллю это не повредило, зелёный лишь квакнул, почесал ушибленное место и поглядел на расколотое пополам бревно.
- Тащи к костру, - я кивнул в сторону дров. – Что добру-то пропадать.
Дебора бросила на меня испепеляющий взгляд, но возражать не решилась. А вот хрен тебе, а не любовные похождения, по крайней мере, сегодня.
Милорд Орю Каминари, наш таинственный бард, всё это время сидел у костра, сложив ноги по-турецки, и, по всей видимости, предавался медитации, не обращая внимания на зарождающийся бедлам. Он бы так и сидел, но когда ружьё гвардейца из личной стражи принца Альберта самопроизвольно выстрелило, сбив летящую в небе утку, причём тушка несчастной птицы шлёпнулась прямо на макушку солдата, вызвав у того лёгкое сотрясение, Орю наконец очнулся, поднялся с земли, махнул нам рукой, и бросил:
- Идёмте.
Мы все, принцы, любопытный контрразведчик плюс старая герцогиня, собрались у нашего броневика и выстроились полукругом около барда, усевшегося на ступеньку кабины.
- Ну что я могу сказать, - начал Орю, - есть две новости. Плохая и плохая. С какой начнём?
- Давай сначала с плохой, - вздохнул я.
- Что ж, - произнёс бард, - как вы, наверное, уже поняли, все эти случайности совсем не случайны. Более того, в происходящих глупостях повинен наш враг. Вот только чьих это рук дело, главы «Руки» или козни того самого колдуна, вырастившего троллей, я пока что сказать не могу.
- С чего ты взял? – удивился милорд Айрон. – Розалин же не нашла следов малефикации.
- Это не проклятье ни разу, - покачал головой бард. – И даже не магия. Тут всё гораздо сложнее. Видимо, придётся зайти несколько издалека. Вам знаком термин «большая игра»?
- Довольно расплывчатое название, - ответил я. – Под него можно подвести что угодно, от политики до спортивных состязаний.
- Пожалуй, - почесал в затылке бард. – Ладно, обойдёмся без красивостей. В общем так, при некоторой сноровке можно управлять судьбой, и наш противник это умеет.
- Поподробнее, пожалуйста, - попросил Валентино, достав свой знаменитый блокнот.
- Можно и поподробнее, - согласился Орю. – Не секрет, что мир не ограничивается тремя измерениями, есть другие слои и пространства, тот же астрал к примеру. Кроме него, кстати, есть и более тонкие и странные области, не суть важно. Так вот, в этих мирах работают определённые законы, вроде закона всемирного тяготения, - Орю взял камень и уронил на землю, - и они прекрасно распространяются на наш, трёхмерный мир. Один из этих законов я называю «Большой игрой». Если уж быть совсем конкретным, то слой, через который можно манипулировать судьбой, называют ноосферой, коллективным бессознательным, меметическим срезом… Выбирайте любое, которое нравится.
- Погоди, - перебил его принц Валентино, - правильно ли я понял, в этих «тонких» мирах можно творить всякие странные вещи, и они отразятся здесь, в виде падающих на голову уток?
- Примерно так, - кивнул бард, - многие из таких проявлений называют чудесами, так как они напрямую нарушают известные нам законы природы, хотя на самом деле это лишь работа других, не менее фундаментальных законов, но на более высоких уровнях. Итак, про «игру». Манипуляции можно совершать сколь угодно много, но если ты переборщишь с выгодой для себя любимого, то получишь пенальти в виде, скажем так, полосы неудач. Иногда фатальных неудач. Представьте себе весы, одна из чаш которых «выгода», а вторая «невезение». Чем больше ты кладёшь груза в «выгоду», тем выше шанс словить кучу неприятностей. Соответственно, чем сильнее противник перегибает палку, тем больше плюшек нам, как игрокам противоположной стороны.
- Как это знакомо! – встрял Мишель. – Я давно говорил, нельзя давить на Госпожу Удачу.
Я покосился на двоих игровых журналистов. Просочились, проныры, на тайное совещание. Впрочем, для этой профессии это нормальное явление.
- Хм, - задумался Орю, пристально поглядев на талесинцев, - может статься, не зря вы к нам прибились. Игра здесь, игра там…
- Что-то я не наблюдаю этих, как ты говоришь, «плюшек», - саркастически заметил Валентино. – Это на нас неприятности сыплются.
- А вот это вторая плохая новость, - вздохнул бард. – Опытные игроки, вроде меня, прекрасно умеют распознавать движение «Большой игры», отслеживая мельчайшие изменения, в чью сторону склоняется чаша весов, но только не сейчас. Сейчас чаши мечутся вверх-вниз, как сумасшедшие. Такое, кстати, в принципе невозможно.
- Так я и знал, что ты не бард… - начал Валентино, но его перебил возмущённый Орю.
- Что значит «не бард»?! – подскочил милорд Каминари. – Если хотите, я вам всё это перескажу в стихах, стиль на ваш выбор. Что вам ближе, Ваше Высочество, ямб, хорей, амфибрахий? Не стесняйтесь, выбирайте, я сложу для вас поэму экспромтом! Да ещё и под музыку!
- Я неправильно выразился, - замахал блокнотом принц. – Я имел в виду «больше, чем бард».
- А, ладно. Хорошо, коли так, - проворчал Орю, вновь плюхнувшись на подножку.
- Два вопроса, - уточнил я. – Вопрос раз: ты можешь прекратить эти мелкие пакости? Вопрос два: можно ли наам воспользоваться этим хаосом в Вышних Эмпиреях, если я всё правильно понял про надстройки над физическими законами.
- Ответ на оба вопроса – «да», - кивнул Большой Игрок. – Но действовать придётся осторожно, я пока что не понимаю, что происходит. Для начала упорядочим движение потоков, а там…
Орю закрыл глаза и замер. Все уставились на него, но бард словно превратился в статую. Прошло минут десять, прежде чем он открыл глаза.
- Всё, - устало выдохнул он. – Пакостей больше не будет, по крайней мере, сегодня. Я слегка щёлкнул по носу оппонента, так что сейчас неприятности начнутся у него. Что там с ужином, кстати? Мне надо восстановить силы.
Действительно, необъяснимые случайности исчезли полностью. Бикрос сделал нормальный ужин, даже лучше чем обычно. Судя по его страдальческой физиономии, он пытался оправдаться за свой недавний провал, и даже мои уверения в том, что его промах - это проделки злого колдуна, не смогли до конца вернуть душевное равновесие шеф-повара в норму. Впрочем, ничего страшного, скоро оклемается. Психика у него железобетонная.
Мы с командой ужинали у отдельного костра, сидя прямо на тёплой земле. И как только после трапезы разлили по бокалам традиционную вечернюю бутылку, к нам подошли оба принца. Его Высочество Валентино, даже не успев начать разговор, извлёк на свет свой излюбленный блокнот.
- Если мы будем следовать таким же темпом, - начал Альберт, - то к завтрашнему вечеру окажемся у пригорода Вегаса. Полагаю, нам стоит обсудить нашу тактику. Прямо вот так, нахрапом, соваться в город глупо. На месте колдуна я бы устроил несколько ловушек.
- Согласен, - поддержал я, указывая на пустующую скамью. – Присаживайтесь, Ваши Высочества. Вина?
- Не откажусь, - кивнул Альберт.
- Меня всё ещё беспокоят эти попытки манипулирования случйностями, - произнёс Валентино.
- А уж меня-то как беспокоят, - буркнул бард. – Как можно было устроить такую бучу в слое ноосферы, я просто не понимаю.
- Если я всё правильно понял из вашего разговора, - подал голос Лок, - то мне это всё видится… - он замялся, - словно бы обезьяну усадили за пианино, и теперь она со всей дури колотит по клавишам, не понимая, как играть музыку.