Андрей Громов – Отброс аристократического общества 3 (страница 49)

- Не странней тебя, - пожал плечами тот. – Мы все здесь сборище странностей. Ну что, стоять будем или вломимся? Время-то уходит.

- Вперёд, - скомандовал я.

В местном здании техотдела не было ни души. Завод должен был стать ловушкой, и всех инженеров эвакуировали. Похоже, мероприятие проводилось в спешке, часть бумаг осталась на столах. Мы быстро пролистали их, но ничего полезного не нашли. Сметы, докладные записки, и прочий рабочий мусор.

- Где здесь сейф? – в воздух произнёс я.

- В потайном месте, - хором произнесли Розалин и Аня, принявшая человеческий вид. – Сейчас найдём.

И правда, нашли. Спрятанный сейф за деревянной панелью.

- На нём ловушка, - предупредила Розалин. – Погодите немного, сейчас обезврежу.

Она достала «Кайл-4», подсоединила к нему какую-то антенну и начала стучать по клавишам. Антенна, похожая на половинку апельсина, зажглась красным, и красным же окрасилась призрачная аура вокруг сейфа. Загорелся магический круг, и красное марево исчезло с лёгким хлопком.

- Готово, можно открывать, - произнесла она.

- Э-э-э… как? – поинтересовался я. – Кто-нибудь умеет взламывать сейфы?

Розалин вздохнула, повела руками в воздухе, и железная дверца осыпалась на пол песком.

- Сегодня день трансфигурации, - пояснила она.

Внутри я нашёл вожделенные бумаги.

- Ага! – обрадовался я. – Вот оно!

- Тогда готовим бомбу и взрываем это место, - деловито предложил Чхве.

- Стой, нельзя! – остановил его я, листая страницы документации.

- Почему? – не понял Мечник.

- Смотри, - я показал ему чертежи. – Эти изуверы оживляли големов за счёт людей, но это ты и сам знаешь. При подобной неестественной смерти образуется большое количество мёртвой маны, в неё превращается жизненная энергия, которую не впитал в себя голем.

- Так и есть, - подтвердила Мэри. – При подобных ритуалах это серьёзная проблема.

- Чтобы зона вокруг завода не превратилась в выжженную пустыню, все магические отходы концентрируются в специальных камнях, числом четыре, - продолжил я, ткнув пальцем в чертёж. – Вот, смотри. Если установку разрушить, мёртвая мана вырвется наружу, и здесь всё погибнет. Лично я не готов убить ни в чём не повинных мирных людей.

- Проклятье! – выругался Чхве Хан. – Что делать?

- Дай сюда, - Эрухабен отобрал у меня чертёж. – Хватит тупить. Моё время на исходе. Ты! – он ткнул пальцем в Мэри. – Забираешь камни с мёртвой маной. Ты! – палец в направлении Элис. – Заменяешь их на солнечные.

- Мог бы и повежливее, - холодно заметила рыжая ведьма.

- Некогда, - закашлялся старый дракон. – Я умираю. Последние капли маны на исходе. Идём внутрь этого амбара, заменяем части, меняем местами вот эти провода и включаем. Я остаюсь здесь контролировать процесс.

- Но… - начал я.

- Никаких «но»! – оборвал меня старик. – Мне уже всё равно, а дело должно быть сделано. Вперёд!

«Вот, учись собой жертвовать, - послышалось ехидное замечание Силы Камня. – Бери с него пример».

«Заткнись, а? – уныло огрызнулся. – Мы соратника теряем, а ты тут ёрничаешь».

«Но я не ёрничал…», - попытался оправдаться Камень, но всё же заткнулся.

Установка по производству големов впечатляла. Сложносоставная конструкция с вплетением кристаллов, волшебных кунштюков из цветных металлов, «солнечное ядро» в полупрозрачном кожухе, ряд треугольных призм, и целые пучки оголённых проводов из меди и серебра. В середине установки стояло кресло, на которое были нацелены жёлтые не огранённые драгоценные камни в золотой оправе. Эрухабен доковылял до кресла, и устало сел.

- Быстрее, - произнёс он. – Делайте, как я сказал, и всё здесь взлетит на воздух.

Я выдал четыре солнечных камня Элис, а Мэри, шустро забравшись на технологические мостки, побежала выковыривать смертоносные кристаллы мёртвой маны.

Через несколько минут приготовления были завершены.

- А теперь вон, - скомандовал Эрухабен. – Включайте «ядро» и бегите отсюда.

- Прощай, - я посмотрел на старого дракона, но тот лишь махнул рукой.

Мы побежали к выходу, где за стеклом виднелась комната с пультом управления. Но только мы добежали до ворот, сверху упала железная решётка аварийной блокировки.

- Чертежи! – сквозь прутья просунулась каменная гномская рука.

- Зачем тебе? – поинтересовался я.

- Мы не можем размножаться, - мрачно пояснил гном, - а с этой технологией сможем плодить себе подобных.

- Не сможете, - возразил я. – Для создания голема нужно кого-то убить, а кого вы будете приносить в жертву в своей пещере?

- Людей наловим, - мрачно возразил каменный засранец.

- А не проще баб каменных выстругать? – поинтересовался я. – Вы же как-то приноровились соратников делать, пусть и в небольших количествах. Наделайте женщин и размножайтесь.

- Мне эта идея в голову не приходила, - ошарашенно произнёс гном.

- Потому что у тебя мозги каменные, - съязвил Лок.

- Тогда нам чертежи и правда не нужны, - поскрёб каменный затылок каменой пятернёй каменный истукан. – Пойдём мы, пожалуй.

- Решётку поднимите, - потребовал я.

Решётка со скрипом поднялась, и гномы потопали к пролому в стене.

- Идиоты, - констатировал Чхве.

- Не то слово, - согласился я.

В пультовой только и потребовалось, что нажать на рычаг. Солнечное ядро засветилось, разгорелись кристаллы, и Розалин телепортировала нас прочь, в сарай, куда мы подбросили телепортационную метку.

- Ну что, готово? – к нам подбежал Мурз с командой.

- Готово, - мрачно ответил я, - идём на улицу, сейчас фейерверк будет.

Мы вышли из сарая и взобрались на небольшой холм. Над заводом разгоралось жёлтое зарево, всё ярче и ярче, потом вспышка… и всё.

- А… где? – непонимающе произнёс Мурз.

Я сам ничего не понимал.

- Не сработало, что ли? – расстроенно произнёс я.

Сработало. Взорвалось так, что нас ветром сдуло с холма. Кое-как отряхнувшись, я собрал всех, и Розалин перенесла нас снова, на сей раз в подземное убежище Мурза.

- Ну вот и всё, - устало произнёс я, присаживаясь к горящему костру. – Дело сделано. Надеюсь, город не сильно пострадал.

- Эрухабен, - вздохнула Розалин, - мне будет его не хватать.

- Помянем товарища, - произнёс я, доставая из «инвентаря» бутылки с вином. – Давайте кружки.

У старины Мурза нашёлся целый набор серебряных кубков, не иначе как украденных из богатого дома. Я по очереди разлил вино. Из-за моей спины протянулась рука со стаканом, я плеснул и в него.

- Мы были знакомы не очень долго, - начал я прощальную речь, - но старик быстро влился в коллектив. Он был мудрым товарищем, и я буду по нему скучать. Скольким вещам он успел нас всех научить, а скольким не успел… Спи спокойно, дорогой друг, твой поступок был поистине благородным. Ты был замечательным человеком. Выпьем же за упокой нашего дорогого товарища.

Выпили. Не чокаясь.

- Хорошая речь, - послышался из-за спины знакомый голос, - вот только покойный был изрядной скотиной, уж не обессудьте, мне лучше знать.

- Заткнись, Эрухабен, - произнёс я, думая о своём, - у нас траур. Так, стоп.