Андрей Горин – Тайны Генома (страница 9)

Абреки расположили огневые точки в укромных как им казалось местах, но именно такие укромные места и привлекали к себе наибольшее внимание как точки наиболее вероятного расположения противника.

Ребята полковника разместились на открытом месте, рассредоточившись по периметру большой открытой площадки посреди развалин, где и должны были сойтись противоборствующие стороны. Правда для этого им пришлось закопаться в землю, товарищи сверху замаскировали места лёжек, и бойцы почти на двое суток замерли в мучительном, но привычном ожидании. Когда за пару суток до засады ничего не жрешь, а ссать приходится в памперсы.

Снайперские точки кавказцы оборудовали на расстоянии не далее 100–150 метров от площадки. А бойцы полковника, обладавшие более высоким классом и более дальнобойными снайперским винтовкам рассредоточились метров за двести, а некоторые мастера за триста — четыреста метров.

Кроме того, были задействованы особо доверенные спецы из подразделений ЧВК «Молния». Благодаря им и господину Илону Маску, опутавшему всю планету сетями спутникового интернета, в воздухе постоянно находились разведывательные беспилотники, оснащённые высококлассной оптикой, благодаря чему они работали с дистанции, исключающей их обнаружение противником. А вот нам все приготовления и передвижения врагов были видны как на ладони.

Было и ещё множество сюрпризов, которые должны были обеспечить подавляющее преимущества нашей стороне. Например, несколько внедорожников были коренным образом модернизированы и переоборудованы. Внешне обычный крупногабаритный внедорожник с наглухо затонированными стёклами. Только вот вместо автомобильных кресел внутри была оборудована платформа, на которой смонтирован крупнокалиберный 12,7-мм пулемёт М2 системы Джона Браунинга. Как шутили бойцы, русифицированная модель американского вездехода «Хамви». Задняя стенка багажного отделения была смонтирована на шарнирах и целиком откидывалась назад, открывая пространство для ведения огня и превращая автомобиль в огневую точку на колёсах. Целью пулемётных расчётов было поражение автомобилей противник, создание деморализующего эффекта и подавление врага своей огневой мощью.

В отличие от противников, перед нами стояла более сложная задача. В принципе, мы могли бы перебить всех людей Зелимхана, но нам было нужно несколько другое. Надо было ранить как можно большее число кавказских боевиков, а остальных деморализовать и заставить сдаться, сложив оружие. Руководство требовало ликвидировать группировку без лишнего шума. Вот козлы, попробовали бы они сами без шума и кучи трупов ликвидировать несколько сотен до зубов вооружённых боевиков. Но в чём-то они были, конечно, правы. Наворотив горы трупов о всякой секретности, проводимой операции можно было забыть. Поэтому расчёт был на то, что оставшиеся в живых люди Зелимхана, сами увезут своих раненых и трупы сородичей с места схватки. Таким образом, когда на место происшедшего прибудут посторонние, то трупов не обнаружат. А на случай вопросов насчёт следов перестрелки у нас имелась заранее заготовленная отмазка о проводимых учениях ЧВК.

Стрелка была назначена на одиннадцать часов вечера. Как выяснилось, участников с каждой из сторон набралось человек по 150 и ещё в засадах сидело тоже человек по 50 с каждой стороны. Естественно, такой вольности как в 90-х, когда приезжали на стрелку колонной автомобилей, позволить себе ни мы ни противники не могли, даже при полном попустительстве властей. Машины поодиночке прибывали к месту встречи и останавливались в укромных местах в нескольких сотнях метрах от территории ЖБИ. Дальше приходилось добираться пешком в местах сосредоточения. Были заранее оговорены пути подъезда машин с обеих сторон во избежание преждевременных стычек.

Когда подошло назначенное время, к самой площадке между разрушенными корпусами подкатили по десять машин с каждой из сторон и выстроились полукругом. Потом подождали, пока подтянутся пешие бойцы и только после этого начали распахиваться дверцы автомобилей. Ночь для предстоящей схватки выдалась как в плохом кино. Несмотря на то что на дворе стояло лето, налетавшие порывы прохладного ветра заставляли поёживаться. Низко нависшие мрачные тучи, сквозь которые изредка проглядывала багровая луна, придавали окружающему сюрреалистический вид с оттенком неясной, но от этого не менее нервирующей угрозы.

Бойцы обеих сторон рассредоточились полукругом на своих половинах площадки. Оружия никто не прятал, значительная часть боевиков была вооружена автоматами, у некоторых виднелись гранатомёты.

Когда настало время, с обеих сторон к центру площадки двинулись группы по два десятка человек. Не доходя метров тридцать до точки встречи, почти все синхронно остановились и далее путь продолжили по три человека с каждой стороны. Со мной на разговор шли Илья, один из командиров спецкоманды которую возглавлял полковник Орлов и брат Лемы. Амирхан держался слева и позади меня. Одет он был в ветровку с накинутым на голову капюшоном, так что лица сразу было не разглядеть, в глаза бросалась только густая борода.

Со стороны противника тройку возглавлял Зелимхан Джамалбеков. Надо признать, что при всех его недостатках, трусом он не был. Сопровождали его два бородатых чеченца, вид имевшие агрессивный и кровожадный, чтобы напугать и подавить соперника. Но мне на их психологические приёмчики было откровенно нассать.

Сошлись почти вплотную. Немного постояли молча, сверля друг друга взглядами. Наконец, Зелимхан собрался начать разговор первым, хотя обоим было ясно, что в словах нет никакого смысла. И тут случилось то, чего я подспудно опасался. У Амирхана при виде кровного врага поехала крыша. Он выступил из-за моей спины, скидывая капюшон, и прошипел в лицо опешившего Зелимхана:

— Узнаёшь⁈ Собака!

И понеслось.

Глава 6

Калейдоскоп прелюдий

Конец лжи, ещё не означает начала правды.

После того как Китаец и его люди уехали, Лема и его бойцы ещё долго находились в состоянии, когда их не покидало ощущение нереальности происходящего. Периодически сам Лема и его наиболее доверенные бойцы заходили в арсенал и долго бездумно бродили между стеллажами, временами останавливаясь и ощупывая руками отдельные экземпляры, размещённые на стеллажах. Трогали руками, боясь, что это им только снится и всё это великолепие может враз исчезнуть. Из подвала они выходили с отрешённым видом, заторможенными движениями и затуманенными взглядами. Словно наркоманы, находящиеся в трансе.

Майор читал в глазах своих соратников множество вопросов, на которые ответов у него не было. Точнее, ответы-то были, вот только озвучивать их без ущерба для секретности планируемых действий было нельзя. Конечно, авторитет Лемы был непререкаемым, но какие-то пояснения дать всё же было необходимо. Поэтому он не стал особо мудрить и рассказал своим ближайшим помощникам всё как есть, точнее, ту версию событий, которая не раскрывала карты и оставляла больше вопросов, чем давала ответов.

Все знали о его окутанной тайной многолетней службе в спецназе и участии в боевых операциях. Лема пояснил, что ему удалось связаться со своим бывшим командиром и тот смог оказать старому боевому товарищу поддержку. Разумеется, не за красивые глаза. Чтобы отработать поставки оружия, придётся принять участие в нескольких боевых операциях. Но это как раз его людей не пугало и было для них делом понятным и привычным.

Однако время поджимало и Леме пришлось волевым усилием выйти из состояния эйфории и взяться за дело. Оружие — это было хорошо. Нет, просто отлично. Однако имелись некоторые нюансы. Оружие было здесь, а нужно оно было там. В горных районах Чечни, где планировалась первая часть операции. И доставить его туда было ой как непросто. Основных проблем было две: скорость и секретность.

Огромную помощь оказывал человек Китайца из местных, с которым он свёл Лему. Майор Заур Гаджиев из руководства милиции Хасавюрта, являвшийся одновременной руководителем крупнейшего местного бандформирования, был в здешних местах человеком почти всесильным. Поэтому вопрос транспортировки партий оружия до границы между двумя Республиками с его помощью решался довольно просто и безопасно. При этом опытный Лема всё равно избегал ненужного риска и оружие перевозили небольшими партиями.

Трудности начинались дальше. Из-за режима секретности при дальнейшей транспортировке оружия приходилось применять тактику, схожую с той, которую использовали моджахеды во время войны в Афганистане. Оружие отправляли небольшими караванами, навьючив их на лошадей. Дело небыстрое и трудное. Но майор не хотел рисковать.

Положение дел осложнялось тем, что Леме требовалось находиться сразу в двух местах, но он не мог разорваться на части. Подготовка первого этапа операции в Республике была важна, но она не могла состояться без успешной переброски оружия. По этой причине нужно было сначала организовать процесс отправки оружия, и получения новых партий боеприпасов здесь в Дагестане и убедиться в надёжности всех звеньев цепочки.

Кроме оружия, нужны были ещё люди и срочно. И неожиданно в этом плане дела обстояли гораздо лучше, чем Лема первоначально рассчитывал. В этом мире многое, если не всё, решают связи и деньги. Особенно если одно подкреплено другим.