Андрей Горин – Лабиринты Грёз (страница 3)

В свою очередь, он тоже атаковал монстра, нанося ему удары мечом. Но не тем обычным мечом, которым он сражался с другими тварями, а мечом из чистой энергии, который способен был сокрушить любую материю.

Но Зигфрид быстро убедился, что его удары не достигают цели, поскольку клинок, созданный из чистой магии, при соприкосновении с телом монстра, терял форму и растекался по поверхности энергетическими потоками, которые безвредно соскальзывали со шкуры твари.

Из чего Зигфрид сделал вывод, что тело монстра состоит не из материи, а из овеществлённой магической энергии.

Через некоторое время оба противника остановились, поняв тщетность попыток навредить друг другу.

– Что ж, должен признать, что ты необычный противник, – заявило существо. – Пока мне не удалось тебя прикончить. Но пройти мимо меня ты всё равно не сможешь. Для этого сначала нужно меня убить. Чего, как ты успел убедиться, тебе не удастся.

– А вот тут ты заблуждаешься, – возразил Зигфрид. – Я уже разобрался, что ты такое. Ты попытка создать Совершенство.

– Ха! О чём я тебе и толкую с самого начала, – довольно осклабилось чудовище.

– А Совершенство предполагает высшую степень упорядоченности. И поэтому разрушить его не может ничто, кроме Первобытного Хаоса. Или частицы его первоначальной сущности.

Чудовище застыло. Оно явно было обеспокоено.

– Нет! Этого просто не может быть. Вероятность, что в одном пространстве сойдутся Порядок и Хаос, ничтожна мала.

– Ты право, – согласился Зигфрид. – Но это Лабиринты. Место, где сходятся вероятности. Поэтому здесь возможно даже самое невозможное.

И в руке Зигфрида возник жезл, окутанный тусклым серым свечением, состоящим из облака тускло светящихся пылинок, подобных погасшим звёздам.

– НЕТ! – возопило чудовище.

Оно развернулось и попыталось сбежать.

Но Зигфрид в мгновение ока очутился рядом с монстром и ударил того пыльным жезлом.

Пыльное облако мгновенно перекинулось на тело чудовища и быстро обволокло его, скрыв внутри кокона клубящейся серой пыли.

Не прошло и минуты, как облако осыпалось на пол кучками невесомого пепла. Всё, что осталось от грозного монстра.

Зигфрид некоторое время задумчиво смотрел на остатки монстра, а затем вновь пустился в путь.

В течение следующей недели никакие опасные твари ему больше не встречались, из чего он сделал вывод, что конец путешествия близок.

И действительно, вскоре он оказался у входа в огромный зал, который сделал бы честь любому дворцу.

Прямо от входа начиналась центральная зала, в глубине которой на расстоянии нескольких сотен шагов от входа, находился небольшой цветущий сад. В центре сада располагалась беседка, в которой и обнаружилась принцесса Аурелла.

Спору нет, она была прекрасна. В своём совершенстве она могла поспорить с недавно убитым Зигфридом чудовищем.

Только совершенство её было другого рода. Это было совершенство женской красоты и привлекательности. Впрочем, в этом не было ничего удивительного. Какой ещё могла быть дочь божественного Октопуса.

При виде Зигфрида молодая женщина не выразила ни удивления, ни особой радости. Что, однако, не помешало ей проявить вежливость по отношению к гостю.

– Приветствую тебя, путник, – произнесла она чарующим голосом. – Давно здесь не появлялись странствующие Герои.

– Счастлив лицезреть вас, принцесса. Рад, что вы не теряете присутствия духа и способны даже шутить, – поприветствовал её Зигфрид.

– А что мне ещё остаётся, – печально улыбнулась девушка. – Желаете ли вы отдохнуть с дороги и осмотреться или стремитесь сразу отправиться в путь в поисках выхода из лабиринта?

– Я не столь нетерпелив и наивен, чтобы рассчитывать на быструю победу, – улыбнулся Зигфрид. – Буду благодарен, если вы покажете мне, что из себя представляет место, где мы находимся. Мне нужно несколько дней, чтобы понять, что делать и составить план.

Аурелла не возражала и начала его знакомить с окружающей обстановкой. Из главного зала, который был отделён от остальной части обиталища мерцающими стенами силовых экранов, вели несколько арок.

Пройдя в одну из них, они оказались в анфиладе комнат, в которых были установлены столы, ломящиеся от различных яств.

– Как видите, здесь находиться еда и напитки. Еда и фрукты на любой вкус. Любые напитки. Сладости к чаю. В каждой комнате свой набор типичный для разных рас, народов, государств и Миров.

Все продукты и напитки всегда свежие. Остатки еды исчезают магическим образом, когда мы покидаем помещения. Также обновляется набор готовых блюд.

Это всё было похоже на чудеса, но Зигфрид привык к чудесам. Так что увиденное его не заинтересовало. Он просто отметил про себя, что проблем с пищей и напитками, здесь не возникает.

Затем они вернулись в главный зал и прошли через другую арку. Здесь начиналась анфилада комнат, в которых располагались ванны, места для отправления естественных нужд, бассейны с горячей и холодной водой. Словом, всё, что нужно для ухода за телом.

Анфилада комнат за следующей аркой представляла собой череду спален, где были установлены ложа различных форм и конструкций.

Словом, место заключения принцессы, было оборудовано для долговременного проживания. Здесь можно было жить вечно.

Несколько дней прошло в общении. Присматривались друг к другу. Зигфрид пытался обнаружить в рассказах Ауреллы о здешнем месте что-то полезное.

По её рассказам выходило, что сначала Герои появлялись здесь довольно часто. Но потом всё реже и реже. Последний кандидат в спасители был здесь около десяти лет назад.

Зигфрид поинтересовался, куда же девались все те, кто приходил до него.

По словам принцессы, они вместе выходили на поиск обратного пути к выходу из Лабиринта. Иногда такое путешествие длилось день или два, а иногда затягивалось на несколько недель.

Но результат всегда был один. В один из дней оба впадали в глубокий сон. После чего Аурелла приходила в себя на одном из лож в анфиладе спален, а её спутник отсутствовал и больше никогда не возвращался.

– Паутина Сновидений, – пояснил Зигфрид. – Мне уже приходилось сталкиваться с подобным явлением.

– Что это такое? – поинтересовалась Аурелла.

– Мозг разумных существ, очень сложная штука. А Лабиринты, такое место, где пересекается множество пространственно-временных континуумов. Момент, когда происходило то, что вы принимали за сон, является моментом перехода одной реальности в другую. Мозг не в силах это осмыслить и, испытав такое потрясение, отключается и начинает перезагружаться. В этот момент разумное существо грезит, погружаясь в сон, который почти не отличается от реальности, но он не может контролировать свои действия в этом сне и не может воздействовать на происходящее в сновидении.

Но ты являешься константой для этих мест и потому переносишься в исходную точку, то есть в центр Лабиринтов. А тело твоего спутника является переменной и потому остаётся в том месте, где его застало состояние гибернации. И, скорее всего, он не успевает пробудиться до того, как его тело находят местные хищники, обитающие в Лабиринтах. Или не может повторно найти путь обратно, обречённый скитаться в Лабиринтах, пока не погибнет.

– Но если ты знаком с этим явлением, то, возможно, найдёшь решение, как избежать повторение судьбы этих несчастных? – с надеждой поинтересовалась Аурелла.

– Сложно сказать, – пожал плечами Зигфрид. – Даже я не могу избежать впадания в гибернацию при внезапной смене реальностей. Но я подумаю, как из него быстро выйти, и уж я точно смогу отыскать путь обратно в центр Лабиринтов, хотя для этого может понадобиться некоторое время.

Через неделю Зигфрид и Аурелла тронулись в путь на поиски выхода из Лабиринтов.

Несколько дней они методично продвигались по коридорам, а потом пространственно-временной континуум содрогнулся, и оба провалились в сон, похожий на смерть.

После того как оба тела опустились на пол, появились светящиеся туманные фигуры, которые подхватили Ауреллу и перенесли её обратно в центр Лабиринтов и уложили на мягкое ложе в одной из спальных комнат.

Зигфрид же остался лежать там, где застиг его сон. Он грезил, оказавшись в виде бесплотного наблюдателя в одном из Миров, и наблюдал происходящее с необыкновенной отчётливостью.

Итак.

Первое сновидение в Лабиринтах Грёз…

Глава 1. Сновидение 1. Часть 1

Песок. Казалось, он был везде. Скрипел на зубах, слепил глаза, шуршал в волосах, просачивался в обувь, проникал через одежду и вызывал нестерпимый зуд от потёртостей в самых чувствительных местах.

Жестокая жажда выдавливала из тел последние капли влаги, а экономно расходуемая вода не приносила облегчения, разве что смачивала пересохшую глотку и шершавый язык.

Безжалостное солнце слепило и обдавало жаром днём, а по ночам на пустыню обрушивался безжалостный холод.

И так день и ночь. День за днём. Великий Караван шествовал по Шепчущей Пустыне уже неделю. Путь из страны Знойных Ветров в славный город Иллюжион, был долог и опасен.

Великий Караван прибывал в Балад ал-Хадра, столицу Знойных Ветров, раз в полгода и через две недели отправлялся обратно.

Великий Караван был действительно велик. Полторы тысячи верблюдов и более трёх тысяч человек. Путь был суров и опасен. Но полумифический город манил к себе возможностью сказочно разбогатеть.

Каждые полгода несколько тысяч человек в сопровождении пятисот проводников, охранников и работников Каравана отправлялись в путь. Возвращались немногие. По словам караванщиков и тех немногих, кто ненадолго возвращался домой, большинство путников погибало в пути, но для тех, кто дошёл, открывались сказочные возможности.