18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Андрей Гордеев – Андрей Гордеев. «Таких не берут в космонавты». Книга песен (страница 10)

18

Он мчался вперёд, захваченный в плен

Маленькой желтой звезды.

И когда, разорвав облака пролетал он над летней землёй,

Его навигатор спокойно отметил по-русски:

«Сегодня ревущий болид, прогремев над сибирской тайгой.

Взорвётся в районе маленькой речки Тунгуски.

Подкаменной речки Тунгуски»

Встреча

Её видел каждый, кто в небо смотрел,

Когда он стрелою мимо летел.

Её ждали там, а он был иной.

Система совсем с другою землёй,

Система совсем с другою водой.

Никто не умел её разгадать,

А он не хотел об этом и знать.

Её ждали там, а он был иной.

Система совсем с другою землёй,

Система совсем с другою водой.

Они поднимались и падали ниц,

Скрывая свои выражения лиц.

Её ждали там, а он был иной.

Система совсем с другою землёй.

Система совсем с другою водой.

Домовой

На старом чердаке бедняга домовой

Плакал от любви к русалке молодой

Он бегал по ночам смотреть на камыши:

«Приди ко мне любимая! Комфорт моей души»

Дева печальная пела ему из воды:

«Милый, не бойся. Ближе ко мне подойди!

Здесь есть местечко уютное в тине речной.

Плакал, страдал, но боялся воды домовой»

О сирена!

Каштановые кудри, волшебные глаза –

У старого сатира сводило тормоза.

Он грустно улыбался по утренней звезде,

И слёзы засыхали в косматой бороде.

«Дева печальная пела ему из воды:

Милый не бойся. Ближе ко мне подойди.

Здесь есть местечко уютное в тине речной.

Плакал, страдал, но боялся воды домовой»

О, сирена!

Пять мужчин

На пустой веранде возле пляжа

Пять мужчин солидных танцевали,

Напевая хрипло и нестройно

Песню про несчастную любовь.

А напротив них сидела дама –

У неё в швейцарском банке деньги.

Чайки удивлённые кричали,

Надрываясь пенился прибой.

Тихо подъезжали санитары,

Расставляли хитрые ловушки,

Ловко маскируясь меж фонтанов,

Кипятили острые шприцы.

Но не замечали санитаров

Пять мужчин, танцующих свободно.

Прыгали, вертелись, кувыркались,

Затая в душе мечту свою.

Дама оказалась вероломной –

Встала и тихонько удалилась.

Пальмы одинокие торчали

И роняли вялую листву.

Долго возмущались санитары,

Нарезая мелко лейкопластырь,