Андрей Горбачев – Возмездие Света (страница 3)
– Хорошо, Алан, – ответила мама.
Мы поселили Яну в одной из свободных комнат на втором этаже, прямо напротив моей. Целый год мы жили одной большой крепкой семьёй, пока не пришла весть о гибели моего отца, работающего в другом городе, где-то далеко от нас. Я его плохо помнил, ведь он уехал очень давно. Было грустно и больно, теперь настал Янин черёд успокаивать меня.
А потом у нас кончились деньги, и следующий год выдался голодным для всех, неурожайным. Нам пришлось отдать Яну в приют «Солнышко» для осиротевших детей, потому, что там их кормили сытно и вкусно за счёт городской казны, и теперь уже Янка приносила мне в школу обед в знакомом розовом рюкзаке. А каждое утро я всё так же отводил её в школу из «Солнышка», а потом после уроков провожал назад до него.
Частенько мы задерживались у неё допоздна, и тогда нас кормила тётя Вера, работающая в «Солнышке». Янка пыталась учить меня рисовать и помогала мне делать домашние задания. А иногда мы слонялись по городу, особенно часто в центральном квартале. Там стоял большой и красивый фонтан с рыбками, которых я в шутку пытался поймать, за что и был бит охранником Собора, расположенного поблизости.
«Спасибо Янке за то, что она спасла меня, облив тогда охранника холодной водой», – не раз думал я впоследствии.
А однажды мы залезли купаться в фонтан и стали, смеясь, кидаться друг в друга рыбёшками. А после с визгом убегали от того же охранника, сначала поймавшего Янку, но я вовремя вырвал её из его рук, а сам попался в итоге. В тот день он плёткой избил мне всю спину, и я валялся дома в кровати два дня, пока Янка лечила мне рану ужасной вонючей мазью. Потом, отведя моего старшего брата в сторонку, они пошептались и вскоре ушли, а через пару часов вернулись, принеся мне поломанную плётку того охранника.
***
С начала четвёртого класса я решил устроился работать на Станцию метро. Работа была не сложной и не слишком тяжёлой: один-два раза в неделю я таскал разные грузы, посылки и подметал там перрон, наблюдая за проносящимися вдаль редкими поездами. Часть заработанных денег я отдавал маме, а половину относил Янке, чтобы она могла покупать себе всякие девчоночьи радости, оставшись совсем одна без родных. Поначалу она наотрез отказалась, но я напомнил ей те голодные годы и то, как Яна подкармливала меня, а после сказал, что обещал её маме заботиться о ней. Яна в ответ лишь грустно улыбнулась, но согласилась принять мою помощь.
В конце же этого учебного года моему брату Лану исполнилось уже восемнадцать, он учился в старшем классе и оканчивал школу. Я хорошо помню тот день, когда мы весёлой компанией шли гулять в центр города. Я, как всегда, тащил Янку за руку, а Лан шёл рядом со мной и сообщил нам:
– Алан, я завтра пойду проходить Испытание! Вам на уроках пока не рассказывали о нём?
– Нет, только в общих чертах. Это будет в Соборе? – спросил Яна.
– Что за Испытание, нам же ничего не рассказывали, Ян? Я не помню такого…
– Тебе надо меньше спать на уроках, Алан! Ты, видимо, опять задержался до ночи на Станции? Извини…
– Вот тут, – Лан махнул рукой в сторону высокого круглого здания на центральной площади города. – Говорят, там, в середине Собора, стоят каменные палки с круглыми навершиями на концах, нужно будет прикоснуться к одному из них и загадать желание.
– А что будет потом?
– Я не знаю… Вам же рассказывали о Золотом городе, что стоит высоко где-то над нашими пещерами? Я хочу побывать там! Если пройду.
– Да брат, нам учитель истории подробно описывал его красоты. Вы знаете, что в последнее время этот город частенько мне снится?
– Это когда ты на уроках храпишь и бормочешь что-то во сне? – спросила Яна.
– Не знаю, я точно не помню, что мне привиделось. Я уверен только лишь в том, что во сне я хожу по улицам Золотого города.
Мы погуляли, я купил на свои деньги им сладостей, почти как взрослый, а вскоре Лан вернулся домой. Я же, проводив как всегда Яну в приют, пришёл домой слишком поздно, когда все уже спали. На следующее утро я проснулся только к обеду. Дома никого уже не было.
«Сегодня же выходной и в школу мне идти не нужно. Мама опять на работе, а Лан уже ушёл», – подумал я и тут же вспомнил про его Испытание, вскочил и быстро оделся, затем побежал прямо к Собору.
На центральной площади было многолюдно, как и всегда в выходной день, только в этот раз все молча стояли и смотрели на здание Собора, внутри которого раздавались громкие неразборчивые голоса, сновали смотрители, а охрана никого вовнутрь не пускала. Обычно ежегодные дни Испытаний проходят тихо и незаметно: люди заходят в Собор с центрального входа и вскоре выходят с другой стороны.
Насколько я знал по урокам истории, в нашем городе за последние несколько веков так никто ни разу и не прошёл Испытания. Сегодня же всю очередь перед Собором, пришедшую проходить Испытание, совсем разогнали, а все двери здания были плотно заперты. Я кинулся к ним в поисках Лана, почуяв неладное. На противоположном конце площади я заметил спешащих Яну и маму, которую Янка под локоть тащила ко входу в Собор.
– Яна, а вы что тут делаете? Вы брата не видели?
– Алан, я бежала к тебе, так как подумала, что ты снова проспал. Мы же хотели тут сегодня погулять, ты совсем забыл? Но я встретила Лана, он как раз заходил внутрь Собора и помахал мне, увидев. Я направилась дальше, но меня догнал смотритель и попросил срочно привести твою маму с работы.
Мы подошли к дверям Собора, но внутрь пропустили лишь маму. Мы с Янкой, расстроенные, уселись возле фонтана и ждали почти что до ночи. Часы на Соборе пробили одиннадцать вечера, когда мы увидели мою маму, идущую к нам одну и в слезах. Она молча подошла к нам.
– Лан прошёл Испытание… – сказала она дрожащим голосом. – Но мы его не увидим, они сейчас направляются на север к лифту.
– Ты его встретила? – спросил я её.
– Нет, они нам велели забыть о Лане… сказали, что мы его больше не увидим. Что это для нас… – рыдала она, – большая честь, только в чём же она заключается?! В том, чтобы потерять сына?! Алан, я тебе запрещаю, слышишь меня, я вам с Яной запрещаю проходить Испытание!
– Но мам, а как же Золотой город? Говорят, что люди там счастливы?!
– Люди счастливы, когда они вместе, спроси у Яны, она тебе всё расскажет! Яна уже понимает… в отличие от тебя… Пойдёмте домой!
Возвращаясь, мы обернулись на шум вдалеке, идущий от северного квартала. Там на шахте огромного лифта мигали огни, убегая за своды пещер – вверх на свободу…
«Мой единственный брат покидает нас, уезжая в Золотой город», – с горечью подумал я, почувствовав, как крепко сжалась ладошка Яны в моей руке.
***
«У Яны этой зимой день рождения, какой бы подарок ей сделать? – обдумывал я ранним осенним утром, таща её за собой в школу. – Хотелось бы, чтобы он стал действительно памятным!»
Я чувствовал, что она становится мне всё дороже и ближе с каждым прожитым днём, ещё мне хотелось отблагодарить Яну за великолепный подарок, который она сама смастерила в этом году для меня. Я шёл, вспоминая:
«Этим летом, на мой день рождения, Яна подарила сделанный ею большой деревянный меч. А началось всё с того, что я с моими товарищами – Антоном и Николаем, записались зимой в школьный кружок фехтования и стали принимать участия в сражениях на мечах, в роли которых выступали деревянные тренировочные палки. Но за месяц-другой друзья вырезали себе крепкие мечи из обрезков доски, что даже поощрялось нашими правилами, если оружие укладывалось в требуемые длину и ширину, а я стал проигрывать им с обычной тренировочной палкой. Яна всегда была внимательной и активной болельщицей во время всех наших поединков и страшно расстроилась моему поражению на последнем из них.
Я же проводил все вечера с Янкой – мне с трудом давалась математика, и Яна подтягивала меня. А также я много работал на Станции и совсем не имел свободного времени, чтобы вырезать для себя хорошее оружие к поединкам. Но, приходя в «Солнышко» к Яне, я стал замечать то белые деревянные стружки в её чёрных, цвета вороного крыла волосах, то мелкую щепу у порога её комнаты, а иногда порезы и ссадины у неё на руках – всё это слишком не походило на мою всегда аккуратную подружку, а она лишь отшучивалась в ответ на все мои вопросы. Как потом оказалось, она сама научилась строгать и пилить и, пока я работал на Станции, она мастерила большой деревянный меч и подарила его мне в день рождения. Благодаря Яниному подарку я выиграл тот школьный турнир, и счастливая Янка стала первой, кто поздравил меня».
Воспоминания эти проносились в моей голове и я, кажется, свернул в другой переулок, ведущий мимо школы.
– Алан, ты теперь будешь спать не только во время уроков? – засмеялась она.
– Что? А-а-а, извини, я просто задумался по дороге, ха-ха! Всё нормально, правда! Пойдём, вернёмся назад, а то нас математичка сожрёт с потрохами. Слушай, Ян, скажи, а о чём ты мечтаешь?
– Ты точно хочешь это знать? Ладно, не напрягайся ты так. Я бы хотела встретить начало нового года вместе с вашей семьёй. Ой, извини…
– Ничего… брат он… давно уехал, мама потихоньку смирилась уже. Я уверен, она будет рада тебе, ну и я конечно же. Я зайду за тобой. Жаль, что праздник ещё не скоро.
– Зайдёшь и притащишь, как в школу? Почему ты возишься со мной ежедневно, как с маленькой?