Андрей Георгиев – Смерть в мои планы не входит (страница 39)

– Я вас уже заждался, Юрий.

– Меня? – удивился я.

– То, что должно произойти, обязательно произойдёт, – улыбнулся мужчина. – Меня зовут Акун-Ро. Рад нашей встрече.

– Подождите. Вы монах, это понятно, но не тот ли вы человек, который организовал экспедицию в Россию? И вы меня воспитывали в подземелье. Я не ошибся?

– Всём правильно. Я первый, кто прикоснулся к камню небесного происхождения. Что потом произошло, какие события – всем известный факт. А насчёт воспитания вы правы. Пришлось бурчать, хоть и не хотелось этого делать. Таких как вы, в нашей реальности можно пересчитать по пальцам. Способность менять реальность силой мысли вам досталась, так сказать, по наследству. От вашего деда, если быть точным.

– Вы знаете где сейчас находится мой дед? – я еле сдержал свои эмоции. Исчезновение известного археолога Князева с места раскопок в предгорье Тянь-Шаня в своё время наделало много шума. Дед исчез со своей любимой собакой, кавказской овчаркой Гердой.

– Не знаю, что вам ответить, Юрий. К сожалению, знаю, – покачал головой монах Акун-Ро. – Он находится совсем рядом, я не зря выбрал именно этот маяк. Но о вашем деде позже. Я вот что хотел сказать. Вы в прошлом натворили много бед. Не в своём мире, в смежных. И мы уже приняли решение вас… э-э… ликвидировать, но в память о вашем деде решили этого не делать. Дать возможность исправиться, показать себя с самой лучшей стороны. Должен отметить, что вы наши надежды оправдали. Первое, исправили энергетику отсталого мира. Второе, защитили друга, которому в истории развития миров отводится особая роль. Вы защитили Вячеслава и, как следствие, ваш друг уничтожил склад с опасными артефактами. Кстати, из-за этого склада столько пролито крови, страшно себе представить! Вы называете Аненербе организацию, которая существует до сих пор как мир Коммуна. Мир, в котором вы побывали, подтверждает ваши предположения. Уничтожив хранилище с артефактами, вы уничтожили мир Аненербе, освободили от узурпатора мир, из которого прибыли сюда.

– А с миром, который над всеми надзирал? Что с ним?

– Он пока остался и мы за ним присматриваем. В мире-координаторе происходят удивительные процессы. Вы знаете, Юрий, есть миры, которые развиваются самостоятельно, есть миры-паразиты. Мир номер четыре, как вы его называете, и есть мир-паразит. Люди в том мире не тратят углеводороды, оставляя эти запасы для потомков, ничего не производят, покупают всё необходимое в соседних мирах. Так удобно жить, конечно, но к чему приведёт подобный образ жизни – непонятно. Впрочем, теперь вам решать, что с этим миром делать. Оставить всё так, как есть, или отбросить развитие цивилизации мира четыре на многие века назад.

– Мне решать? Вы меня ни с кем не перепутали, уважаемый Акун-Ро?

– А что, вы откажетесь от предложения стать одним из нас? Регент – это очень почётная должность. Я не знаю ни одного человека, который отказался бы от подобного предложения. Продолжаем тему мира номер четыре. В нём давно открыли способ перемещения во времени. Представитель этого мира, дубль-Князев, выкрал из вашего мира профессора Монье, который в будущем должен был открыть секрет перемещения во времени. И они Монье обменяли на доступ к неограниченным запасам энергии. С каким миром они заключили сделку, вы знаете.

– С миром Аненербе, миром Коммуна.

– Именно так, – согласился монах. – Как я сказал раньше, они получили доступ к энергии, не развивая отрасль энергетики. Паразиты – самое точное определение. Но в добавок ко всему, мир четыре отдал на разграбление миру Аненербе мир под номером три, в котором вы познакомились с Милой, Ником и Рустамом: полезные ископаемые, драгоценные металлы и так далее и тому подобное. Но и это ещё не всё: талантливые учёные из Аненербе поставляли в мир-паразит передовые технологии. Для того, чтобы порядок вещей не менялся, продолжалась торговля, мир три был отрезан от общего информационного поля Вселенной. Во избежание катаклизмов, если можно так выразиться. Но никто, даже в страшном сне, не мог предположить и представить, что профессор Монье сбежит из мира Аненербе, а вместо него в мире Коммуна появится Юрий Князев, человек с врождённой способностью видоизменять реальность силой мысли. В результате: мир Аненербе исчез, мир четыре остался без бесплатной энергии и передовых технологий, без притока драгоценностей и так далее. Какой у него выход, как вы думаете, Юрий?

– Продолжать паразитировать на достижениях смежных миров или…

– Правильно. Объявить войну миру один, то есть нашему миру. И это произойдёт в самое ближайшее время. Напомню, учёные мира-паразита давно открыли способ перемещения во времени.

– А что им помешает вернуться во временную точку моего появления в мире Аненербе, и помешать мне сделать то, что я сделал, уважаемый Акун-Ро? Или, как вариант, подсказать кому нужно в мире Коммуна, чтобы они присматривали за Монье?

– Для этого им нужен профессор Монье. Это как неотъемлемая часть уравнения. Без наличия определенной величины уравнение становится нерешаемым. Когда все величины, все компоненты сойдутся в одной точке, тогда мир-паразит решится на какой-то поступок.

– Подождите, уважаемый Акун-Ро. Почему бы миру-паразиту, миру четыре, самостоятельно не поставить в наш мир, в 1943 год, Гитлеру столь необходимый ему источник энергии для «оружия возмездия»? Тогда многое бы изменилось. Возможно, я бы не родился и так далее.

– Хм… а мы зачем тогда нужны, Посредники? Зачем тогда нужны Регенты? Это политика, уважаемый Юрий, во всём главенствует принцип невмешательства. Мы долго терпели выходки мира-паразита, жалко было обычных людей. Но всему приходит конец и терпению тоже. Чтобы вынести справедливый вердикт и приговор, нам нужен был человек, который самостоятельно, без нашей помощи, вник бы в эту проблему. Вы стали именно таким человеком. Своим умом дошли до изнанки, подноготной взаимоотношения между мирами. Вам и карты в руки. Так что, наша сделка состоялась?

Решение у меня возникло само собой:

– Вы решили загребать жар моими руками, взвалили ответственность за судьбу мира четыре на меня. Я к этому пока не готов.

Акун-Ро улыбнулся:

– Мы в вас не ошиблись. Думайте, определяйтесь. Нам нужны здравомыслящие люди, для которых логическое суждение превалировало бы над эмоциями. Мне пора, Юрий. Определитесь, дайте знать.

– Как это сделать? – задал я вопрос.

Опоздал. Акун-Ро исчез. Я стоял перед входом в маяк, внизу грохотал прибой, дал лёгкий ветер.

Бессмертное произведение, гениальный композитор. Плавная и завораживающая мелодия была дополнением к спокойному, наполненному ароматом цветов вечеру. Или ночи. Три луны на небосклоне, попробуй угадать. В проёме двери маяка я увидел мужской силуэт, выделяющийся чётким абрисом на фоне ослепительного яркого света. Музыка Бетховена, тропический рай и до одури вкусный запах чего-то там жарящегося. Я представил огромную сковороду с тремя, нет, с пятью жареными яйцами. Живот моментально отреагировал на фантазию хозяина, недовольно заурчал.

– Долго же вы шли, Регент, – раздался голос смотрителя маяка.

– Да нет, я просто стоял и слушал музыку. Не хотел, чтобы этот волшебный момент исчез, сошёл на нет, – ответил я мужчине, задав потом себе вопрос: кто это так красиво говорит? Я, что ли? Никогда не отличался красноречием. Вот, что музыка животворящая с человеком делает.

– Ну да, эта музыка на века, согласен. Проходите, располагайтесь, будьте как дома. Хотя, вы и есть в своём доме, – смотритель показал рукой на дверь, приглашая внутрь.

Примерно так я себе и представлял устройство маяка и «убранство» его помещений. Если быть точным, отсутствие такового. Всё лаконично, просто и минимум удобств: огромный стол из дерева чёрного цвета, шесть стульев с высоким резными спинками, аппарат непонятного назначения в дальнем от входа углу, электрическая печь, навесные шкафчики. Со сковородой я не угадал – на ней вместо яиц жарились два огромных куска мяса. Желудок опять предательски заурчал, смотритель улыбнулся в усы.

– Голодны? Это мы сейчас исправим.

– Морской воздух, свежий ветер и пешая прогулка творят чудеса, – ответил я, рассматривая пожилого человека.

Не могу сказать, что черты лица мужчины правильные, но они – довольно приятные. Большие зелёные глаза, нос с небольшой горбинкой. Высокий, в джинсах и, естественно, в тельнике. Жить на берегу моря-океана и не носить тельник? Нонсенс.

– Давайте поступим так, – произнёс смотритель. – Вы называете меня Майклом, я вас…

– Юрием, – подсказал я.

– Рад знакомству. Вон за той дверью коридор и комнаты для гигиенических процедур, так скажем. Меня предупредили, что вы сегодня прибудете, поэтому в ванной комнате вы найдёте все принадлежности и одежду. А потом будет ужин или ранний завтрак. Для кого как. Привыкайте и ничему не удивляйтесь. Здесь время закольцовано, для одного сейчас ночь, для другого – раннее утро или день.

– Хорошо, Майкл, так и поступим, – сказал я, направляясь к двери, которую раньше не видел. Или этой двери раньше не было?

Переступив порог комнаты, я остановился. За спиной раздался тихий смех.

– Смелее, Юра. Маяк подстраивается под ваше сознание, воплощает в жизнь и действительность ваши сокровенные желания. Ну-ка, мне стало интересно, как вы себе представляете до чёртиков знакомый мне коридор и сам маяк, – Смотритель посмотрел через моё плечо, хмыкнул. – Регенты всегда отличались богатой фантазией, но такого я никогда не видел. М-да…