Андрей Георгиев – Смерть в мои планы не входит (страница 28)
– Дед, я не стану этого делать! – произнесла Мила, пытаясь встать с кровати.
– Тебе мало того, что ты пулю поймала вместо него? – спросил профессор Преображенский, придерживая внучку. – Да лежи ты уже! Хорошо, что пуля навылет прошла и кость не задела.
– Дед, спектакль с нападением на меня был разыгран как по нотам, я этого не отрицаю! Но пулю мог бы и Юра поймать. А он, уверена, прикрыл бы меня собою. Я не хочу и больше не буду его обманывать, дед! Ты просто не видел, какой он был там, на Хлебной. Дед, да он всех наших змееголовых размажет по…
Профессор встал с кровати, в этот момент пол ушёл у него из-под ног, Преображенский упал. Дом, трёхэтажная махина, был похож на картонную детскую поделку. По стенам пошли трещины, Мила успела «нырнуть» под покрывало с головой перед тем, как с потолка посыпалась штукатурка. Кровать с громким скрежетом сместилась к центру комнаты, трёхрожковая люстра долго раскачивалась из стороны в сторону, прежде чем упасть на пол. Стёкла в окне издали жалобный звук, взорвались мириадами осколков. В комнату ворвалось завывание ветра, звук разрываемого и сминаемого профнастила забора, звук бьющейся черепицы, завывания сирен сигнализации автомобилей. Гром гремел, как огромный там-там, безостановочно и оглушающе, а молнии, жирные и беспощадные, хлестали совсем недалеко от дома. В яркой вспышке молнии Мила увидела на полу деда с неестественно повёрнутой головой.
– Дед… – тихо прошептала девушка, опуская ноги на пол.
Тишина.
– Дед! – закричала Мила.
Дом жалобно застонал, что-то громко ухнуло, Милу приподняло в воздух и последнее, что она помнила, пол и потолок поменялись местами, в глазах стало темно.
Завывая двигателями, объезжая небольшие завалы, упавшие деревья, по серпантину дороги двигались три машины. Первая машина остановилась, из неё вышел водитель, показавший знаками, что двум машинам нужно тоже остановиться.
– Ник, что случилось? – из машины вышла девушка, рассматривая небо. – Ничего не понимаю! Кто на небо вылил столько разноцветной краски? Красиво, да, но одновременно с этим страшно и жутковато.
– Мила, впереди завал, причём, очень серьёзный. До Сосновки пятнадцать километров, придётся ехать в объезд. Это на три часа дольше будет.
– Нужно объезжать, давай объедем, нам теперь спешка ни к чему, Ник! Деду всё равно, сколько ехать. Он мёртв, а мёртвые не следят за временем. Давай двигаться, мне не нравится небо. Такое впечатление, что оно вот-вот упадёт на землю.
Мила села на переднее пассажирское сиденье, водитель вопросительно на неё посмотрел.
– Какой-то завал впереди серьёзный, Славик. Ник опасается, что машины дальше не пройдут. Двигай за ними.
– Мила, а зачем мы едем в Сосновку и везём туда тело профессора? – спросил водитель. – Там, вообще, хоть что-то осталось неразрушенным?
– Да нормально там всё! Я с Рустамом по коммуникатору связалась, они уже на месте.
– Они – это кто? Рустам и тот парень?
Мила улыбнулась.
– Скорее тот парень и с ним Рустам. Ты просто не представляешь себе, какая мощь скрыта в «скользящем»! Нам улыбнулась удача, что в наш мир попал именно Юра.
– Как по мне, так лучше бы он сидел в своём мире. Полгорода разрушено, сколько человек погибло – не сосчитать. Ради чего это всё, Мила?
– Ты очень плохо знаешь строение нашего мира, мира с большой буквы. Нам известно о существовании, кроме нашего, ещё трёх миров. Их можно условно нумеровать так: Мир номер один: это там, где произошло падение небесного тела. Как предполагают наши учёные и мой дедушка, космического корабля. На месте его падения остался камень чёрного цвета, который аккумулирует в себе просто невероятное количество энергии. Запомнил?
– Да, конечно! – ответил водитель.
– Хорошо. Мир номер два – этот мир далеко ушёл в техническом плане от нашего мира и от мира номер один. В том мире уже давно используются технологии неземного происхождения, люди достаточно хорошо освоили ближний космос, научились клонировать людей и тем самым победили смерть. Но в том мире огромный недостаток – катастрофически низкий запас углеводородов, и полное отсутствие компонентов для развития атомной энергетики. Как следствие, проблемы с энергией. Когда в мире номер один обнаружили камень чёрного цвета, туда незамедлительно прибыли представители второго мира. Состоялась сделка, не знаю правда какая, но часть чёрного камня попала в их мир, мир номер два. Проблемы с электроэнергией у них отпала, смерть они победили, казалось бы, живи в своё удовольствие. Так нет, они прибыли в наш мир, развязали кровопролитную войну, в результате которой, как ты знаешь, они победили. Мы стали колонией мира номер два, сырьевым придатком. Их интересуют драгоценные металлы, минералы. Для того, чтобы мы не смогли обратиться к другим мирам за помощью, они, до сегодняшнего дня, блокировали энергетическое поле нашей планеты. Точнее, нашего мира. Как они это сделали? Не знаю, этот вопрос изучал мой дед и его Академия.
– Ты же сказала, что всего четыре мира? Что с четвёртым? – спросил Славик.
– А с ним вообще всё замечательно, – ответила Мила. – В истории четвёртого мира никогда не было кровопролитных войн, там сильно развита наука. Опять же, клонирование людей. Если и есть где-нибудь во Вселенной рай, то это в мире номер четыре. В нём построено что-то вроде коммунизма, в хорошем смысле этого слова, люди мира четыре пытаются разобраться в проблемах перемещения в пространстве и времени. С ними и поддерживал связь, не знаю каким образом, мой дедушка. Именно туда я хочу обратиться с просьбой о помощи. Другими словами, клонировать моего деда и вернуть его к жизни, если это можно так назвать. Только возникает очень важный вопрос: останется ли мой дед прежним?
– Ты хочешь сказать, Мила, что в Сосновке находится не дача твоего деда, а какая-то лаборатория?
– Конечно, именно это я и хочу тебе сказать. В Академии решались вопросы, которые курировались нашими хозяева, в кавычках, из мира два. Я на все вопросы ответила? – спросила Мила.
– Не совсем, – ответил водитель. – Какая во всём этом роль того парня? Чем он может помочь нашему миру?
– Уже помог, Славик! Ты посмотри на небо! Это означает только одно: никакой энергетической блокады больше нет. Мир, откуда прибыл Юра, вообще уникальный. Мало того, что он развит очень хорошо в техническом плане, так там ещё люди научились управлять энергией всего мира и мироздания. Они называют эту энергию магической. Как бы я хотела этому научиться! Представляешь, как это здорово? Захотел, чтобы огонь горел, только подумал и огонь горит. Дождь? Да нет проблем!
– Ты всегда была отчаянной фантазёркой, Мила. Сколько тебя помню, всегда о чём-то подобном мечтала, – пробурчал водитель.
– О, да! Это у меня от деда, не иначе!
– Это хорошо, если всё это так и есть на самом деле, но одного я никак не пойму: зачем нужны были побегушки со стрельбой? Ты же реально могла погибнуть.
– Могла. Но, как видишь, не погибла. На разработку другого действенного плана у нас с дедом не было времени. Если бы наши хозяева, опять же в кавычках, прознали о пришельце из другого мира, то непонятно, чем бы всё это обернулось для нас. А так Юра на даче у деда, он теперь полностью на нашей стороне.
– Глупо всё это! И риск, я считаю, был неоправданно высокий. Нужно было всего лишь с парнем пообщаться и всё. Он, хочется верить, не глупый, всё понял бы, – произнёс Славик. – Ладно, кажется прибыли. Ещё одно я хочу сказать тебе, Мила! Не дай Боги парень узнает о том, что ты мне сейчас рассказала. Он камня на камне не оставит от нашего мира. Это я тебе говорю, как мужчина. Мы тоже умеем обижаться и, причём, смертельно и основательно.
– Не пойму, Вячеслав, к чему последние слова? – удивилась девушка.
– К тому, что Юрию нужно всё рассказать всё без утайки, всё, как есть. Если ты и твой дед, конечно, хотите принести пользу нашему миру.
Есть в мире много вещей, на которые человек может смотреть без остановки и продолжительное время. Я сидел на стуле, с удовольствием наблюдая, как Рустам отмывает машину от грязи и листьев. Машина огромная, Рустам, бедолага, взмок, но меня к машине не подпускал. Ревновал он её ко мне, или оберегал от меня, мне это было не совсем понятно.
– Рустам, давай хоть насухо машину вытру? – произнёс я в очередной раз. – Мне же скучно, понимаешь ли!
– В твоём мире есть лошади? – спросил Рустам.
– Конечно. В чём подвох?
Рустам засмеялся, присел на соседний стул:
– Никогда не доверяй незнакомцу свою женщину и своего коня. Есть у нас такая пословица, я её придерживаюсь. Машина – это мой конь. Вопросы есть?
Рустам застыл неподвижно, его глаза немного расфокусировались. Такое странное поведение человека я наблюдал уже несколько раз. Первый – в доме Милы, пару раз здесь, на даче у профессора.
– Наши скоро прибудут, – произнёс Рустам. – Если бы не обвалы, которые кое-кто устроил, то машины были бы давно на месте. А так придётся ждать ещё минут десять. Жалко профессора, хороший человек был.
Меня чуть не парализовало от услышанного. Я даже подумал, что мне всё это послышалось, переспросил у парня, какого профессора он имел в виду.
– Преображенского, кого же ещё? – удивленно произнёс Рустам. – Погиб он, и вся недолга.
– Ну у тебя и шутки, дорогой мой человек, – сказал я. – Разве можно так шутить? Ты мне объясни, Рустам, почему я ни разу не видел у тебя в руках мобильного телефона? Да и у Милы, кстати, тоже. Как вы между собой связь поддерживаете? Какие-то странные двери без замков, на даче у профессора отсутствует элементарный телевизор. Как вы вообще живёте в этом мире?