Андрей Галкин – Банкротство физических лиц: пошаговая инструкция и шаблоны документов для списания ваших долгов (страница 2)
У супругов Алексея и Марины Кузьминых накопилось 775 тыс. руб. совместных долгов. Госпожа Кузьмина не трудоустроена, ее муж работает водителем автобуса за 10,6 тыс. руб., имущества – нет. Их заявление о несостоятельности от 1 октября 2015 года суд рассматривал в рамках одного дела, отметив, что законом не предусмотрена такая возможность, но он считает это допустимым, исходя из принципа процессуальной экономии и принимая во внимание то, что заявители являются супругами, имеют общие обязательства и общих кредиторов. 9 ноября супруги Кузьмины были признаны банкротами с единственным кредитором в реестре – налоговой инспекцией с требованиями на 2,5 тыс. руб., а 9 марта 2016 года их банкротство было завершено. Финансовый управляющий, отчитываясь по итогам процедуры перед судом, сообщил, что имущество должников принадлежит к предметам обычной домашней обстановки и обихода, на которые не может быть обращено взыскание. Зарегистрированного имущества, дебиторской задолженности, драгоценностей и иных предметов роскоши не обнаружено, все поступления денежных средств за период процедуры – 20,3 тыс. руб. В связи с отсутствием имущества, подлежащего реализации, расчеты с кредитором не производились, и суд освободил должников от оставшихся непогашенными долгов. Любопытно, что 4 марта, уже по истечении срока на включение в реестр кредиторов (он закрылся 21 января), свои требования заявили ОТП-банк и УК «Траст», но они пока не рассмотрены судом.
Специалист по обработке документов в центре госуслуг Марина Амрачева тоже подала заявление о собственном банкротстве 1 октября 2015 года. 3 ноября суд признал ее банкротом и ввел процедуру реализации имущества. В качестве своего дохода должница указала только заработную плату в размере 15,2 тыс. руб., другого имущества у нее не оказалось. Общая сумма долга перед банками составила 538 тыс. руб. Суд, сопоставив размер ежемесячного дохода и размер задолженности, пришел к выводу, что должник не сможет исполнить свои обязательства в срок. По ходатайству должника из заявленной зарплаты суд исключил 10,9 тыс. руб. (размер прожиточного минимума). 3 марта 2016 года срок процедуры истек, ни один из кредиторов не заявил о включении своих требований в реестр, и госпожа Амрачева была освобождена от долгов.
Пенсионер Геннадий Лебедев обратился с заявлением с суд 1 октября 2015 года и 3 ноября был признан банкротом. Суд пришел к выводу, что в отношении должника невозможна процедура реструктуризации долга, поэтому сразу ввел реализацию имущества. Свои требования заявили три кредитора – «Альфа-банк», Совкомбанк и Росгосстрах-банк – на общую сумму 779 тыс. руб., при этом единственным доходом должника является пенсия в размере 9,7 тыс. руб. В собственности у господина Лебедева оказались только квартира площадью 28,8 кв. м и два банковских счета в Сбербанке с остатком 20 руб. Кредиторы были включены судом в реестр, однако на собрание кредиторов не явились, в связи с чем оно было признано несостоявшимся. В декабре по ходатайству пенсионера суд определил исключить из конкурсной массы около 8 тыс. руб. на личные нужды должника. 16 марта 2016 года суд завершил банкротство и списал все долги Геннадия Лебедева, отметив, что оснований для неосвобождения гражданина от обязательств нет.
3 ноября 2015 года Ирина Подшиблова заявила о личном банкротстве. По состоянию на конец октября общая сумма ее долгов перед кредиторами превышала 576 тыс. руб., а единственный источник дохода – это пособия на ребенка (478 руб.), по безработице (5,8 тыс. руб.) и по случаю потери кормильца (7,3 тыс. руб.). Признавая госпожу Подшиблову банкротом и вводя процедуру реализации имущества, суд отметил, что в собственности у нее есть лишь квартира площадью 17 кв. м и три счета в Сбербанке с общим остатком 4,5 тыс. руб. Кроме того, указывалось, что у нее на иждивении есть несовершеннолетний ребенок. 19 декабря должница была признана банкротом. В реестр требований были включены требования налоговой службы на сумму 613 руб. и Сбербанка на 394 тыс. руб. 17 марта 2016 года суд завершил процедуру, и Ирина Подшиблова освобождена от исполнения своих обязательств. При этом в определении суда о завершении банкротства указан только один кредитор – налоговики. По заключению финансового управляющего, признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у должника не обнаружено, подлежащие оспариванию сделки не выявлены, имущества для расчетов с кредиторами нет. Все расходы на проведение процедуры составили 26,5 тыс. руб., включая вознаграждение финансового управляющего, затраты на публикацию сообщения о банкротстве и почтовые отправления.
Банкротство в других странах
Чтобы понимать, где мы находимся с точки зрения законодательства о банкротстве, считаю необходимым привести примеры двух противоположных подходов к законодательству о банкротстве, принятых в мире. Это законодательство о банкротстве Германии и законодательство США.
Германия – это страна, в которой существует прокредиторское законодательство о банкротстве. Это значит, что законодательство защищает больше права кредиторов, чем должников. Цель процедуры банкротства – это убрать с рынка неплатежеспособных участников, и в качестве первой процедуры банкротства всегда вводится конкурсное производство (реализация имущества). Дальше в ходе конкурсного производства возможна реабилитация должника в случае восстановления его платежеспособности, но по умолчанию все же вводится ликвидация должника через продажу его имущества. Законодательство Германии различает банкротство предпринимателей и банкротство граждан.
Противоположность германскому законодательству – это законодательство о банкротстве США, которое является традиционно продолжниковым. Здесь больше защищаются права должника, чем кредиторов. Здесь господствует идеология «Fresh start» (от
Россия по большей части копирует законодательство Германии и других стран Европы. Тем не менее закон о банкротстве у нас предусматривает очень много реабилитационных процедур, которые позволяют должнику (физическому или юридическому лицу) восстановить свою платежеспособность и не признаваться банкротом. В частности, при банкротстве граждан первая процедура – это процедура реструктуризации долгов, которая вводится судами некоторых регионов России в большинстве случаев. Она дает должнику шанс и время, чтобы восстановить платежеспособность и не расставаться со своим имуществом.
Психологические аспекты банкротства
Мы упомянули, что в зависимости от позиций, на которых стоит законодатель, законодательство о банкротстве может больше защищать интересы кредиторов или должников в тех или иных случаях, а теперь давайте разберем психологические аспекты признания банкротом. При банкротстве граждан это, пожалуй, один из самых важных аспектов работы.
Во-первых, бытует мнение, что быть признанным банкротом – это стыдно. Я думаю, что на этот вопрос мы уже ответили, приводя примеры Генри Форда, Томаса Эдисона и нашей страны – России. Авторы книги не считают, что это стыдно. Признавать свои ошибки бывает непросто, но на этом мы учимся. Чем больше мы смотрим в глаза своим проблемам, тем быстрее мы растем и развиваемся. Банкротство – это всего лишь эффективный инструмент, который позволяет добросовестному должнику освободиться от долгов и начать жизнь с чистого листа, а кредитору – взыскать долг с недобросовестного должника, поэтому этот вопрос мы, пожалуй, закроем.
Среди некоторых должников можно встретить такое суждение, что банк, давая деньги в долг, поступил порядочно, а вы, не возвращая ему деньги, поступаете с ним нечестно. Россия – это страна, где больше ценятся отношения между людьми, чем реальное положение вещей. Здесь гораздо важнее не то, кем вы являетесь, а то, что о вас думают другие. Мы должны понимать, что это просто особенности менталитета, что у граждан России повышено чувство совести, вот и все.
На самом деле, если говорить про отношения с банком, то банк – это не человек, а коммерческая организация. Ее цель – получение прибыли. 90 % денег, которые банк выдает в долг, в том числе и вам, – это не его собственные деньги, а средства, которые он перезанял на финансовых рынках, занял у Центрального банка или у физических лиц в виде вкладов. В процент, под который вы взяли деньги в кредит, уже заложены риски невозврата. Средний риск невозвратов для банков по обычным потребительским кредитам составляет 5–8 %, банк имеет возможность привлекать деньги примерно под 2 % годовых на финансовых рынках, закладывает туда риск невозврата 5 %, накидывает сверху свои комиссионные расходы, свой процент (норму прибыли) и вам выдает под 15–20 % годовых, а по кредитным картам и под 30–50 % годовых. Получается, что все просчитано заранее и банк ничем не рискует.