Андрей Фролов – Стратагема несгораемой пешки (страница 9)
Группа разом активировала электронные системы боевых костюмов, защищающие от направленного электроудара, временно ослепнув и оглохнув.
– Три, – прошептал ирландец. – Два, один…
Импульсная граната лопнула, взбалтывая цифровые мозги запирающей системы: удар отсек устройство от источника питания, подключая ложный, тут же давший команду на открытие. Следом взорвалась химическая, почти бездымно высверлив в створке овальную дыру. Послышался звон опадающих деталей засова. Возвращаясь в тактический спатиум, Киллиан одновременно бросил внутрь шоковый заряд «Горгона».
Хлопок был оглушительным, а затем из отверстия в коридор ударил слепящий луч желтого света. Дав две подавляющие очереди, пешки ринулись внутрь. Вновь заработавшие электронные мозги шлемов подсказали наиболее надежные укрытия, за которыми спрятались вражеские бойцы.
По ним открыли ответный огонь, но тут цикличная «Горгона» выдала дублирующий взрыв дополнительного контейнера. Ставший, как и ожидалось, абсолютным сюрпризом для запершихся внутри безопасников…
Разрядив магазин «ФАЛа» по зафиксированным системой наведения целям, Мартин опустил винтовку на грудь. Световой фильтр, с легким запозданием покрывший забрало шлема, растворялся, позволяя своими глазами оценить картину боя.
Не тратя времени на перезарядку, Данст вынул пистолет и приставным шагом двинулся вперед. Миновал кухонную зону, отсек для игр и прочих развлечений, осторожно вступил в казарменного вида комнату, вдоль стен которой стояли четыре кровати. За его спиной щелкала винтовка Киллиана, тот зачищал уцелевших охранников.
Объекты обнаружились в углу жилого помещения.
Сбились в кучку, беспомощно всматриваясь в темноту. Перед ними, загораживая ученых сторожевым псом, раскорячился стражник. Без шлема и бронежилета, вооруженный одним пистолетом, он расставил руки, будто пытался не позволить ожившей темноте выхватить и утащить одного из своих подопечных.
Когда на полу скрипнула подошва, он выстрелил наугад. Всего раз, после чего Доппельгангер прицелился и прострелил ему правое плечо. Со стоном филиппинец выронил оружие, рушась на колени, а перепуганные гражданские за его спиной взвыли, еще сильнее вжимаясь в угол. Они были одеты в одинаковые пижамы со значками Статуса, у одного рот был перепачкан зубной пастой – штурм застал ученых перед отходом ко сну…
– Это «Паразит‑2», – негромко сообщил Мартин, продолжая целиться в гражданских, – у меня чисто. Визуальный контакт с объектом подтверждаю.
– «Лидер» входит.
Из‑за плеча появился ирландец, словно оживший фрагмент мрака. Сменил пистолетный магазин, затем винтовочный. Неодобрительно покосился на раненого, постанывающего на полу. Кивнул.
– Это «Паразит‑3», – пронеслось по внутреннему спатиуму группы, – птица ждет, время утекает.
– Все по графику, – Финукейна потряхивало в боевой горячке, – почти закончили…
Ученые, до смешного всклоченные и по‑детски перепуганные, продолжали всматриваться в темноту, пытаясь угадать, что за напасть свалилась на их головы. Тот, у кого рот был перемазан белым, догадался раньше других – сложил ладони и начал молиться. Остальные все еще пучили глаза. Один опустился на колени, пытаясь понять причину стонов охранника и хотя бы на ощупь зажать его рану скомканной пижамной курткой.
– Профессор Саркофф? – Киллиан сделал шаг вперед и открыл забрало. – Пожалуйста, идите на мой голос.
Саркофф вздрогнул. Наверное, так повел бы себя любой, кого призвала бы подступившая тьма, назвав по имени. Профессора Калигдонг, Портненко и Тан – их Мартин тоже знал по ежедневным брифингам перед партией, – вскинули головы. Украинец, пытавшийся остановить кровь, отшатнулся, ударившись о край кровати. Объект партии, сглотнув комок, неспешно пригладил седые волосы. Его длинный щетинистый подбородок предательски задрожал, но он смог выдавить:
– Вы обращаетесь ко мне?
– Я точно знаю, что здесь нет второго профессора Саркофф, – с гадкой улыбкой, которую Мартин не переносил на дух, ответил ирландец. – Сделайте два шага вперед. Осторожнее, не споткнитесь…
Однако ученый Статуса остался на прежнем месте. Более того – стоящие по соседству Тан и Калигдонг даже вцепились в его пижаму, умоляя не подчиняться.
– Лидер группы подтверждает обнаружение объекта, – Киллиан поднял винтовку. – Саркофф, умоляю, хватит ребячеств…
Высоколобые действительно напоминали состарившихся детей – перепуганные, одетые в одинаковые нелепые наряды, худые и ослепленные; их словно застали врасплох во время не очень правильной игры. Это напугало людей, обозлило, заставило держаться друг друга. И, конечно же, оправдываться.
– Вы не имеете права так со мной обращаться… – просипел Саркофф. – Мой Статус не позволит, чтобы это сошло вам с рук… Уверен, мы можем прийти к взаимовыгодному…
Киллиан наклонил голову на бок, недовольно нахмурился.
– Если вы настаиваете, Саркофф, я не стану отбирать горох от проса. – Ирландец пожал плечами и приник к прицелу. Тонкий красный луч уперся в четырехглавое, переплетенное меж собой существо, погрузившееся в пучину смертельного страха. Оно тряслось, не позволяя выхватить лицо Саркофф. – Господа, в своей смерти прошу винить вашего коллегу…
Палец Киллиана уже лег на спусковой крючок, когда Мартин сделал шаг вперед. Отключился от канала, чтобы не слышали другие. Со щелчком вскинул забрало, заглядывая командиру в лицо.
– Ты что творишь? – прошептал он, заставив ученых снова вздрогнуть. – Нельзя блокировать
Перламутрово‑серые глаза Финукейна под узким ободком ПНВ12 превратились в крохотные щелки. Щеки изменили цвет, когда к лицу прилила кровь.
– Доппи, – прошипел он, смещаясь в сторону, – немедленно освободи линию огня…
Мартин повторил движение командира. Четверо гражданских, пытавшихся разобрать, о чем шепчется тьма, были готовы вот‑вот потерять сознание. Саркофф побелел, как накрахмаленная простыня. Тем не менее, ученые все еще держались кучей, будто скованные цепью защитники амазонских деревьев, ошалелые, но неотступные перед надвигающимися бульдозерами…
– Ликвидация остальных разработчиков не входит в задачу партии, – одними губами произнес Доппельгангер, подняв левую руку так, чтобы ладонь находилась перед стволом командирской винтовки. – Никаких бонусов, одна единственная цель.
– «Паразит‑2», вернуться на позицию! – ирландец старался говорить тихо, чтобы не разобрали сбившиеся в стайку работники Статуса. Но Данст чувствовал, как того переполняет закипающая ярость. – Ты воруешь наше время, ублюдок… Покинуть линию огня!
И сместился еще правее, упираясь в спинку ближайшей кровати.
Мартин повторил его движение. В животе вдруг стало жарко, будто монета все еще оставалась в желудке, а теперь внезапно сменила температуру и собралась прожечь человека насквозь.
– Одна цель! – словно заведенный, сказал он как можно спокойнее. – «Лидер», не нужно… Ты знаешь, мне плевать на ценность человеческой жизни, как и тебе. Но нет гарантии, что через месяц мы не станем работать на данный ТрансСтат. Эти ученые – крупные фигуры в игре Статусов, где найдется место и нам. Ликвидировать их всех – ошибка!
– Отставить, «Паразит‑2»! Это моя партия, и я доведу ее до конца, – почти в голос выпалил Финукейн, яростно вращая глазами. – Только из уважения к нашему боевому прошлому не стану стрелять сквозь твою руку. Но если ты немедля не сойдешь с линии…
– Это «Паразит‑3», – невольно вмешалась Марго, чей обеспокоенный голос было слышно сквозь наушники ирландца. – Пора паковать чемоданы…
– «Паразит‑4», «Паразит‑3», – застывший камнем Киллиан не отрывал взгляда от Мартина, – приказываю отходить к точке выхода. «Паразит‑2», приказ тот же.
– Ты рехнулся…
Данст покосился на ученых, с дрожью ожидающих приговора. Людей, которым не повезло. Сначала – оказаться на стороне не того Транснационального Статуса; затем – принять участие в его долгосрочном проекте; еще чуть позже – встать на пути Киллиана Финукейна и не потерять остатков человечности, своими телами закрывая коллегу. Доппельгангер вздохнул, закрывая шлем и активируя канал связи.
– Спятивший сукин сын… «Паразит‑2» приказ подтверждает. Направляюсь к точке выхода.
– Ní mórán thú!13 – сквозь зубы сплюнул Финукейн ему вслед, тоже опуская лицевой щиток.
Закричали люди. Может быть, сам профессор морфобиологии Саркофф. Может быть, все разом. Треск винтовочной очереди заставил Мартина вздрогнуть. Впервые за долгие годы работы.
Киллиан заменил опустевший магазин. Подступил к объекту, старательно фотографируя трупы, и рванулся к выходу.
– «Паразиты», это «Лидер», задание выполнено…
Высокоуровневый соратобу класса «Пиноккио», покрытый хамелеоновым напылением, тяжко отлип от заблокированного Финукейном оконного проема. Сидевший за штурвалом Аметист на всякий случай отстрелил в небо несколько кассет с тепловыми и радиоэлектронными ловушками, и перешел в режим энергосберегающего планирования. Уже на ходу задраив створку за скользнувшим в ее брюхо ирландцем, машина рухнула в лабиринты бетонных джунглей Метро‑Манилы.
Нью‑Йорк
19 декабря 2068 года
11‑20 минут
– Десятирукий Будда! – многозначительно протянул Бенджамин Молтон, приподнимая в сторону Мартина дымящуюся чашечку. – Доппельгангер, мальчик мой, а ведь ты был трижды прав, наконец‑то заманив меня в эту дыру! По‑настоящему хороший кофе… – Он с удовольствием приложился к горячему напитку. – Я, да подтвердит Похудевший Ганеша, не пил такого уже лет тридцать!