Андрей Фролов – Огню плевать (страница 43)
Насколько мне было известно, Жи-ми не служил в ракшак, да и следов операции по укорачиванию морды не носил, но убивать был обучен не хуже самой смерти, а однажды я даже оказался свидетелем того, как ему отдавали честь далеко не последние шишки сил обороны гнезда…
В отличие от госпожи, одевалась правая лапа Магды всякий раз по-разному, то в неприметного кабельщика, то в военную форму, то механиком или медиком. Сегодня, если я верно разглядел, на нем был недешевый строгий костюм, в каком нестыдно прогуляться по центру Уробороса.
— Что тебе нужно? — спросил я, косясь в затемненное окно шикарного фаэтона. — Так ты нас обоих угробишь…
— Только тебя, если ты верно меня понимаешь, — улыбнулась Магда, вынимая из терракотовой сумочки электронный кальян и выпуская в воздух салона струйку слабой, но невероятно качественной дайзу. — Расскажешь, что за суета заставила меня бросить важные дела и прибыть в вашу помойку?
Я оледенел. Задумчиво склонил голову и постарался расслабиться. Кулон будто бы пульсировал, а его бугорок под пальто начал казаться предательски огромным. Она знает? Откуда, байши, она может знать?! И что я скажу «Котелкам», если тварь заставит меня отдать украшение?
— О чем ты, крошка? — как можно спокойнее и развязнее спросил я.
Взгляд иссиня-черных глаз Магды перестал быть расслабленным. Они прищурились, изучая меня сквозь вуальную сетку и дым.
— Красивая дырка, — оценила собеседница, рассматривая шрам на скуле.
Я хотел ответить, что то же самое на улицах говорят про нее, но благоразумно прикусил язык. Магда с пониманием кивнула.
— На Гариб-базаре постреляли «Бритых хвостов», — задумчиво продолжила она. — Жуткое дело.
— На Гариб-базаре постоянно стреляют, — я пожал затекшими плечами.
— А еще говорят, что там видели уродливого бесхвостого мутанта, — спокойно вставила Магда, склоняя голову. — Сисадда? Толкуют про некую кукуга со сбитой программой. И про странное ограбление лавки идиотов-паяльщиков, которых тоже перебили. Про интересы казоку с окраин там тоже начали говорить. Просветишь, как это может быть связано?
Я улыбнулся. Почти без усилия, вполне естественно. Если бы змея знала про заказ «Желтых котелков», перестрелку в «Нимнога паяим» не стала бы упоминать вовсе. Впрочем, информация о спятившей онсэн тоже может обжигать…
— Ничего об этом не слышал, прости.
Магда подалась вперед, и мне стоило немалых усилий сохранить неподвижность. Иногда ее жесты и взгляды пугали куда сильнее самых матерых головорезов Нискирича.
— Не шути со мной, Лансик, — напряженным голосом попросила чу-ха. — Хочу напомнить, что ты живешь и процветаешь благодаря
— Я помню. — В горле пересохло, и я развязно вынул из портативного холодильника под сиденьем крохотную бутылочку дорогущей минеральной воды. Надеясь, что пальцы не станут дрожать, отвернул пробку и в два глотка жадно осушил. — О таком трудно забыть.
— Итак?
— Я правда ничего не знаю. На Базаре недавно был, но это никак не относится к безопасности Юдайна-Сити. Или ты решила натянуть поводок?
— Пока нет.
— Тогда что за суета заставила тебя бросить важные дела и прикатить в нашу помойку? Ни за что не поверю, что вас опечалила неожиданная кончина пары отморозков, которым на роду написано не дожить до следующего года.
Магда откинулась на сиденье и глубоко затянулась легким наркотиком. Жи-ми продолжал напевать, с демонстративной ленцой наблюдая за разговором на экране бортовой консоли.
— Я кое о чем хочу знать, — наконец змея в красном пиджаке нарушила молчание и погрозила мне брикетом кальяна.
Несомненно. Как всегда.
Но тиски вокруг моего сердца медленно разжимались. Выходило, что Магда еще ничего не знает про уютный дом, кулон или заказ «Котелков». Я отложил пустую бутылку, постарался придать лицу заинтересованное выражение и оперся локтями на колени.
— Нискирич собирается устроить передел, — равнодушно глядя в окно, сказала Магда, тихонько постукивая кальяном по янтарному браслету на правой лапе. — Мы оба знаем, что в последнее время он мобилизовал немало новых казоку-йодда и увеличил производство препаратов. Я полагаю, он нацелился на север и задумал расширить рынок сбыта. Для этого ему придется отбить у «Вертких прыгунов» бедные кварталы на границах Колберга и Ишель-фава.
— Ты знаешь больше меня, — изумился я. Почти неподдельно.
— Желаю быть в курсе, насколько серьезной может оказаться заваруха, — не дрогнув, продолжила Магда. — Подтверди или опровергни слухи о грядущем отжиме у «Прыгунов» свинобойнь и гидропонных ферм на южных улицах Колберга. Если приближающаяся война подвергнет безопасности гнездо и я узнаю об этом не от тебя, одному из нас придется крепко пожалеть.
Она говорила спокойно и даже ласково, как и привыкла. За моей спиной попискивал Жи-ми, и со стороны беседа могла показаться дружеским трепом на малозначительные темы. Но для меня температура в салоне «Крейса» внезапно упала почти до нуля…
— Мне почти ничего не известно, — сознался я, ощущая в горле поганый комок. — Нискирич и вправду что-то готовит. И бойцов собирает. Но суета вряд ли выплеснется за границы Бонжура. Скорее речь пойдет о возврате позиций, много лет назад утраченных его отцом.
— А Базар?
— Это личное.
— Пока я не решу иначе.
— Пока ты не решишь иначе…
Унижение сковало меня, словно моток колючей проволоки — не пошевелиться, не изранившись. Ноги стали ватными, мгновенно разболелись все полученные за день побои. Байши, чувство было столь сильно, что я даже забыл про проклятый кулон!
Сцепив подрагивающие пальцы, я уставился на мыски своих грязных ботинок и глубоким вздохом невольно втянул пряный аромат «карамели».
— Магда, послушай… — не удержавшись и все-таки облизнув пересохшие губы, негромко ответил я. — Если услышу что-то действительно важное, это сразу же будет у тебя. — А затем сделал неопределенный жест в окно: — Но прошу, не нужно вот так вот подвергать меня риску?
— Если мы узнаем, что Нискирич стал проявлять неожиданный интерес к Гариб-базару, а ты по природной рассеянности забыл ввести нас в курс дела, я сильно расстроюсь, — пропустив мою законную просьбу мимо ушей, твердо добавила чу-ха в красном.
— Я могу идти?
— Проваливай, — с зубастой улыбкой отмахнулась Магда, убирая кальян в сумочку. И вдруг, когда я уже потянулся к дверной ручке, попросила — жестко, будто гвоздь вколотила: — Но сперва скажи это.
Я прикусил губу и тяжело опустился обратно. Иногда проволока затягивалась так крепко, что вызывала не страх, а гнев.
— Скажи сама, — не узнавая собственный голос, предложил я.
— И все же я настаиваю. — Чу-ха поглаживала янтарные бусы на темно-серой шерсти и не переставала улыбаться.
— Не переломишься, — злобно парировал я, и глаза Магды опасно сузились.
Если бы Ланс фер Скичира внутри меня мог обрести тело хотя бы на долю секунды, я получил бы от самого себя такой удар по яйцам, что неделю не встал бы с кровати…
— Ты слишком дерзкий для одинокого изгоя, Лансик, — напряженно ухмыльнулась Красная Вистар.
— А ты слишком самоуверенна для одинокой сучки, — оскалился я, уже ожидая удара в шею.
Но его не последовало. Я выдержал обжигающий взгляд из-под алых ресниц, прихватил рюкзак и все же открыл дверь фаэтона.
— Ты успел забыть, что меня никогда не цепляли твои подначки, Лансик, — с вздохом произнесла Магда. Вынула из сумочки сканер умного корректировщика косметики, откинула вуаль на лоб и пробежалась по узкой морде прозрачным лучом, проверяя безупречность вечернего раскраса. — Так мне долго ждать?
— Предпочту еще послушать твоего волшебного голоса.
Моя левая нога уже стояла на влажном тротуаре. Я ждал едких угроз или металлических приказов, но Магда неожиданно сдалась.
— Хорошо, скажу сама, — вдруг приободрилась она, пряча косметический прибор.
И сказала. Не то, чтобы традиционную фразу, но своего рода персональный фонетический фиксатор Ланса фер Скичиры, использовать который тварь не забывала (или заставляла меня самого) не реже раза в пару месяцев.
—
Я покосился на нее, поймал внимательный взгляд Жи-ми, втянул еще немного пропахшего дурманом воздуха салона и чуть не проблевался. Свободной рукой накинул капюшон, выскользнул наружу.
— Концерт окончен? — сплюнув под пузатое колесо «Крейса», уточнил я напоследок. — Тогда до новых встреч.
И захлопнул дверцу.
Фаэтон «Голубого Лотоса» без промедления поднялся в воздух, скользнул к перекрестку и растворился в потоке ярких габаритных огней. Роскошный транспорт силового крыла тайной канцелярии Смиренных Прислужников не носил ни единого опознавательного знака, но парящие рядом легковушки раздвигались в стороны, будто «Крейс» Магды был заключен в невидимую отталкивающую сферу…
Двигаться я смог только через минуту, все это время, будто Куирколь, бездумно всматриваясь вслед улетевшему фаэтону. Затем тело сотрясла дрожь, рюкзак чуть не выскользнул в лужу, но я удержал. Снова сплюнул, но жалко и вязко, испачкав пальто. Утерся, размазав, и заставил себя отойти от обочины.
Насколько Магда права, утверждая, что своей жизнью я обязан вовсе не «Детям», а ей? О, этот вопрос я задавал себе сотни раз… И вот снова. Опять на грани. Опять на тонком острие опасной иглы, под которой раскинулась хищная бездна. Балансируй, Ланс, и не вздумай терять равновесие!