Андрей Фомин – Аномалия Франго (страница 2)

Ха, без фанатизма. Конечно, без фанатизма. Несколько лет я готовился к тому дню, когда четверо пассажиров вот так подойдут ко мне для рекордного заезда. И теперь все будет идти по моему плану, который начнет реализовываться… вот прямо сейчас:

– @ | Анри. Конечно, Бывалый, все будет чики-тики. Не переживай.

– @ Диспетчерская | Тимур Хмельков. Анри, я знаю твое желание побить рекорд и получить приз. И уважаю причины. Но ты же понимаешь, что это невозможно. Суицидальных настроений я у тебя никогда не замечал. Будь паинькой. Ок?

– @ | Анри. Доставлю пассажиров в целости и сохранности. Но будь на блокираторе!

– @ Диспетчерская | Тимур Хмельков. Не нравится мне это… ладно, тут к нам гости странные в диспетчерскую пришли. [Конец связи]

Прозвучал сигнал прекращения связи. Про блокиратор – это я так, пошутил. Дело в том, что на каждом райдере был установлен блокиратор. В любой момент диспетчерская могла его активировать. В этом случае контроль над кораблем переходил дублирующему пилоту в диспетчерской, который из-за задержки сигнала, конечно, не мог продолжать заезд в том же темпе. Его задача была ме-е-е-дленно вернуть корабль на старт в случае возникновения проблем у пилота на райдере. Такой дублирующий пилот в диспетчерской был у каждого пилота в каждом заезде. Так как Бывалый связался со мной по официальному интеркому из диспетчерской, значит, наверняка он будет моим дублирующим пилотом.

Знаете, что я сделал в первую очередь после разговора с Бывалым? Запустил скрипт, который незаметно отключит блокиратор от управляющих интерфейсов райдера. Мне нужен полный контроль. Но кто же эти «туристы-смертники»? Пора познакомиться.

– Только что диспетчерская подтвердила, что вы все оплатили участие в рекордном заезде. Это смелый шаг, на который давно никто не решался. Вы подписали договор, в котором снимаете ответственность с космопарка за возможные травмы и смерть. Прежде чем мы сядем на райдер и испытаем судьбу, давайте познакомимся.

Я расправил плечи и включил голографии орденов, полученных на космофлоте. Те, кто в ближайший час с вероятностью 50% получат серьезные травмы, а с вероятностью 50% погибнут, заслуживают уважительного отношения. Да и награды хоть раз пригодятся.

– Позвольте представиться, меня зовут Анри, лид-пилот дальней разведки космофлота в отставке. Мне шестьдесят лет, хотя вы вряд ли дадите мне больше сорока, а я себе – больше двадцати. Некоторые люди считают меня лучшим пилотом-человеком во Вселенной, но я бы с этим поспорил. Хотя нет, не буду.

Я замолчал и вопросительно взглянул на туристов. Они переглянулись между собой. Слово взял высокий плотный парень, назвавший меня папашей:

– Ну а я – Антон Карпенко, бизнесмен с Андромеды. Дела мои шли отлично, но потом не задалось… ха-ха! Десять ярдов исправят ситуацию по-любому. Я слышал, шанс разбиться 7%. Готов поставить жизнь на выигрыш, 93% – хороший расклад.

Казалось, веселый, улыбчивый парень этот Антон. Только вот его странный цепкий взгляд не сочетался с напускным радушием.

Следующей слово взяла бледная девушка с точеной фигурой в элегантном черном платьице:

– Мое имя Евгения Колобухова, я актриса. В вашей дыре… Ой. На вашей планете про меня, конечно, не слышали. Я поспорила с друзьями, что буду участвовать в заезде. Деньги меня не очень-то интересуют.

Так, похоже, это скучающая селебрити, тут много таких.

Я посмотрел на долговязого небритого брюнета в очках.

– Называйте меня Иван Герасимчук, остальное… не имеет значения.

Тут долговязый ошибался. Для меня как раз желательно знать, кто будет сидеть у меня за спиной. Но Иван замолчал и не собирался сообщать что-либо еще.

Последней туристкой была высокая фигуристая девушка, обладательница робкого голоса:

– Я Виктория Шишкина, мне просто надо кое-кому кое-что доказать.

Да-а-а, странная компания, не похожая на обычных посетителей. С другой стороны, посетители, идущие на рекордный заезд, не могут быть обычными. Пора рассказать, что им предстоит:

– Дорогие пассажиры. Сейчас мы сядем в райдер, подключим аппараты контроля жизнедеятельности, наденем нательные гравикомпенсаторные костюмы и пристегнем фиксаторы. Наша трасса номер восемь пересекает почти всю полустабильную зону. Мы должны добраться до крайнего астероида, который является финишем трассы. Если мы доберемся туда быстрее, чем за двадцать пять минут и четырнадцать с небольшим секунды, то получим по десять миллиардов π-астров. Идти будем на пределе. Возможны кратковременные перегрузки в 150g. Главная задача – не терять сознание на долгий период. Сейчас мы сядем в райдер, и я продолжу инструктаж.

Вот теперь пассажиры заволновались. Число 150g, конечно, пугает. Правда заключается в том, что с такой максимальной перегрузкой невозможно и близко подобраться к рекорду. Перегрузки будут ЗНАЧИТЕЛЬНО выше. Но у меня есть план, как установить рекорд и оставить в живых как можно больше пассажиров.

Ребята начали заходить на борт. В глазах брюнетки Вики читался ужас. Остальные были спокойны. Слишком спокойны. Мне не понравились их глаза. Это глаза профессионалов. Вряд ли они обычные бизнесмен, актриса и вообще непонятно кто. Но мне было по большому счету все равно. Главное, чтобы фиксаторы работали надежно, катетеры системы жизнеобеспечения были подключены к кровеносно-сосудистой системе туристов и они ничего не пронесли на борт. А вот для проверки последнего у меня был специальный аппарат.

Каждый турист, прибывающий в космопарк, проходит множество кордонов. Их так много, что пронести оружие, взрывчатку или другие запрещенные вещи нереально. Датчики установлены по всей территории. Они непрерывно сканируют проходящих мимо пассажиров. И все-таки я установил на свой райдер дополнительный сканер – прихватил с боевого крейсера.

Суммарный отчет сканеров космопарка для моих пассажиров показывал четыре нуля. Однако AI моего бортового сканера показал статус «умеренная настороженность». Такое было в первый раз. Нужно было обыскать пассажиров, что я и сделал, помогая надевать гравикомпенсаторные костюмы. Не нашел я ровным счетом ничего.

Может, через катетеры системы жизнеобеспечения добавить им в кровь сыворотку правды да поспрашивать? Были у меня и такие системы на райдере, не удивляйтесь. Но, взвесив все за и против, я отказался от этой мысли – сыворотка, введенная всем пассажирам, может вызвать конфликтную ситуацию. Мало ли, что они начнут рассказывать. Все, что я сделал, – это включил более строгий режим работы фиксаторов, при котором не то что сложно было что-либо достать – руками пошевелить было сложно.

Внезапно активировалась читалка Mind Jump Reader. Наверное, начала закачку метакниг с корабля связи. Но вместо отчета о закачке я услышал голос Бывалого:

– #0. Анри, не пугайся, это Бывалый. Я подключился к тебе через твою новую читалку. Мое сообщение – это как бы метакнига. Ты меня слышишь, я тебя – нет. Один из пассажиров – диверсант, нанятый конкурентами нашего космопарка. Он или она хочет устроить что-то плохое. Отмени заезд! Администрация запретила сообщать тебе эту информацию. Тут в диспетчерской еще и военные с космофлота. Они как раз хотят, чтобы ты начал заезд. Пожалуйста, не начинай. Ты имеешь на это право. Тут что-то не чисто! Надеюсь, ты меня слышишь…

Конечно, слышу, мой друг. Но даже наличие диверсанта ничего не меняет. Мне нужно поставить рекорд, и ты знаешь, зачем. Чтобы выяснить, что случилось сорок лет назад.

Смелых пилотов она убивает

Лучших пилотов – себе забирает.

Фольклор планеты Франгō

ГЛАВА 2. Диспетчерская космопарка

Директор космопарка Наталья Матвеева бодрым шагом вошла в огромный зал диспетчерской и направилась прямиком к консоли Бывалого. Почти с десяток миллионов туристов развлекались сейчас на площади в восемьдесят шесть квадратных километров. Все восемь граней октаэдра – астероида, на котором располагается космопарк, – были заполнены посетителями более чем на 90%. Обеспечение безопасного функционирования всех аттракционов – это то, чем ежедневно занимались в диспетчерской сотни сотрудников. Но сегодня был необычный день.

– Здравствуйте, Тимур, – обратилась Наталья к Бывалому.

– Приветствую, директор.

– Спасибо, что по моей просьбе прервали отпуск!

Наталья села на соседнее кресло, закинула ногу на ногу и продолжила:

– Вы уже знаете, что четыре человека оплатили участие в рекордном заезде?

– Конечно, об этом знают уже все, даже последний AI робота-уборщика.

– Ну вы понимаете, в чем наша задача? Нам нужно громкое событие!

– Если они сегодня разобьются – это действительно будет громкое событие.

Наталья поморщилась. За пять лет работы в космопарке она добилась двукратного роста числа посетителей и трехкратного роста прибыли. Парк буквально ломился от богатых туристов. Все было хорошо до того момента, когда у соседней звезды открылся парк-конкурент «Люкс Спэйс». Конкуренты хорошо рассчитали место и услуги, плотно присосавшись к потоку туристов в космопарк. «Люкс Спейс» – обычный роскошный парк. Да, туристы, как и раньше, ехали в космопарк на Франгō за экстримом, но… заодно заезжали ненадолго окунуться в привычную роскошь удачно близко расположенного «Люкс Спейс».

Последние два месяца темпы прироста числа туристов стали отрицательными. Что еще хуже, выручка с одного посетителя стала падать, потому что среднее время пребывания сократилось с месяца до трех недель. Наталья планировала новую рекламную волну, но нужно было событие. И драматический заезд за огромным призом, который тем не менее закончится без жертв, ну… может, с небольшими травмами – именно то, что нужно!