Андрей Фесенко – Хелли (страница 2)

Первой в окуляр телескопа заглянула Фрида. Посмотрев с минуту, она, не сказав ни слова, отошла в сторону. Потом прильнул к окуляру я.

На черном бархате морозного неба выделялось туманное зеленовато-серебристое пятнышко.

– А где же хвост? – спросил я, не отрываясь от окуляра.

– Подожди, Мика, пусть глаз привыкнет. И смотри как бы боком. Мы этот прием называем боковым зрением.

Едва Сергей Николаевич произнес эти слова, я увидел хвост кометы. Точнее, не хвост, а хвостик.

– Он такой маленький! – сказал я.

– Потерпи, весной мы увидим огромный хвост.

Я любовался этим серебристым пятнышком и думал о том, что сейчас всматриваюсь в такие бездны, о которых прежде и не помышлял. И почему-то в тот момент в голове у меня зазвучала музыка. Это был «Хорошо темперированный клавир» Баха, прелюдия и фуга ми-бемоль №8. Мама и Фредерика часто исполняют эту музыку на домашнем фортепиано. Так и стала эта комета ассоциироваться у меня с музыкой Баха.

Я отошел от телескопа и спросил:

– А кто такой Галлей?

И Сергей Николаевич рассказал о знаменитом ученом Эдмунде Галлее, упомянув, что Галлеем этого исследователя зовут в России, а англичане произносят его фамилию как Хелли.

– Он эту комету открыл? – спросила Фрида.

– Не просто открыл, – ответил Сергей Николаевич, – а совершил настоящий научный подвиг. Во времена Галлея, а это был XVII век, люди не знали путей и законов, по которым движутся в пространстве кометы. Считалось, что перемещаются они по прямым линиям: появляясь из глубин космоса, проносятся мимо Солнца в бесконечность, чтобы навсегда там исчезнуть. Галлей не мог объяснить, но чувствовал, что движение комет гораздо сложнее, чем может показаться. И тогда он задумал провести свое исследование, я бы даже сказал, осуществить настоящее расследование о движении комет.

Сергей Николаевич говорил неспешно, четко произнося каждое слово.

– Исаак Ньютон, учитель и друг Галлея, – продолжал он, – не раз высказывал мысль о том, что, по-видимому, существуют кометы, которые движутся вокруг Солнца и периодически появляются на наших небесах. Он даже предложил способ проверить эту гипотезу. Нужно было собрать старинные записи наблюдений различных комет и по ним определить их орбиты. Если у некоторых комет орбиты окажутся совпадающими, то, значит, они…

– Принадлежат одной и той же комете? – перебила Фрида.

– Молодец, Фрида! – воскликнул Сергей Николаевич.

– Фредерика, – тихо, но строго произнес отец, – если ты будешь перебивать, мы тут же поедем домой.

– Désolé, papa, – виновато мурлыкнула Фрида и приложила палец к губам в знак молчания.

– Так вот, – продолжил Сергей Николаевич, – по моментам прохождений через перигелий, то есть через самую близкую к Солнцу точку, можно определить период обращения этой кометы вокруг Солнца. За такое дело и взялся Галлей. Собрав сведения о наблюдениях комет за последние триста шестьдесят лет, он составил таблицу, в которой были числа, показывающие форму и расположение орбит этих комет. Ученого поразило совпадение величин, относящихся к трем из них. Это были кометы, появлявшиеся в 1531, 1607 и 1682 годах. Последнюю, кстати, наблюдал и сам Галлей. Оказалось, что они двигались по почти одинаковым орбитам. Могло ли это быть простым совпадением? Одно обстоятельство смущало Галлея. Дело в том, что от первого до второго появления этой кометы прошло семьдесят шесть лет и два месяца, а от второго до третьего – только семьдесят четыре года и десять с половиной месяцев. Почему же эти периоды неодинаковы? Но вскоре Галлей нашел этому объяснение. Двигаясь по своей вытянутой орбите, комета проходит вблизи гигантских планет – Юпитера и Сатурна. Эти планеты своим могучим притяжением отвлекли комету от ее обычного пути, сократив его, а потому она и пришла во второй раз раньше. Тогда-то Галлей и понял, что это были не три разные кометы, а одна, движущаяся вокруг Солнца по очень вытянутой орбите с периодом обращения в среднем в семьдесят пять с половиной лет. И Эдмунд Галлей с уверенностью заявил, что возвращение этой кометы состоится в 1758 году.

Сергей Николаевич замолчал.

– И она вернулась? – спросил я.

– Вернулась. За несколько лет до возвращения кометы французский астроном Алекси́ Клеро уточнил год и месяц сближения кометы с Солнцем. И этот прогноз оправдался. Комету заметили в декабре 1758 года. Это был настоящий триумф науки, друзья! А сейчас мы с вами являемся очевидцами, свидетелями очередного возвращения кометы Галлея.

– А когда она вернется в следующий раз? – спросила Фрида.

– Не скоро, – улыбнулся Сергей Николаевич, – в 1986 году.

Фрида шумно вздохнула.

V

Весна – замечательное время! Природа в Подмосковье просыпается раньше, чем в Питере. Впрочем, возможно, мне так всего лишь казалось. Как и в Петергофе, отец снимал дачу в подмосковном тихом поселке Бутово. Место было очень живописным: много зелени, маленькие прудики, узенькие тропинки, виляющие среди стройных берез. Одним словом – место было чудное, и в апреле-мае мы на выходные уезжали в Бутово. В доме, который мы снимали, часто собиралась большая компания московских сослуживцев отца, а иногда даже приезжали друзья из Питера и гостили у нас. Они долго разговаривали на веранде, пили вино, обсуждали свои взрослые вопросы и новости.

А у нас с сестрой были свои заботы. Фредерика много читала, раскачиваясь на кресле-качалке, я же катался на велосипеде, исследуя окрестности, простирающиеся до железной дороги, выбираться за которую мне было категорически запрещено.

В ночь с 5 на 6 мая Земля прошла через хвост кометы Галлея. Бульварные газеты пестрели всевозможными страшилками о кончине мира, но не произошло ровным счетом ничего.

В пятницу 6 мая мы утром уехали на дачу. Нас ждали четыре выходных дня! 6 мая – день рождения Его Императорского Величества государя императора Николая Александровича. В этот день мы не учимся. 7 и 8 мая – соответственно суббота и воскресенье. А понедельник тоже был выходным, ведь 9 мая – праздничный день, перенесение мощей Святого Николая Чудотворца.

В воскресенье у нас собралась веселая компания. Приехали коллеги отца и подруга мамы. Все были с детьми: две девочки, кажется, такого же возраста, как и Фрида, и мальчик, мой ровесник. Был он чистеньким, аккуратным, в тщательно выглаженном костюмчике. В близко посаженных серых глазах читалось некое чувство превосходства, что сразу не вызвало у меня никакого желания общаться с ним. Справедливости ради, я попытался с ним побеседовать о каких-нибудь интересных вещах, но быстро выяснилось, что его ничего не интересует.

Зато неожиданной радостью для меня стал приезд Сергея Николаевича. За праздничным столом он объявил, что привез с собой небольшой телескоп и мы будем наблюдать комету Галлея. Эта новость была встречена радостными возгласами, а мамина подруга заявила, обращаясь к детям:

– Вы слышали? Сегодня вечером мы будем наблюдать комету Галилея в телескоп.

Сергей Николаевич улыбнулся и очень мягко поправил женщину:

– Прошу прощения, мадам, комету , – он слегка растянул это слово, намекая на заблуждение подруги мамы, – мы сможем узреть только на рассвете. Галлея

– Нет, Сергей Николаевич, это невозможно! – всплеснула руками мадам. – Ведь детям надо спать, нельзя нарушать режим дня!

– А я не буду спать, – заявил мальчик, – я хочу в телескоп посмотреть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.