Андрей Федин – Статус: студент. Часть 1 (страница 4)
Выждал десяток секунд – список доступных мне способностей не увидел.
«Да! – мысленно произнёс я. – Хочу».
Свет перед моими глазами погас. Стихли доносившиеся из-за окна птичьи голоса. Но пульсация крови в висах не исчезла.
На фоне черноты появились слова:
Глава 2
Я не понял, сколько пролежал в темноте. Хотя кровь в висках упрямо отсчитывала секунды. Я рассматривал висевшие перед глазами надписи, затаив дыхание.
Надписи исчезли. Внезапно. Словно их стёрли командой «удалить всё».
Темнота рассеялась. Я снова увидел перед собой покрытый трещинами потолок, услышал щебетание птиц за окном и похрапывание Василия Мичурина.
На фоне потолка появилась напечатанная уже привычным для меня золотистым шрифтом фраза:
Надпись мигнула и растаяла.
«Зубрила?» – мысленно переспросил я.
Будто не поверил своим глазам.
Я тут же вызвал всю доступную информацию о своём персонаже. Увидел, что в графе активных способностей появилась первая запись. Убедился, что зрение меня не обмануло.
«Студент со способностью „Зубрила“, – подумал я. – Превосходно. Начинаю с самых низов».
Я снова поискал на потолке скрытые иконки игрового интерфейса – под какофонию из чириканья птиц и храпа соседа по комнате. Потратил на это примерно пять минут. Кроме уже известных мне сведений ничего нового не обнаружил… почти.
При пристальном внимании к надписи «Зубрила» поочерёдно появились два вопроса.
Первый:
Я мысленно произнёс: «Нет».
Игра тут же задала мне второй вопрос:
На этот раз я с ответом не поспешил. Послушал, как заливался соловьём Василий Мичурин. Понаблюдал за тем, как гонялись друг за другом по оклеенной засаленными бежевыми обоями стене мелкие таракашки.
– Да, – тихо произнёс я.
Надпись поблекла и будто бы нехотя растворилась в воздухе.
На её месте засветилась другая:
– Алирбуз, – сказал я.
Три секунды игра ожидала, что я одумаюсь.
Затем уточнила:
– Да.
Игра меня тут же заверила:
Надпись провисела у меня перед глазами две секунды и исчезла.
Я вздохнул и пробормотал:
– Итак, что мы имеем…
Я пробежался взглядом по комнате. Отметил, что зрение у меня хорошее. Потому что я видел каждое жирное пятно на стенах, каждого спешившего по своим делам таракана. Графика в игре была превосходная. Никаких пикселей. Я бы не подумал, что находился в виртуальной реальности, если бы не всплывавшие перед глазами надписи.
Я в очередной раз задержал взгляд на чёрном бюстгальтере, который красовался над дверью, будто завидный трофей. Подумал о том, что его бывшая владелица обладала как минимум третьим размером груди. Отметил, что женский аксессуар прибит к стене (распят) не иначе как металлическими дюбелями – заметил блеск шляпок сантиметрового диаметра.
Решил, что бюстгальтер над дверью – главная достопримечательность этой комнаты. Вспомнил, как Василий упомянул: я нахожусь в общежитии Московского физико-механического университета. Длинный коридор с множеством дверей, тесная комнатушка. Я допустил, что моей стартовой локацией действительно стало студенческое общежитие.
«Не самая лучшая общага», – подумал я. Потому что теперь рассмотрел то, от чего меня поначалу отвлекли тараканы и бюстгальтер. Мебель в комнате, где я сейчас лежал, выглядела древней и потрепанной, словно служила уже не первому и даже не третьему поколению студентов. Да и сама комната, словно умоляла об уборке, а лучше: о ремонте.
Я снова огляделся и подытожил. Стартовая локация находилась в общаге. Это… почти наверняка. А вот о том, что это общежитие московское – я знал пока лишь со слов Василия. Прописка в паспорте моего персонажа тоже была московская. Гражданство российское. Ещё я предположил, что события игры происходили в прошлом: в тысяча девятьсот девяносто пятом году.
Тут же прикинул, что в том году мои родители ещё учились в школе. Причём, в разных городах. В Костомукшу они переехали, когда мама уже забеременела мной. Поэтому самого себя я в этой игре точно не встречу. Даже если… нахожусь не в виртуальной реальности, а очутился в реальном прошлом. Такой вариант я тоже допустил, когда вспомнил о головной боли.
Приподнялся, пошарил взглядом по столу. Дёрнулся было к замеченному на столешнице кухонному ножу. Заметил замершего на его рукояти таракана и передумал. Слез с кровати и прогулялся к настенному зеркалу: вспомнил, что видел там дешёвую китайскую зажигалку. Память меня не подвела. Хотя к зеркалу я в прошлый раз подходил ещё до того, как стал зубрилой.
Взял зажигалку в руки, почти минуту пристально её разглядывал – ждал игровые подсказки. Но игра меня не порадовала. Не подсветила название предмета, его характеристики и степень износа. Вполне реальная на вид и на ощупь зажигалка осталась без игровых пометок. Я подумал, что следивший за мной с края полки таракан покрутил бы пальцем у виска, если бы смог.
Я крутанул колёсико зажигалки – вверх к моему лицу взметнулся длинный язык огня и едва не опалил мне брови. Я отклонился, уменьшил высоту пламени. Поднёс пламя к своей ладони. Тут же одёрнул руку и выругался. Затем уже сознательно обозвал создателей игры придурками. Потому что боль в этой игре была самой настоящей, как и след от ожога на моей ладони.
Я слюной смочил покраснение на руке. Подумал о том, что лучше бы получил от игры способность заживлять раны: в этой игре она будет явно не лишней. Бросил взгляд на храпевшего лицом к стене Мичурина, снова повернулся к зеркалу. Взглянул на своё отражение – мой аватар выглядел слегка растерянным и недовольным. Я вернулся к стоявшей у окна кровати.
Снова присел около сумки, внимательно исследовал её содержимое. Признал, что очутился в игре не «с голым задом» – одежда в сумке была. Вот только выглядели эти вещи, как купленные в магазине «Шок-цена». Причём, купленные лет пять назад и все эти годы активно бывшие в употреблении. Я только теперь заметил, что расхаживал по комнате в тапках с надписью «Abibas».
– Шмот, конечно… первоуровневый, – пробормотал я. – Рваные портки и драные сапоги. Как обычно. Что там с деньгами?
Деньги я в сумке не нашёл. Пошарил в кармане висевших на спинке кровати джинсов (увидел на них… следы штопки). Обнаружил бумажник. Извлёк из него новенький пропуск в общежитие с чёрно-белым фото моего аватара. В пропуске прочёл о том, что я числился студентом Московского физико-механического университета, группа ГТ-1-95.
Пробормотал:
– Точно. Первокурсник. Опять. Это просто… пипец.
Я вытряхнул из бумажника на покрывало всю наличность. Игровые деньги походили на настоящие. Подсчитал: восемьдесят пять тысяч рублей. Прикинул, много ли это в реалиях тысяча девятьсот девяносто пятого года. К конкретному выводу не пришёл. Хотя банкнота номиналом пятьдесят тысяч рублей выглядела, как хорошо знакомый мне полтинник. Подумал о том, что у владельца заштопанных штанов много денег не могло быть по определению. Тем более на первом уровне игры.
Пластиковые карты в бумажнике я не увидел – только жетон московского метро и два презерватива в мятых упаковках.
Игра отреагировала на мои находки: