Андрей Федин – Новая жизнь тёмного властелина. Часть 2 (страница 2)

Зыркнула на меня.

– Насмотришься ещё, когда будем тут прибираться. Попроси у хозяйки – может посфолит остафить его кишку на память. Сама её для тебя отрежу.

– Думаешь, до завтра не дотянет?

– Надеюсь: нет, – сказала носатая. – Не хочу и зафтра фозиться с этим бешеным мальчишкой. Руки он фздумал распускать! Сумасшедший какой-то. Буду у Рики – фсё ей фыскажу! И хозяйке на неё пожалуюсь, фот уфидешь. Как я зафтра ф таком фиде пойду на рынок?

Рыжая фыркнула.

– Что такого-то? Подумаешь: харя опухшая. Никогда не дралась, что ли?

Чем-то она мне напомнила Васю. Попытался понять, что может быть общего между этими двумя совершенно разными на первый взгляд женщинами. Уж точно не рост и не цвет волос. Да и лица абсолютно непохожие. Пожалуй… то, как они двигались – словно хищные кошки.

– Умная какая… – проворчала носатая. – Чего стоишь-то?! Фон, железку у него забери. Или хочешь, чтобы её уфидела хозяйка? Рике-то она за этот меч фыскажет – не сомнефаюсь. Но и нас с тобой за него по голофке не погладит. Или хочешь попасть к ней под горячую руку?

Рыжая ей в ответ лишь беззаботно усмехнулась.

– Чего топчешься на месте? Иди! Ну?!

Носатая указала в мою сторону окровавленным полотенцем.

– Можешь стукнуть его, – добавила она. – Только так, чтобы хозяйка не уфидела следоф. Не сломай ему ничего. А то я тебя знаю: не умеешь сфои силёнки сдержифать.

– Ладно тебе…

Улыбка не сходила с лица рыжей.

Не знаю, почему, но у меня эта девица вызывала симпатию.

– Эй, мужичок, – сказала она. – Ты бы это… отдал бы мне свою ковырялку. По-хорошему. Возиться с оружием – не мужское занятие. Поранишься ещё – хозяйка будет ругаться. Ты ведь не хочешь рассердить нашу льеру? И меня тоже не надо злить. Слышь, чего говорю?

Она приближалась ко мне. Не спеша, точно к стайке птиц, боясь тех спугнуть.

Предчувствовал, что быть мужчиной в женском обществе – не сахар. Но надеялся, что нашивка боярского рода на кафтане изначально вызовет ко мне со стороны жительниц столицы королевства хоть какое-то уважение. Здесь, в королевстве Ягвара, Кординию называли «островом колдуний»; боярынь слегка побаивались за их умение использовать магию – так мне говорила Лукория.

В Ой у меня особых проблем не возникло. Не почувствовал и тени хамского отношения со стороны тамошних солдаток. Напротив – те всячески подчёркивали своё уважение.

А в столице как-то сразу не заладилось.

Рыжая спокойно подошла ко мне, похлопала по плечу. Успокаивая меня взглядом, потянулась к ножнам. Так ведут себя с малышами, которые ради шалости прикарманили коробку со спичками.

Я долго не реагировал на действия девицы: не верил, что она поведёт себя подобно носатой. Неужели в этом доме случилась эпидемия хамства? Или в Реве так и положено обращаться с гостями? Рыжая явно не желала мне зла. И не ждала от меня подвоха.

Но спускать ей подобное отношение к моей персоне я не собирался.

Не воспользовался заклинаниями – ударил в челюсть. Несильно, чтобы не сломать кость и не выбить зубы: их во рту рыжей и без того недоставало. Тут же почувствовал, что слегка успокоился. Магия – не всегда панацея. Она бы не позволила мне сейчас выплеснуть накопившееся раздражение.

Девица не среагировала на моё движение. Лишь в удивлении вскинула брови… Прежде чем закатила глаза и рухнула на пол.

Ворс ковра приглушил звуки от её падения.

А возглас носатой заглушило прижатое к лицу полотенце.

– Ты что сделал? – на выдохе произнесла служанка.

Выкатила глаза. Выронила полотенце, подскочила к рыжей. Перевернула ту на спину.

– Ты… убил её?!

– Жить будет.

– Бешеный! – воскликнула носатая.

Если бы она умела воспламенять взглядом, от меня не осталось бы и угольков.

– Что ты натфорил?!

Похлопала рыжую по щекам. С её подбородка на ковёр упали капли крови. Носатая этого не заметила.

– Мне нужно увидеть льеру иль Гише, – напомнил я.

– Уфидишь! И не только уфидишь.

Кровь из носа служанки капнула на щёку рыжей. Носатая заботливо стёрла её рукавом своего халата. Угрюмо зыркнула на меня исподлобья.

– Говорю же, – сказала она, – мы не ждали тебя так рано. Но льера фот-фот фернётся. Ф этом можешь не сомнефаться. Даже не предстафляешь, куда она затолкает тебе тфою железку.

Запрокинула голову, шмыгнула носом, сглотнула кровь. Провела языком по окровавленным губам. Она сейчас походила на отобедавшего вампира – встречал этих тварей при дворе ликского короля пять… или шесть жизней назад.

Носатая подхватила рыжую под руки. Согнулась, попятилась, потащила ту к дверному проёму. Даже лишившись сознания, рыжая девица продолжала улыбаться.

– Прибить бы тебя, мальчонка, – процедила носатая, переступив порог. – Но хозяйка заплатила за тебя большие деньги – не хочу её расстраифать. Посидишь под замком до её фозфращения. Сам: некогда мне тебя нянчить. Пусть льера иль Гише с тобой разбирается. А я уж ей расскажу, какой ты бешеный.

Бросила в меня напоследок раздражённый взгляд, хлопнула дверью. Я слышал, как она продолжала бормотать в коридоре, как зазвенела её связка с ключами. Дважды щёлкнул дверной замок.

Посмотрел на окровавленное полотенце – носатая оставила его на ковре, рядом с диваном.

– Заплатили за меня деньги? – вслух произнёс я. – Интересно девки пляшут.

Приподнял брови.

Кому заплатили? Лукории? Зачем?

Чего я не понимаю?

Как штос-офицер смогла заранее известить сестру о моём визите? Птицу отправила? Вариант. Интересно, есть у них здесь почтовые голуби? Пока ни о чём подобном не слышал – поинтересуюсь у Васи.

Я покачал головой.

Не понимаю, что происходит.

– Вот и прогулялся в гости, – сказал я. – Дёрнули же меня за язык… С чего вдруг я там, в Ой, разбрасывался обещаниями?

Достал письмо, повертел его в руках.

Может, ну его?… Оставить письмо на кровати? Служанки найдут – сами передадут льере иль Гише. Не станут же они прятать его от хозяйки. В «собственные руки», не в «собственные» – какая разница? А я свалю отсюда, пока никого не убил. Ведь эти женщины способны вывести из себя кого угодно.

Вернул письмо в карман. Устроился поудобней на диване – забрался на него с ногами.

Подумал, что уйти сейчас было бы мудрым решением – без сомнения. Зевнул.

Жаль только, что я не мудрец. И что не попробовал местный кофе.

Глава 2

В комнате царила сонная атмосфера. Когда остался здесь в одиночестве, едва ли ни сразу же погрузился в дремоту. Лежал на диване, сложив на животе руки; слушал приглушённые стенами женские голоса и щебет птиц – тех, что за окном и тех, что сидели в клетках на первом этаже. Витавшие в комнате запахи пробудили в голове романтические образы: напомнили о компаньонках – о Чёрной и Белой.

В навеянные дремотой фантазии неожиданно вклинилась мысль о том, что странные служанки льеры иль Гише могут причинить вред скучавшей в саду Васе. Но я лишь улыбнулся, отмахнулся от неё. Веселеида не ребёнок – воительница. Да и замучаются местные, пытаясь пробить её защиту. Как бы Вася сама им не накостыляла: она на такое способна.

Тревога развеялась – вернулись режиссированные моим воображением сценки с участием компаньонок. Просматривал их с интересом; посапывал. Пока не ощутил в руке боль – кольнула в плечо «сигналка». Сообразил, что кто-то прикоснулся к двери, где я подвесил сигнальное заклинание, когда почувствовал, что погружаюсь в сон. Открыл глаза, приподнял голову. Не удержался – громко зевнул.

Скрипнули створки, в комнату вошла уже знакомая мне служанка. Насупленная, ссутуленная. На её пунцовом лице выделялся распухший синевато-малиновый нос. Тот уже не кровоточил. Выглядел ещё больше и внушительней, чем до моего удара.

Носатая ступала мелкими нерешительными шагами; пугливо, но злобно зыркала на меня выпученными глазищами. Прыти с момента нашей прошлой встречи у неё явно поубавилось. Странно, что пришла одна, а не в компании вооружённых широкоплечих девиц. Неужели в доме льеры иль Гише не нашлось желающих ей помочь – приструнить «бешенного» мужчину?

В руках служанки увидел глиняную кружку – женщина держала посудину бережно, словно опасалась расплескать её содержимое.

– Ты чего разлёгся, мальчонка? – проворчала носатая. – Скоро придёт хозяйка. Она уже фернулась с прогулки – решила перекусить. А ты прифоди себя ф порядок. Фон, морда какая сонная. И костюм свой помял. Что с тебя фозьмёшь – мужчина. Эх!.. Безмозглые фы сущестфа. Да ещё, оказыфается, быфаете бешенными. Так и дрых, что ль, ф обнимку со сфоей железкой? Точно: слабоумный. На-ка, фыпей фот это. Хозяйка фелела тебя напоить.