Андрей Федин – Новая жизнь тёмного властелина. Часть 1 (страница 12)

– Надеялась, доча подскажет, где искать этих гадин, – сказала Силаева. – Не повезло. Она их, похоже, не видела. Вот же… засада. Не представляю теперь, как продолжать их поиски. Охранниц, что дежурили в ту ночь у дома, тоже не расспросишь: мёртвые не разговаривают.

«Это смотря кто захочет их разговорить, – подумал я. – У меня бы они соловьями пели».

Выкуп за дочь Варлая собрала – помогли родственники. Боярыне пришлось расстаться с «кое-каким» имуществом.

– Хорошая была земля, нетронутая – такую сейчас на острове редко встретишь, – сказала она. – Досталась мне от жены. Не зря я раньше не хотела продавать этот Выховский лес: как чувствовала, что пригодится. Думала сделать его приданным Алаины или Росли, если понадобится.

Погладила мелкую по голове.

– Ничего. Бесприданницами дочери не будут. Время и силы есть – придумаю что-нибудь. Мне ещё повезло, что сумела всучить этот участок сестре – до конца жизни теперь Меркуле обязана. А так и выкуп собрала, и Выховский лес остался у семьи – будет где охотиться: люблю это дело. Но… если бы не старшая сестра… Где бы я раздобыла столько денег, да ещё и так быстро? Не идти же к марисским ростовщицам? Всем родом бы потом погашали их грабительские проценты.

Боярыня выполнила все требования похитителей. Заплатила. Но дочь ей не вернули.

– Теперь понятно, почему, – сказала она. – Они её потеряли! Растяпы. Или доча сбежала от них. Это она может: ловкая, как горностай – вся в меня. Ты представляешь, Кира, что я пережила за эти дни? Едва волосы не поседели! Объявила награду за свою девочку: пообещала денег любому, кто подскажет, где её искать! Вот… нашлись добрые люди, отыскали её в вашей забегаловке.

Похоже, Силаева и мысли не допускала, что дочь могли не вернуть.

Я покачал головой. На ум пришло, что либо этот мир не такой, как другие, либо боярыня по-детски наивна. А может и то, и другое.

Силаева поняла мой жест по-своему.

– Да, Кира, – сказала она. – Нелёгкое это дело быть матерью. Запомни мои слова. То старшая дочь взвалит на мою голову гору проблем. Теперь вот с Алаиной неприятности приключились. Как будто мне на службе забот не хватает.

Варлая говорила много.

Но я никуда не спешил: до столицы путь предстоял неблизкий.

О том, как живут крестьянки или те же ремесленницы, Силаева имела размытое представление: «просто живут». Но простолюдинки меня и не интересовали. А вот о делах боярских родов Варлая поведала мне много интересного.

Я слушал её рассказы, отфильтровывал словесную шелуху и отмечал главное.

Военное дело благородные считали смыслом жизни. Статус в местном обществе во многом зависел не только от происхождения, но и от воинского ранга. Тот заслуживал среди женщин особое уважение, хотя и почти не давал привилегий.

Драться здесь умели и любили. Победительницы бесчисленных турниров подолгу купались в лучах славы. Почести им воздавали и благородные, и простые жительницы столицы.

Пока боярыня развлекала меня разговорами, я бросил в неё заклинание «скан»: сделал слепок ауры. Благо мой резервуар маны после встречи с педофилкой заполнен почти до краёв. Могу себе позволить траты.

Нашивка воительницы-мага на руке боярыни, как я подозревал, подразумевала умение использовать магическую энергию. Сравню энергетические каналы Верлаи со своими – потом, когда выдастся свободное время.

Я почти завершил переделки в своей ауре. Считал, что привёл её в идеальный вид – как я его понимал, исходя из прошлого опыта. Сомневался, что энергетика местных меня удивит. Но кто знает: возможно, и в этом мире подчерпну что-то интересное и полезное для себя. Как говорил один мой наставник: «Новое находит тот, кто не перестаёт искать».

– Скажите, Кира, – обратилась ко мне Варлая, завершив очередную байку о своей боевой юности. – Вы уже решили, где остановитесь в Бригдате? Цены там, я вам доложу, не чета провинциальным. И в магазинах, и в тавернах, да и в гостевых домах, думаю, тоже.

– У меня есть деньги, – сказал я. – Немного, конечно, но скопились. Надеюсь, что на первое время в столице мне их хватит. И с жильём разберусь – придумаю что-нибудь.

Боярышня Алаина открыла глаза.

– Мама, – сказала она. – Ну что ты такое говоришь? Конечно же Кира будет жить вместе с нами! У нас большой дом! Всем места хватит! Ты не переживай, мамуля: если твоя жена не захочет выделить Кире комнату – я уступлю ей свою. Так и знай. И переберусь к тебе. Ты ведь пустишь меня к себе в спальню, мамочка?

Глава 8

Столица Кординии меня не впечатлила.

Возможно местным Бригдат и казался огромным городом. Но я мысленно сравнивал его с Москвой, Новым Тоноконом, Селеной – рядом с этими гигантами разных миров он выглядел бедной провинцией. Даже Аквиния, где мне довелось посидеть на престоле, смотрелась богаче и величественнее.

Хотя и у Бригдата, миновав трущобы окраин, я заметил неповторимую особенность. Промчавшись через непримечательные районы, похожие на ту же Оргону, мы внезапно оказались в окружении не заборов, а настоящих крепостных стен, за которыми виднелись не дома – замки. Причем многие со следами разрушений на фасадах.

Задрав голову, я с удивлением рассматривал каменную кладку, вдоль которой катилась карета. Недоумевал, зачем понадобились в городе подобные укрепления.

Стены вдоль дороги казались бесконечными. Разных цветов. Разной степени сохранности.

«Город тысячи замков, – подумал я. – Сразу видно, что здесь не слишком-то любят соседей».

До центра города мы не доехали. Прокатились по каменным лабиринтам улиц, достаточно широким: легко разъезжались со встречными экипажами. Уже начинало темнеть, когда мы лихо повернули у высокой сторожевой башни – карета проехала через ворота одной из городских крепостей.

Во дворе дома-замка суетились женщины, явно простолюдинки: без эмблем слуг рода на одежде. Встретили наш экипаж, занялись лошадьми. Я не переставал удивляться: столько красивых женщин вокруг. И ни одного мужчины!

Мышка первая выскочила из кареты. Не слушая протестов матери, схватила меня за руку. Без умолку тараторя о всякой ерунде, потащила в дом.

Там меня ждала приятная неожиданность.

Миновав массивные двери, я оказался во вполне приличной обстановке. Не увидел никаких мрачных холодных залов по типу «средние века». В большинстве комнат, куда водила меня мелкая, знакомя со всеми подряд, я отметил яркое освещение, хорошую вентиляцию и паровое отопление – без печей и каминов.

А ещё насладился уборной: с нормальным аналогом унитаза (вполне удобным) и водопроводом с горячей и холодной водой. Местные по требованию боярышни Алаины быстро подсуетились, выделили мне комнатушку. Не хоромы, конечно. Но после ночёвок то на берегу реки, то у печки в кафе – сказочные условия! Почти как в моём Кирхудском замке – ну… как в одной из его кладовок.

Вершиной сервиса стало появление пышногрудой служанки. Та вызвалась потереть мне спину… и не только её. С сожалением отказался от услуг этой милой женщины: не захотел на ночь глядя поднимать шум.

После душа мир стал казаться не таким мрачным и отсталым. А ведь ещё вчера вечером и ночью он выглядел совсем иным. Потому что я провёл их сидя на тесном диване в карете, слушая храп Силаевой и не шевелясь, чтобы не потревожить мелкую.

Боярыня не удосужилась сделать остановку для ночлега. После полутора суточной тряски в экипаже, пол подо мной продолжал покачиваться – ягодицы побаливали.

Но настроение стало значительно лучше. Я успел не только помыться – вздремнул с полчаса. А потом явилась Мышка и позвала меня ужинать.

Перед ужином я познакомился с улыбчивой старшей сестрой Варлаи Меркулой Силаевой. Та щеголяла нашивкой ранга «воительница-маг» на плече. Мышкина тётка окинула меня оценивающим взглядом – её глаза в отличие от губ не улыбались. Покровительственно похлопала меня по плечу – ладно, хоть не потрепала по щеке.

Так же она поприветствовала и сестру. Задала пару глупых вопросов – мне и Мышке. Отвернулась к Варлае, не дослушав наши ответы.

Хмурая служанка усадила меня за стол, замерла за моей спиной.

Справа от меня примостилась мелкая. С другой стороны плюхнулась на стул старшая сестра Мышки Росля, или как я уже узнал – Рослевалда Силаева. Ничем не примечательная светловолосая девица в мешковатой одежде, скрывавшей фигуру, пропахшая резкими эфирными маслами, без знаков ранга на одежде, но с грязными манжетами на потёртом кафтане.

Мы с девушкой кивнули друг другу. Но пообщаться с ней я не успел. Потому что в дверях показалась жена Варлаи Силаевой боярыня Кишина.

Это давешнюю служанку я назвал пышногрудой?

Как же я ошибся!

Да у служанки и взглянуть-то не на что!.. в сравнении с тем, что я увидел в декольте боярыни Кишины.

Не то чтобы я очень уж обожал грудастых красоток… Нет, не так. Я любил всяких женщин: с разным размером груди, объёмом талии или цветом волос – ценил дам не только за внешность.

Но стоило мне увидеть роскошные формы боярыни!.. Всплеск гормонов в моём юном теле совсем затуманил голову. Стали путаться мысли.

На уме только и вертелось: «Какие бёдра, какие… грудь! Готов поспорить: тут не обошлось без пластической хирургии или магии! «Воительница» – горячая штучка. К такой на хромой козе не подъедешь».

Пожирал Кишину взглядом.

«Ещё и карие глаза – мой любимый цвет. Или я люблю голубые? Не важно… Брюнетка. Не старше тридцати. И одежда… тоже ничего: яркая».