Андрей Евдокимов – Звон монет убивает (страница 3)

Раздраженный возглас клиентки заставил меня повернуться к ней.

– Ну, наконец-то! – воскликнула она. – Как только Ленка справлялась с этим замком? Это же тихий ужас! Проходите, Аристарх.

Ленка… Немного же вам надо, чтобы выйти из себя, Клавдия Петровна! Всего-то три минуты возни с запором, и Леночка уже Ленка.

В доме пахло сыростью и прохладой. Сквозь трещины в ставнях полумрак рассекали хиленькие лучики. Застоявшийся воздух пришел в движение и поднял с пола пыль, заставив ее заиграть на свету мириадами блестящих частичек.

Повсюду валялись обрывки газет. Исконные обитатели дома – мыши – зашуршали в бумажных завалах, разбегаясь по норкам.

Клавдия Петровна вошла следом за мной. Раздался щелчок выключателя, и комнатка залилась желтоватым светом. Маломощная лампочка не имела абажура. К патрону по потолку тянулась наружная проводка. Я уже и забыл, как она должна выглядеть.

Девять квадратов бетонного пола застилали пестрые самотканые дорожки. У двери побелка скрывалась за двумя лентами обоев с вытертым рисунком. Соломенная шляпка на одном из трех косо вбитых в стену гвоздей говорила, что этот угол использовался в качестве вешалки.

На письменном столе сиротливо застыли старенький монитор, удивившая не стертыми буквами допотопная клавиатура, мышь на потрепанном коврике, древний модем и развороченный системный блок. Рядом магнитола из тех, что продаются по сотне долларов за дюжину. Рычажок регулятора громкости у отметки “max”. Контейнер для кассет пустовал. На полу лежала телефонная розетка с мотком провода. Аппарат к ней не прилагался.

– Аристарх, вы не поможете мне открыть окно? – спросила Клавдия Петровна. – Здесь такой спертый воздух, а мне не дотянуться даже до ставен.

Окно над письменным столом не издало ни единого скрипа. Я не ожидал такого поведения от старинной деревяшки с облущенной краской. Присмотревшись, я увидел, что петли и шпингалеты хорошо смазаны. Причем совсем недавно.

– Может, откроем и другие окна? – предложил я. – Надо бы здесь проветрить. А то компьютер в такой сырости долго не проживет.

– Вы так считаете?

– Я в этом уверен.

– Тогда открывайте.

Сразу за соломенной шляпкой находился вход в крошечную кухоньку. История с бесшумной податливостью петель и шпингалетов повторилась.

В домике имелась еще одна комнатка, позади прихожей. Мебель там мечтала о свалке. Обивка дивана свободно провисала между пружинами словно скатерть, накинутая на стол, уставленный блюдцами. Когда-то оранжевый барокан приобрел цвет грязной лужи в глиняном карьере. Двум креслам и зашарпанному шифоньеру жить оставалось до следующего переезда.

Из окон комнатки открывался вид на запущенный двор позади дома Леночки. Смазанные петли меня уже не удивили.

Пока я знакомился с домом, Клавдия Петровна собирала кухонную утварь в хозяйственную сумку.

– Ну, как вам это жилище? – спросила она, когда я вошел в кухню.

– Небогато для семьи таксиста и программиста.

– О чем вы говорите! – сказала она большой эмалированной кастрюле, не желающей влезать в переполненную сумку. – Леночка едва сводила концы с концами. А этот алкаш зарабатывал хорошо, но Леночке давал только на свое питание. Жена от него ни одного подарка не увидела. Про себя я вообще молчу. Жлоб! Да вы посмотрите – он даже старый телефон забрал!

Кастрюля со скрежетом заняла место в сумке. Клавдия Петровна с облегчением вздохнула.

– Куда выходят окна из спальни? – спросил я. – Ну, той комнатки, где стоит диван.

– Из этой душной каморки?! Разве в ней можно заснуть? Это чулан, а не место для отдыха! Таксист… Таким все равно где переспать. Но Леночка… Я ее не так воспитывала. Моя дочь жила в этом сарае! Даже стыдно сказать знакомым. Что они обо мне подумают? Позорище!

– Вас так волнуют чужие мысли?

Меня приласкал испепеляющий взгляд, но я даже не задымился.

– Это я обсуждать не буду! Доживите до моих лет, вырастите двух дочерей, а уж потом говорите глупости.

– Я задал вам совсем не глупый вопрос.

– Какой?! – ее лицо выражало неподдельное удивление. – Ах, да! Окна из, как вы сказали, спальни, выходят в соседний двор. Леночка говорила, что там никто не живет. А это вам зачем?

– Следователю из милиции вы тоже задаете такие вопросы?

– Но это же представитель Закона… – с почтением произнесла женщина.

– Однако вы наняли меня. Мы занимаемся болтологией, Клавдия Петровна, а дело стоит. Итак, я спрашиваю, а вы, пожалуйста, отвечайте без лишних вопросов. Если хотите, конечно, чтобы я отработал ваши деньги.

Клавдия Петровна поправила волосы, ее пальцы нервно пробежали по воротничку. Женщина оглянулась назад, подвинула к себе табурет, села за кухонный стол. Устремив взгляд во двор, на клумбу, Клавдия Петровна несколько мгновений хранила молчание.

– Спрашивайте, – нарушил тишину ее безучастный голос.

Убедившись, что руки моей собеседницы свободны от колюще-режущих предметов, я спросил:

– Как вы думаете, почему Олег съехал из этого дома так быстро?

– Я уже говорила. Он подонок!

Будь у нее топор, последние слова она бы высекла у меня на лбу.

– А здесь жил только потому, – продолжала она, – что Леночка не могла без всех этих цветочков. Он всю жизнь прожил в квартире, а частные дома считал гадюшниками. Впрочем, в этом он прав…

– Оставим зятя в покое. Кто нашел Леночку?

– Соседка. Она же вызвала милицию.

– Когда это случилось?

– Тринадцатого июня.

– Пистолет принадлежал Леночке?

– Не знаю.

В голове царил полнейший кавардак. Я посмотрел в окно. Пчелы деловито копошились в цветах. Мне бы их энтузиазм!

– Могу я задать вам вопрос не по теме? – напомнила о себе Клавдия Петровна.

– Да, конечно…

– У вас есть знакомые, которые могли бы купить компьютер Леночки? Нам он не нужен. Сколько за него дадут, как вы думаете?

Я даже растерялся. Ляпнул первое, что пришло на ум:

– Честно говоря, у меня таких знакомых нет. Но я поспрашиваю, если будет у кого.

– Другими словами, это старье никому не нужно, я правильно вас поняла?

– Ну, я бы так не сказал…

– Что ж, спасибо.

– У вас телефон есть? Вдруг найдется покупатель…

Женщина продиктовала номер. Я записал на внутренней стороне клапана сигаретной пачки. Затем протянул ей визитку.

– Это мои координаты. Звоните в любое время.

Мои реквизиты утонули в груде посуды, наполнявшей хозяйственную сумку. Небрежность жеста оскорбила бы даже использованный трамвайный талончик.

– Теперь мне пора ехать, Клавдия Петровна.

– Что? Ах, да! Только… Аристарх, я хочу вас попросить о небольшой услуге. Даже не знаю, как…

– Говорите, не стесняйтесь. Вы же мой клиент.

– В ваш автомобиль случайно не влезет это?

Палец указывал на письменный стол. Если она хотела меня обрадовать, то у нее не вышло. Я молил Всевышнего, чтобы она не вспомнила о диване, креслах и шифоньере.

– В салон не влезет, – ответил я, – а на багажник запросто. Только придется разобрать, целиком не подниму.

– Будьте осторожней с полировкой. И… может, тогда и компьютер поместится?