Андрей Емельянов – Новая критика. По России: музыкальные сцены и явления за пределами Москвы и Санкт-Петербурга (страница 36)
Благодаря гастролям экстремальная панк-группа с окраины страны добилась признания у публики и при этом выработала самобытный стиль. ОН уважали не только среди поклонников панка, но и среди коллег по цеху. По некоторым свидетельствам[181], фронтмен «Короля и Шута» Михаил Горшенев называл улан-удэнских радикалов одной из любимых групп.
Коллектив прекратил свое существование тоже на гастролях. В июле 2003 года перед концертом в Москве, приуроченном к презентации сборника «Панк-обстрел 4», Архип попал в больницу с отравлением, от которого впоследствии скончался. Смерть гитариста ОН была мучительной. По словам Угла, приведенным в воспоминаниях его тогдашней девушки Сабрины Амо[182], «его [Архипа] в Мытищах в квартире закрыли, чтоб не нажрался перед паровозом, мы уже ехать собирались, а он вылез через окно, пошел искать, где бухануть, его трясло, он горел. Нашел какой-то гараж, там мужики пили, он к ним подошел — весь трясущийся, говорит: „Братишки, начислите похмелиться“, — ну они, суки, видят, что нерусский, налили ему тормозухи или хуй знает чего, он опрокинул и пошел обратно, думал, что шкуру поправит, а в паровозе ему уже плохо стало, он весь посинел, кровь изо рта пошла с какими-то сгустками, я думал, у него легкие растворились и вывалились, он так мучился — страшная картина. Короче, скорую вызвали, паровоз остановили, его в больницу увезли, и там он отошел…»
Трагедия сильно ударила по ОН: Архип был талантливым музыкантом, поигравшим во многих успешных рок-коллективах Улан-Удэ («Империя снегов», Trident); он сделал большинство аранжировок песен группы. «Я на любой текст музыку написать могу и пишу свое, то, что я чувствую. Иногда мне кажется, это так далеко от текста, а Угол удивляется, что так точно его слова оформил в песню»[183], — говорил гитарист о своей роли в ОН. «Мы только с ним пришли к какому-то метафизическому уровню понимания друг друга, только поймали вот этот вот самый консенсус, он стал врубаться в тексты, я — в музон, и тут такое…»[184] — сокрушался Алексей Фишев, лишившись творческого партнера.
Угол ушел вслед за Архипом всего через несколько месяцев. 22 ноября 2003 года в клубе Dead Fish в Санкт-Петербурге было обнаружено тело лидера ОН — судмедэкспертиза установила, что он погиб от алкогольного отравления. В его крови было примерно 7 промилле спирта — доза значительно выше смертельной. По воспоминаниям Резана, «Угол достаточно быстро стал звездой российской панк-сцены, и слава ему нравилась, не нравилась обратная сторона медали — он стал заложником сценического образа алкаша-аморала, который давно перерос. Незадолго до поездки в Питер он жаловался и говорил: „Я-то другой“»[185].
По словам Сабрины Амо, Алексей пытался бороться с алкогольной зависимостью, но «происходили и необратимые изменения личности, в какой-то мере деградация, то есть он, осознавая пагубность и плачевность своего образа жизни, не в состоянии был противостоять» [186]. Об этом же говорит и Резан: «Угол понимал разрушительную силу алкоголя и успешно пытался не пить какое-то время, называя такие периоды затворничества „мораториями“, но он был запрограммирован самим собой на… „Синька меня породила, синька меня и убьет“. Просто никто не ожидал, что это случится так скоро»[187].
Углу не удалось справиться с алкоголизмом — отчасти он сам стал героем своих песен. Как писал один из его любимых философов Фридрих Ницше, «кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя»[188].
Эстетический террорист
Алексей Фишев был больше, чем панк из глубинки: его творческое видение не соотносилось с существовавшими тогда и сейчас в российской музыке ролевыми моделями и историями успеха. Угол даже не считал себя музыкантом, говоря о них как о «ремесленниках», и предпочитал называть себя «свободным вокалистом». В интервью 1995 года, спустя несколько месяцев после дебюта ОН в Улан-Удэ, 22-летний Угол рассказывает о том, что представляет свою группу обособленной и от поп-, и от рок-мейнстрима: «Надо создать такую нишу, отдельно от всей этой попсни, даже не от попсни, от всех этих, так сказать, рок-н-ролльщиков и металлеров, чтоб именно занимались концептуальным панком»[189]. За лейбл «панк» Угол тоже не держался — для него важнее концептуальность. «В творческом плане я стремлюсь к своему подходу к делу, — говорил он видеоинтервью в 1998-м. — Можно называть это панком, можно — и театром, и арт-роком, и всем вместе взятым. Конечно, по своей энергетике, по подходу, по злости — это панк. Потому что живем мы в лучших традициях Венички Ерофеева»[190].
Дебютный альбом ОН «Восхождение к безумию» обозначил основную тему в творчестве Угла: моральное разложение людей, ставших свидетелями заката старого мира, но в нем еще присутствовала надежда на рождение некоего нового порядка. Через год, в 1998-м, появился альбом «Лихорадка неясного генеза», который можно назвать более мрачным продолжением первого. В него вошли и незатейливый, но хитовый боевик «Танцы до неба» о том, как весело прыгать под панк-рок, трек, посвященный судьбе «быдла» — «Дикие клоуны», песня об ощущения ужаса — «Ночью в комнатушке», а также трек «Мораторий» об остановке времени:
Появляются на «Лихорадке неясного генеза» и новые мотивы: в треке «Проникновение в зазвездие» Угол говорит о загробной жизни и желании исчезнуть из этого мира (для начала — хотя бы на гастроли в другой город), а в «Гимне гидроцефала» — о гидроцефалах как о людях, которых никто не спасет: им суждено наблюдать за разложением жизни, переживая постоянный ужас и постоянно осмысляя происходящее:
Из-за активной концертной деятельности третий альбом группы, «Смерть аморала», был записан спустя три года — в 2001-м. Но многие песни, вошедшие в него, появились раньше и исполнялись на концертах. Работа над «Смертью аморала» впервые в истории коллектива шла в профессиональной студии. Вынос на обложке альбома гласил: «Самый мрачный и депрессивный альбом улан-удэнских гномов». И это не было большим преувеличением. Центральными темами записи стали смерть и сопутствующий ей страх и ужас. Трек, давший альбому название, рассказывает, как страшно и отвратительно умирает аморал, с которым Угол ассоциировал себя и своих единомышленников. Его мучения никого не волнуют, и даже случайных людей смерть «грязной волосатой твари» чуть ли не радует, провоцируя показать звериную сущность, которая есть во всех людях:
Финальная песня альбома так и называется — «Зверзость». В ней Угол передразнивает знаменитую балладу Александры Пахмутовой и Николая Добронравова «Нежность». «Смерть аморала» открывается треком «Никогда» — кавер-версией на другой советский поп-шедевр, песню Александра Зацепина «С любовью встретиться» из фильма «Иван Васильевич меняет профессию» в хардкор-панковской аранжировке с издевательскими криками и воплями. В начале 2000-х обращение к эстраде СССР выглядело весьма неожиданным и радикальным жестом, поскольку массовая советская культура в этот момент истории воспринималась как постыдная стигма недавнего прошлого[191]. В версии ОН песня получила название «Никогда»: исполняя ее, Угол делал акцент на этом слове, подчеркивая, что в безвременье (в никогда) люди не могут найти друг друга — среди разложения и гниения любовь обречена. Смерть и страх — главные мотивы альбома: горбунья спит в гробу («Спи!»), Малыша везут в морг («Мы везем тебя в морг»), смерть предстает в облике жалкой собачонки («Эта жалкая собачонка») и в ожидании скорого финала лирический герой песни «Званый ужин» коротает время в дурной компании:
В 2001-м были записаны и два последних альбома «Оргазма Нострадамуса», вышедших при жизни Угла: «Убей тинейджера» и «Эстетический терроризм». В них ярко показано, как абсолютная распущенность и саморазрушительный эскапизм, положенные Фишевым в основу своей философии, ведут сначала к тоске и депрессии, а в итоге — к смерти. «Эстетический терроризм» начинается с гимна «Мегаханыга», в котором Угол озвучивает пророчество: «Синька меня породила, синька меня и убьет», а заканчивается треком «Раздражение аморала», в котором герой отказывается что-то менять и принимает свой образ жизни со всеми его ужасами:
Герой трека предчувствует свою судьбу, но не сходит с пути саморазрушения. Такой же выбор делает и герой песни «Последние секунды жизни» с альбома «Убей тинейджера»: