Андрей Ефремов – Сёрчер (страница 38)
До заставы я решил сгонять на своих двоих. Не так уж и далеко. Если по прямой, то сорок километров всего. Моя модификация на скорость под бустом от эттерниумового напыления костей может спокойно выдавать двадцать пять километров в час. Так что квадрик при таком раскладе будет только меня замедлять. Часа за три с половиной должен управиться, а на обратном пути можно и по городу прогуляться, да обстановку разведать. Кара же собиралась всё это время продрыхнуть. Девушка пока не могла работать в таком авральном темпе, как я, и довела себя до энергетического истощения.
До форта добрался без происшествий. Погода была хорошая, так что пробежаться после длительного бездействия было только в радость. Сорокакилометровый марш-бросок даже не сбил дыхания. Мой организм перешёл на совершенно новый, фантастический уровень функционирования. Я и мечтать никогда о таком не смел. Куда там простому сёрчеру до таких высот. Живым из очередного поиска вернулся не сильно покалеченным, да и ладно.
Мужики на заставе смотрели на появляющееся из ниоткуда добро широко открытыми глазами. Но оно и понятно. К такому повороту их жизнь точно не готовила. Полчаса потратил на инструктаж, но проблем с этим не возникло. Народ на заставах служит бывалый. В оружии разбирается на интуитивном уровне. Да и проектировал я свои изделия максимально простыми, чтобы ими мог воспользоваться любой человек.
Выслушав от служивых слова благодарности, двинулся в обратный путь. Пока мчался обратно, решил выйти на связь с Патриархом, а то его длительное молчание уже начало напрягать.
«Я о вас не забыл, Сергей, — немного раздражённым тоном ответил Кирилл. — Совет иерархов продолжает обсуждать переданную вами информацию. Мы пока не пришли к единому мнению, как следует поступить в данной ситуации. Если вам есть что сказать, говорите».
«Моё мнение: надо как минимум припугнуть Грегора, — в лоб заявил я. — Надо заставить его отказаться от идеи вооружённого конфликта с Ковчегом. Сейчас он уверен, что имеет дело с одним обладателям генетического эттерона, причём начинающим, но если я смогу показать, что он уязвим, и одновременно сделаю предложение, то, может быть, он и прислушается к голосу разума».
«И какое же предложение вы хотите передать такому человеку?» — спросил Патриарх.
«Беги — или умрёшь, — будничным тоном проговорил я. — В качестве демонстрации возможностей можно прострелить ему, например, ногу и предупредить, что следующая пуля прилетит уже в голову. Ну или сразу в голову пальнуть, одной проблемой меньше. Возможно, следующий император будет более сговорчивым».
«Это не выход, Сергей, — грустно вздохнув, ответил Патриарх. — Тут я согласен с Карой».
«Тогда давайте я брошу императору прямой вызов на дуэль, при свидетелях, — предложил альтернативу я. — Проберусь в штаб, возникну прямо посреди совещания и вызову на честный бой. Он не сможет отказать».
«Ты не являешься аристократом Московской империи, — парировал Кирилл. — Только они обладают правом вызывать на дуэль других аристократов».
«Вообще не проблема, — отмахнулся я. — Вырублю кого-нибудь из местных, надену его маску и брошу вызов императору. Некоторые преступления должны караться максимально строго. И преступления против человечности стоят во главе этого списка».
«Я полностью с тобой согласен, Сергей, — не стал спорить Патриарх. — Такой план мне нравится гораздо больше. Остаётся главный вопрос: а хватит ли тебе сил?»
Вот тут я задумался. А действительно. Генетический эттерон появился у Грегора намного раньше, чем у меня. Причём не столь важно, как давно это произошло. В таком деле даже год форы — колоссальный разрыв. Да, после эксперимента развитие эттерона было заблокировано, но если Грегор успел добраться хотя бы уровня до шестого или седьмого, то справиться с ним будет весьма проблематично. Вот если я поглощу чистый эттерниум из Ядра московского Очага, то сил справиться с таким непростым соперником мне точно хватит. Сейчас же — далеко не факт.
«Это хорошо, что ты трезво оцениваешь свои возможности, Сергей, — по-своему расценил затянувшуюся паузу Кирилл. — Грегор — это один, пусть и очень сильный, но всё же человек. Он не может быть везде. Ковчег в состоянии противостоять внешней агрессии, тем более что время играет на нашей стороне. Благодаря вашим действиям у нас есть огромный запас гемов, и паладины не будут испытывать дефицит энергии. После выброса у многих одарённых пробудились новые способности. Мы выстоим, можешь не сомневаться. Сейчас намного важнее понять, что происходит в московском Очаге. Представь, что произойдёт, если гибрид доберётся до Ядра и получит столь мощный источник энергии?»
«Ничего хорошего», — был вынужден признать я.
«С этой проблемой не справится никто, кроме вас, Сергей, — подытожил Патриарх. — А когда на Землю спустятся крылатые воители, люди прозреют и обратятся к свету, я в этом не сомневаюсь».
«Вы хоть представляете, сколько тварей разбежится по округе, после того как огромнейший московский Очаг погаснет? — задал я давно мучивший меня вопрос. — Окружить его не получится чисто физически».
«Я знаю, Сергей, — после небольшой паузы ответил Кирилл. — Но других вариантов у нас нет. Попытаемся спасти, кого сможем».
«Так вот какой у вас план? — хмыкнул я. — Зажать имперцев в тиски? С одной стороны мы, а с другой — лавина тварей?»
«Один из вариантов, — не стал отрицать Патриарх. — Идёт война на выживание, Сергей, а ни одна война не обходится без жертв. Я обязан думать прежде всего о гражданах Ковчега. Не мы идём на соседей с оружием в руках».
В принципе, тут с Патриархом можно согласиться. Мы не можем думать обо всех людях и планировать свои действия исходя из их готовности к тем или иным событиям. Человечество раздроблено на мелкие части, некоторые анклавы одичали и практикуют жертвоприношения и каннибализм, в других процветает рабство и торговля людьми. Чтобы вернуть людей на цивилизованный путь, надо, прежде всего, убрать первопричину глобального упадка — Очаги. Всё остальное вторично. Ну и дать человечеству символ, который будет освещать путь к свету, надо, и, на мой взгляд, андалы вполне подойдут на эту роль.
«Экспедиция в московский Очаг продолжается, конец связи», — завершил диалог я.
«Береги мою дочь и работай в своём темпе», — пришёл ответ от Патриарха.
«Ты с этим согласна?» — обратился к подслушивающей наш разговор Каре я.
«Нет, — практически мгновенно ответила девушка. — Должен быть другой выход».
«И мы постараемся его найти, — пообещал я. — Но, если не получится, сделаем так, как сказал Патриарх. Твой отец прав, сейчас мы не можем себе позволить думать о всём человечестве».
«А следовало бы», — недовольно буркнула Кара.
«Ага, скажи это Халифатам, — ответил ей тем же я. — Люди были разобщены всегда. А уж сколько крови пролилось из-за религиозных разногласий — вообще не сосчитать».
«Ты прав, — уже гораздо спокойнее ответила Кара. — Просто бесит осознавать, что люди не способны измениться, даже когда цивилизация стоит уже одной ногой в могиле».
«Одной? — хмыкнул я. — Да мы уже по самую шею в земле. Еле-еле воздух поступает в лёгкие».
«Это точно, — зевнув, ответила моя половинка. — Ладно, я — досыпать, осторожнее там, и без перенапряжений».
«Да я сама осторожность», — ответил я, затем послал девушке тёплый ментальный импульс, как будто укрыл одеялом, и почувствовал, как Кара уснула.
По Подольску я гулял больше четырёх часов, и увиденное мне очень не понравилось. Город в буквальном смысле заполонили вурдалаки. Тварей было реально много. В общей сложности не менее пары тысяч особей. Они, словно крысы, копошились внутри зданий и шарились по подземным коммуникациям. Нетрудно догадаться, что ищут эти твари. Гибриду нужна органика для биореактора, ну и живые люди, которых можно превратить в себе подобных.
Параллельно я пытался засечь упырей, без которых координация действий такой большой толпы монстров была бы невозможна. Они вообще выступают в роли ретрансляторов, которые держат на поводке рядовых особей. Ещё во время боя у заставы я заметил, что после ликвидации упыря действия вурдалаков стали хаотическими. Если раньше они были, так сказать, единым организмом, то после обрыва ментального поводка перешли в режим одиночки. Паршиво, что менее опасными в боевом плане они от этого не стали и продолжили следовать заложенным в них создателем поведенческим алгоритмам.
Все мои попытки вычислить местоположение упыря оказались тщетными. Слишком плохо я пока управляюсь с ментальными способностями. Вроде удаётся иногда ухватить ментальную нить, которая отходит от вурдалака, но стоит мне удалиться от твари, как я её тут же теряю. Ада говорит, что это нормально и по мере развития способностей всё наладится. А сейчас это неплохая тренировка, так что — впахивай и развивайся.
Так, собственно, я и поступил. Вместо того чтобы телекинезом поднимать в воздух различные мелкие предметы, я под стелсом подкрадывался к вурдалаку, ловил в фокус ментальную нить и пытался удерживать связь. Получалось не всегда. Твари не стояли на месте, а сохранять концентрацию во время движения было чертовски сложно, но я не сдавался.
Вымотала меня такая тренировка очень сильно. Опять же, не физически, с этим вопросом как раз таки всё очень хорошо, а вот моральное опустошение давило на психику, и Ада настоятельно потребовала сделать перерыв. Пришлось подчиниться и вернуться в бункер. Кара к этому времени восстановилась и уже вовсю клепала патроны. Нам нужен большой запас, так что я присоединился к своей половинке.