Андрей Ефанов – Кофе, джаз и белый лист: избранное (страница 5)
- Ты не понимаешь! Картошка должна лежать ровно!
Пожилой доктор скорой помощи в белом халате с виноватым выражением на лице обьяснил, что роды спровоцировали болезнь шизофрении.
"К сожалению, это не лечится," - сказал он, - "триггером рано или поздно, могло стать всё, что угодно, если была предрасположенность. Болезнь до конца не изучена. Увы! Ваша супруга будет адекватная только в периоды ремиссии."
2
Конец августа выдался тёплым. Воздух был неподвижен, блестящие нити паутины — почти невесомы, а на зелёном газоне в парке лежали солнечные пятна. И только тяжёлые, налитые кровью гроздья рябины разрушали эту идиллию.
Владимир держал сына за ручку и вёл к площадке, к качелям. Мальчику исполнился год, но он всё ещё не говорил и вёл себя очень беспокойно. Ника приводила в пример Серафима Саровского, который молчал до пяти лет, а потом стал святым.
— Нужно время. И всё образуется!
Но время шло, а лучше не становилось. Владимир провёл полное обследование. Врачи установили диагноз, который прозвучал как приговор: ДЦП с эпизодами эпилепсии. Объяснить происхождение расстройства никто не мог.
Этот диагноз, как раскалённый гвоздь, засел в голове Владимира. Но он запретил себе думать, что это не лечится.
«Мы справимся!»
Он по-прежнему не разделял себя и Нику, считая их одним целым. И в горе, и в радости, в болезни и здравии... Только ответственности добавилось. В себе-то он был уверен на все сто.
Каждую неделю у мальчика случался приступ эпилепсии. Ребёнок вдруг закатывал глаза, сцеплял руки и рушился как подкошенный. Конвульсии длились недолго, но отнимали все силы. Часто после этого мальчик просто засыпал.
Смотреть на это стало для Владимира еженедельной пыткой. Его любовь срасталась с болью. Это было невыносимо.
Однажды приступ длился дольше обычного. Владимир испугался. Он схватил мальчика, обнял и стал целовать в белое лицо, сотрясаемое тиком.
«Только не умирай! — заклинал он про себя. — Только живи! Я люблю тебя! Любого люблю! Я всегда буду с тобой! Прошу тебя, живи! Только живи, моя семечка!»
Началось долгое хождение по врачам.
На приёме у педиатра Ника вела себя спокойно и даже вызывающе. Когда врач сказала, что им уже никто не поможет, потому что это «как если бы трамваем переехали», Ника назвала её полной дурой, ничего не смыслящей в медицине. Она пыталась убедить врачей, что помочь мальчику можно, и требовала исполнять клятву Гиппократа. Она делала это с обречённым упорством матери, выполняющей свой долг. Врачи скоро стали шарахаться от неё.
День за днём Ника изыскивала очередные новые способы помощи. Она стала обливать мальчика холодной водой по утрам и вечерам.
— Ведь вода обладает даром исцеления!
Правда, через месяц такой экзекуции Вовка уже сам бежал в ванну.
Владимир ушёл в неоплачиваемый отпуск и лёг с сыном в частную клинику, где лечение состояло из инъекций церебролизина в спазмированные мышцы при постоянном присутствии родителя. Во время болезненных процедур он держал мальчика на руках, пытаясь теплом своего тела хоть немного облегчить его страдания. Врач делал до тридцати уколов за сеанс, и ребёнок заходился криком. Для Владимира это стало тяжелейшим испытанием, личной Голгофой. Ему было бы легче принять всю боль на себя, но это было невозможно. После каждой процедуры он вытирал пот со лба и относил сына в кроватку.
— Ты молодчина у меня! Мы справимся! — шептал он.
Скорее даже, он произносил эти слова сам для себя.
Мальчик смотрел очень внимательно, словно всё понимал. В один из таких дней он внезапно схватил отца ручками и тихо сказал свои первые в жизни слова:
— Мама — дядя!
Потом было лечение стволовыми клетками и новое обследование, следующий подбор лекарств... Новые круги врачей и клиник. Теперь Владимир точно знал: нет ничего страшнее, чем наблюдать страдания своего ребёнка и быть не в состоянии никак ему помочь.
Ника по-прежнему оставалась для него самой привлекательной женщиной. Когда болезнь отступала, она становилась всё той же его родной Никой, которую он встретил на Аничковом мосту. Она ждала его с работы с улыбкой и всегда рассказывала о маленьких успехах сына:
— Мы сегодня долго гуляли, и он хорошо покушал и теперь сладко спит.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.