Андрей Дёмин – Приключение Тишки (страница 4)

Рыжуля сначала опешила, а потом улыбнулась.

– Так я не одна? – спросила она.

– Ты в лесу, – важно сказал Тишка. – А в лесу своих не бросают. Это папа Зайцевич говорит.

Через неделю у Рыжули в новом домике было полно припасов. Кто-то принёс орехи, кто-то – сушёные ягоды, а старый дятел и правда натаскал вкусных личинок, завёрнутых в листья. Рыжуля потом говорила, что личинки – это объеденье, но это она, наверное, из вежливости.

А Тишка получил от белочки подарок – самый красивый рыжий волосок из её хвоста.

– Положи в свою коробочку, – сказала Рыжуля. – Будешь вспоминать меня.

Тишка так и сделал. Теперь в коробочке с сокровищами лежали: Золотое пёрышко, лесная изюминка, рыжий беличий волосок и маленький камушек, который подарил Яшка-ящерица ("просто так, на память").

Тишка и Новый год

В Большом Лесу наступила зима. Выпал снег – пушистый, белый, искристый. Вся заячья нора утеплилась мхом и сухой травой, и снаружи её совсем не было видно – только маленькая дырочка-лаз, которую папа Зайцевич тщательно замаскировал ветками.

Зайчата теперь реже выходили наружу – холодно. Но сидеть в норе целыми днями было скучно. Особенно скучал Тишка. Он всё время выглядывал в лаз и смотрел на снег.

– Мам, а когда весна? – спрашивал он.

– Скоро, – отвечала мама Зайчиха. – Сначала Новый год придёт, потом весна.

– А что такое Новый год? – спросила Заечка, отрываясь от вышивания (она училась вышивать узоры на листьях).

– Это праздник, – объяснил папа Зайцевич. – Самый главный зимний праздник. Все звери собираются вместе, водят хороводы и дарят подарки.

– А у нас будет праздник? – подскочил Шустрик.

Папа Зайцевич и мама Зайчиха переглянулись.

– Ну… – замялся папа. – Вообще-то зайцы обычно Новый год не отмечают. Мы больше по норам сидим, от лис и волков прячемся.

– Как это – не отмечают? – удивился Тишка. – А подарки? А хороводы?

– Подарки – это хорошо, – мечтательно сказала Заечка.

И тут Тишке в голову пришла идея. Такая идея, от которой его уши затряслись сильнее обычного.

– А давайте устроим Новый год сами! – воскликнул он. – Для всех! Для зайцев, для белок, для бобров, для птичек, для мышек! Для всех-всех!

– Тишка, ты что! – испугалась мама Зайчиха. – Это же опасно! Лиса придёт, волк придёт…

– А мы их не позовём, – нашёлся Тишка. – Только тех, кто хороший. И место выберем такое, где лисы не ходят.

– Где ж такое место? – усомнился папа Зайцевич.

– У Бобровича на запруде! – выпалил Тишка. – Там лёд крепкий, кругом вода, а посредине островок! Лиса туда не доберётся, а мы по льду дойдём!

Папа Зайцевич задумался. Идея и правда была неплохая.

– Ну, попробуйте, – сказал он наконец. – Только осторожно.

И закипела работа.

Тишка побежал к Бобровичу. Бобрович идею поддержал и сразу начал расчищать площадку на островке от снега.

Потом Тишка отправился к Рыжуле. Рыжуля обрадовалась и обещала принести орехов и сказать всем белкам, чтобы тоже несли.

Потом к Зиньке-птичке. Зинька хоть и не пела зимой так громко, но всё равно согласилась помочь – она и другие птицы обещали украсить ёлку ягодами рябины, которые остались на ветках.

Потом к Яшке-ящерице. Яшка, правда, зимой спал, но Тишка разбудил его (извинился, конечно), и Яшка пообещал разбудить мышек-полёвок, чтобы те тоже пришли.

А ещё Тишка придумал главное – ёлку. Настоящую лесную красавицу, которую нужно нарядить.

Ёлку выбрали самую пушистую, что росла на краю островка. Бобрович притащил сосульки – они блестели на солнце, как настоящие бриллианты. Рыжуля и белки развесили орехи и шишки. Птицы натыкали в ветки ягоды рябины. Мышки-полёвки принесли сухие колоски. А Заечка с мамой Зайчихой сплели гирлянду из сухих листьев и ягод – получилось очень красиво.

Наступил новогодний вечер. На островке собралось столько зверей, сколько Тишка никогда в жизни не видел. Белки прыгали по веткам, мышки топтались в снегу, птички сидели на ёлке, бобры приплыли всей семьёй, даже старый филин Филимон Филимонович прилетел посмотреть (правда, сел подальше и делал вид, что просто мимо летел).

И вдруг Заечка дёрнула Тишку за лапку:

– Тишка, смотри!

Из-за деревьев, по льду, крадучись, шла Лиса. Рыжая, пушистая, с голодными глазами.

Все замерли.

– Ой, – пискнула какая-то мышка. – Сейчас съест.

Тишка почувствовал, как его уши затряслись, но не от страха, а от злости. Как она посмела испортить праздник!

– Не бойтесь, – сказал он громко. – Бобрович, давай!

Бобрович уже всё понял. Он свистнул – и в тот же миг вся бобриная семья, которая сидела у края островка, разом плюхнулась в воду и изо всех сил хлопнула хвостами по воде. Брызги полетели во все стороны, лёд вокруг островка затрещал и… начал ломаться! Полынья расширялась прямо на глазах.

Лиса замерла на полпути. До островка оставалось всего ничего, но впереди была чёрная вода.

– Р-р-р! – зарычала Лиса. – Всё равно доберусь!

– А вот и нет! – крикнул Тишка.

И тут в небо взлетела стайка птиц. Зинька и её подруги несли в клювах… ягоды рябины. И они начали кидать их прямо в Лису! Ягоды, конечно, не камни, но Лиса от неожиданности замахала лапами, закружилась на месте и… бултых!

Она провалилась в воду! Не глубоко, по брюхо, но для лисы, которая не любит купаться, это было ужасно.

Лиса выскочила на лёд, отряхнулась и, поджав хвост, помчалась прочь, даже не оглядываясь.

– Ура! – закричали все звери.

Праздник продолжался. Водили хоровод вокруг ёлки, ели орехи и ягоды, слушали, как птицы пытаются петь зимние песенки (получалось хрипловато, но очень старательно). А когда пришло время дарить подарки, каждый нашёл что-то для другого.

Тишка получил от Бобровича маленькую, идеально круглую деревянную звёздочку, выточенную из ветки. От Рыжули – три орешка. От птиц – пёрышко, не золотое, но очень красивое, синее. От мышек – сухой колосок. А от Яшки-ящерицы – маленький камушек с блестящей прожилкой.

– Это волшебный, – шепнул Яшка. – Он желания исполняет. Я проверил.

Домой Тишка вернулся поздно ночью, уставший, замёрзший, но безумно счастливый.

– Ну как? – спросила мама Зайчиха, укутывая его одеялом и пододвигая миску с горячим морковным чаем.

– Мама, это было лучшее, что я видел в жизни! – выпалил Тишка. – Мы прогнали Лису, мы водили хоровод, мы…

– Тише-тише, – улыбнулась мама. – Сначала чай, потом расскажешь.

Тишка пил чай и смотрел на свои сокровища, разложенные на столе. Сколько их теперь стало! Рыжий волосок, синее пёрышко, деревянная звёздочка, блестящий камушек, три орешка и сухой колосок.

– Что, пересчитываешь богатство? – подмигнул папа Зайцевич.

– Пап, – серьёзно сказал Тишка. – Это не богатство. Это… это друзья. Каждая вещь – это чей-то подарок. А подарок – это кусочек друга, который всегда с тобой.

Папа Зайцевич посмотрел на сына и вдруг понял, что его маленький Тишка вырос. Не ростом, а сердцем.

– Ты прав, сынок, – сказал он и погладил Тишку по голове. – Ты совершенно прав.

В ту ночь Тишке снились удивительные сны. Ему снилось, как все звери в лесу держатся за лапки, за крылышки, за хвостики и водят огромный-преогромный хоровод вокруг всей земли. И в центре этого хоровода стоит он – маленький зайчонок по имени Тишка, который просто любит помогать другим.

А за окном падал снег. Падал и укрывал лес пушистым одеялом до самой весны. До новых приключений.

Тишка и Весенний ручей