Андрей Деткин – Снег, кровь и монстры – 2 (страница 9)

– Лопату не забудь.

– Не забуду.

На обратном пути Андрей сказал Светлане, чтобы она спускалась и шла к остальным – скоро едут.

Прежде чем приступить к заключительному этапу операции, Андрей расширил проход, осмотрел окрестности. Ничего в снежном пейзаже не поменялось. Он проделал еще одну дыру правее, в надежде увидеть трубу. Из огнеупорного старого кирпича, со ржавыми обручами она высилась мифической башней Ортханка над снежными пустошами.

Андрей надел шлем, застегнул подбородочный ремешок. Он до последнего сохранял скрытность. После третьего рывка кик-стартера движок схватился. Андрей выдержал минуту, давая мотору хоть немного прогреться.

– С богом. Вселенная меня любит, – переключил передачу, повернул рукоятку газа, одновременно ослабил рычаг сцепления и отпустил тормоз.

С увеличенным сэгом тяговое колесо впилось шипами в снег, покрышка с грунтозацепами вдавилась в борозду по самый обод. Мотопед уверенно взял с места. Андрей вырулил на снежный простор, завертел головой, высматривая охотника. Треск мотора разлетался по округе, колол сонную тишину, взбирался по горным склонам и уносился вдаль.

Визор не опустил, снег холодил лицо. И это Андрею нравилось. От лопатной работы он вспрел. Ледяные иголочки покалывали кожу, бодрили.

Когда начал думать, что паук ушел и собрался поворачивать, за снегопадом разглядел тонкие ломанные жерди, которые симметрично возвышались вокруг воображаемого пятака трехметрового диаметра.

К удивлению Андрея, мутант притаился не с противоположной стороны надстройки, как предполагал, а примерно в трех сотнях метрах от «гаражика». Вероятно, гад все время наблюдал за его действиями. Почему не выскочил из засады, когда добыча была буквально в сотне метрах, а рванул сейчас, когда расстояние увеличилось в разы, Андрей понять не мог.

Чудовище поднялось. С него осыпались сугробы, оно вырастало на тонких ногах, одновременно набирало скорость, устремляясь за жертвой.

Андрей повернул рукоятку газа до упора. Мотор взревел, из-под колеса вырвался фонтан снега. Мотопед устремился по межгорью на запад, уводя мутанта от цементного завода.

Длиннющие ноги-спицы двигались медленно, плавно, словно под водой, но каким-то образом очень быстро приближали паука к добыче. Проваливались в снег совсем неглубоко, что тоже удивительно. Андрея посетила мысль – мутант легкий, поэтому и не смог продавить шиферную крышу. Даже если не тяжеловес, что с того? Они о нем ничего не знают, только, что жрет людей.

Андрей уводил паука все дальше от трубы. Гнал по прямой на максимальной скорости. Это когда втроем перегрузили, мотопед едва тащился, а теперь эге – гей! Обернулся в очередной раз. Мысли о легкой прогулке моментально улетучились. Непонятным образом мутант стремительно приближался, будто включили ускоренную перемотку фильма. Ноги мелькали, как спицы в велосипедном колесе.

Когда вновь посмотрел за спину, паук уже нависал, жердины проносились справа, слева. Андрей в ужасе поднял глаза. Мутант тянул к нему короткие крючковатые лапы. Вместо хелицер виднелся длинный хоботок, весь в зазубринах, как гарпун.

– Чтоб тебя, – Андрей вильнул влево, а затем заложил крутой вираж вправо. Сбитый с толка гад оступился, потерял скорость. Андрею удалось выиграть десяток метров.

Егор, Марина, Светлана, Максим с тревогой, страхом и надеждой наблюдали за гонкой.

– Ё-моё! – вскричал Егор, – вы видели?

Рядом застонала Марина:

– Как быстро!

– Черт, – процедила Светлана, – раньше паук так не носился.

– Может, ему надо силы накопить на форсаж, – запулил догадку Егор.

– Хрен его знает, – Светлана не отрывала глаз от Андрея, который на вираже оторвался от членистоногого.

Максим таращился на страшную сцену и шептал: «Господи, спаси папочку. Спаси папочку», – в мыслях возник Петровский храм, тишина, полуденное безлюдье, лики святых, робкие свечные огоньки перед ними, купол до небес и ощущение присутствия кого-то незримого, могущественного, справедливого и доброго: «Господи, спаси папочку».

– Пора, – сухо сказал Егор, – садитесь.

Светлана запрыгнула в сани. Марина собралась сесть сзади на сиденье, как было обговорено ранее, посередине Максим, мужчина спереди. Ее остановил Егор:

– Мариш, давай за руль. Я на твое место, – подхватил Максима под руки и усадил на сиденье перед собой. – Марина, живо! – прикрикнул он на опешившую девушку. – Пора ехать!

– Ты чего делаешь? – Светлана обеими руками держалась за борта и непонимающе взирала на перемену слагаемых.

– Макса она не удержит, если крепко мотнет. А за рулем не хуже моего. Давай, Марин, гони, – подбодрил Егор девушку, которая уже усаживалась спереди.

Марина и правда неплохо управлялась с техникой. Тем более, маршрут прямой, по гладкому насту. Они неслись сквозь падающий снег к «седлу». Светлана пригнулась, через плечо следила за разворачивающейся драмой. Каждый раз, когда Андрей оказывался под пауком, сердце ее сжималось. Но он снова и снова выныривал то с одной, то с другой стороны.

Скорость саней вдруг снизилась, а звук мотора начал отдаляться. Светлана посмотрела вперед. Егор на ходу пересадил мальчика назад, сам сдвинулся на его место. Перерезанная веревка нырнула под плоское дно саней.

Егор пригнулся и что-то кричал Марине. Снегоход прибавил оборотов. Светлана слишком поздно поняла замысел предателя, чтобы выцелить его, не задев при этом Максима.

– Стой!! – закричала она вдогонку быстро удаляющемуся снегоходу. – Отдай Макса!!! Я стрелять не буду!!! Только отдай мальчишку!!!

«Стелс» скрылся за перевалом, и лишь стихающий рокот мотора намекал на его существование.

– Сволочь. Мразь, – скрежетала Светлана, крепко вцепившись в борта останавливающихся саней. Она обернулась. Андрей мчался уже назад к трубе. Паук крепко сидел у него на «хвосте».

Сани остановились и поползли вниз. Светлана перепрыгнула через борт, бросилась к вершине перевала, до которого оставалось меньше ста метров. Перекинутый через плечо автомат, прикладом колотил по ногам. Когда, изнемогая, сделала последний шаг и заглянула за край, то увидела серый комок, который по утрамбованному гусеницей следу карабкалась вверх по склону.

– Максимка!!! – завопила девушка, вскинула руку. Ощутила, как из груди выходит ржавый кол. Взглядом нашла черную букашку, которая скользила по белой прерии и забирала вправо по межгорью. Собралась мстить, но волна гнева уже схлынула.

Она бежала навстречу мальчику и думала, что все хорошо, все уладилось. Запыхавшиеся, они, наконец, встретились. Последние метры Максим даже не полз. Он рывком высвобождал ногу из снега, делал два, три шага и снова садился, чтобы немного отдышаться, накопить сил на следующий рывок.

Их лица раскраснелись, по щекам катился пот.

– Максимушка! Мальчик мой, – Светлана со слезами на глазах обняла паренька, – как ты? Он ничего тебе не сделал? Не ударил?

– Нет. Он держал… Я ударил его.

Отдышавшись, они двинулись к вершине перевала. На полпути Светлана поняла, что не слышит мотопед. С плохо скрываемым волнением, сказала Максиму, что пойдет вперед, разведает, а он пусть не торопится. Бегом, насколько это было возможно, бросилась вверх по склону.

Первыми она увидела черные сани, которые скатились вниз не очень далеко и стояли перпендикулярно спуску, уткнувшись задней частью в сугроб. Затем ее взгляду устремился на белую пустошь и с ходу налетел на паука. Тот завис над опрокинутым кроссовиком. Светлана перестала ощущать себя, зажгло за грудиной, словно там проплавляли дыру. Стало жутко, к горлу подкатила тошнота. Она до рези в глазах всматривалась в мутанта и не хотела верить случившемуся. Очнулась, когда совсем близко послышалось сиплое дыхание. Девушка резко развернулась, сделал навстречу Максима три быстрых шага, взяла его за руку и потащила вниз.

– Что? Что такое? – упирался парнишка.

– Нам надо уходить.

– Почему? Где мой папа? Где папа? – воскликнул Максим, – я хочу к папе! – вырвал руку. – Почему неслышно мотопеда?

– Твой папа нас догонит потом, – Светлана снова взяла его. – Паук отрезал ему путь на перевал, он поехал в объезд. Найдет нас по следу.

Спускаться по склону было куда легче и быстрее, чем подниматься. Они прошли  метров триста, когда девушка остановилась. Села в снег, посмотрела мальчику прямо в глаза:

– Максим, послушай меня внимательно.

Насупившийся парнишка, расстроенный скверным предчувствием, смотрел на нее исподлобья.

– Мы с тобой временно остались вдвоем, – говорила она внушительно, не разрывая зрительного контакта, – и у нас кроме оружия ничего нет. Неизвестно сколько придется скитаться, пока твой отец догонит, поэтому мне надо спуститься к саням. В них еда, вода и много чего полезного. В общем, в них наше спасение. Сейчас идти туда нельзя – паук рядом. Надо дождаться ночи. Я не знаю зачем, но Андрей уехал назад. Может, появился второй паук и погнался за ним. Не знаю, но уверена, скоро он нас найдет, – придумывала на ходу  историю. Получалось убедительно, по крайней мере, ей так казалось. Светлана знала, что будет врать мальчику что угодно, но отсюда не уйдет. В отличие от Максима у нее надежды на спасителя не было. Их будущее связывала не так с санями, как с мотопедом. Как до него добраться, пока не придумала.

Примерно час они копали в снегу берлогу. Оставив мальчика в укрытие, Светлана поднялась к вершине перевала и осторожно осмотрела низину. Паука нигде не было видно. На белом полотне сиротливо лежал кроссовик, его постепенно засыпало снегопадом.