Не знаю, встретимся ли мы
За той таинственной чертой,
Где нет ни лета, ни зимы,
Где ты навеки молодой.
А может, нету ничего,
А только ужас пустоты?
И ожиданья моего,
Увы, принять не сможешь ты?
Нет ничего…
Лишь горький след
Да память в сердце.
И гранит,
Где жизнь твоя под ним лежит.
И продолжения ей нет
Ни в небесах, ни в миражах,
Что душу бередят мою.
И боль, она – грядущий прах.
И я уже вблизи стою.
«Несправедливо мир устроен…»
Несправедливо мир устроен:
Он то жесток, то суетлив.
И так мне не везло порою!
Но ты был жив…
Решив уехать из России
В край Откровений и олив,
Я знал: замучит ностальгия.
Но ты был жив…
Но ты был жив,
И мне казалось,
Я слышу голос твой: «Держись…»
А год иль два – такая малость,
Когда была в запасе жизнь.
Но ты не знал, и я не думал,
Что рано кончится запас.
И, как пылинку, ветер сдунул
Надежду, что роднила нас.
И жизнь моя осталась в прошлом,
Где мы с тобой наедине…
И не в Кабуле, и не в Грозном —
Погиб ты в собственной войне.
И, проиграв ценою жизни
И победив ценой любви,
Ты был, наверно, Богом призван
На все сражения свои.
«Как много нас – людей одной судьбы…»
Как много нас – людей одной судьбы.
Одной беды…
Мы все похожи взглядом.
Я узнаю среди любой толпы
Тех,
С кем в несчастье
Мне стоять бы рядом.
К твоей могиле ходит чья-то мать.
Она, как я, похоронила сына.
Наверно, в одиночку ей страдать
Уже невыносимо.
Но я ничем помочь ей не могу,
Как и она ничем мне не поможет.
Стоим мы на нездешнем берегу,
На двух печальных призраков похожи.
«Как меня тревожила в тебе…»
Как меня тревожила в тебе
Эта обнаженная ранимость!
Потому, наверно, и не вынес
Горьких перемен в своей судьбе. 
