Андрей Деханов – Грань допустимого (страница 3)

Врач Орлов — тот, кто раньше здоровался с ней в лифте, — прошёл мимо. Как мимо пустого места.

Ирина шла. Не останавливалась. Не оправдывалась. Просто шла.

Она нашла Валентину в подсобке. Тётя Валя. Санитарка. Работала здесь двадцать лет. Мыла швабру в ведре. Увидела Ирину. Замерла. Руки остановились.

— Ирина Андреевна?

— Здравствуйте, тётя Валя.

Тишина. Тётя Валя выпрямилась. Вытерла руки о халат. Смотрела на неё. Долго. Не враждебно. Но и не дружелюбно.

— Вы… вы зачем здесь?

— Я хочу попросить. Можно я вымою пол в шестой палате?

Тётя Валя смотрела на неё. Молчала. Потом покачала головой.

— Зачем вам это?

— Надо.

— Надо. — Тётя Валя усмехнулась. Горько. — Всем надо. Одним — спасать. Другим — полы мыть.

Ирина опустила глаза. Не спорила. Не оправдывалась. Просто стояла.

Тётя Валя молчала. Потом вздохнула. Протянула швабру и ведро.

Ирина взяла. Руки дрожали. Но она взяла.

Коридор до шестой палаты казался бесконечным. Каждый шаг — как по стеклу. Ирина шла. Швабра в одной руке. Ведро в другой. Вода плескалась. Пахла хлоркой.

Вот она. Шестая. Дверь открыта. Кровать у окна. Застеленная. Пустая. На тумбочке — графин с водой. Стакан. Всё как обычно. Как будто ничего не было.

Ирина вошла. Закрыла за собой дверь. Прислонилась спиной к холодной стене. Закрыла глаза. Дышала. Медленно. Глубоко.

Потом опустилась на колени. Опустила швабру в ведро. Начала мыть.

Вода была холодная. Пахла хлоркой. Ирина тёрла пол. Медленно. Тщательно. Круговыми движениями. Как будто могла отмыть что-то ещё. Как будто могла вернуть время назад.

Она вспомнила Веру. Как девочку привезли. Как она лежала на этой кровати. Как улыбалась — слабо, через силу. Как сказала: «Тётя Ира, мне страшно». Как Ирина ответила: «Всё будет хорошо».

Она вспомнила, как спешила. Как смотрела на часы. Как думала об Олеге. О столике на восемь. О платье, которое не успела погладить. О том, что впервые за год позволила себе быть не только врачом.

Она вспомнила, как через два часа Вера умерла. Как монитор пискнул. Как прямая линия. Как тишина.

Ирина мыла пол. Слёзы капали на линолеум. Она не вытирала. Просто мыла…

Когда Ирина закончила, то вышла в коридор. Швабра в руке. Ведро с грязной водой. Ноги дрожали. Руки тоже.

Анна стояла у входа. В том же тёмном пальто…Просто наблюдала.

Ирина вернула швабру тёте Вале. Та взяла. Ничего не сказала. Только посмотрела. Долго.

Ирина вышла из отделения. На улице — серое небо. Мокрый асфальт. Запах кофе из соседнего кафе. Она стояла под козырьком. Дышала.

Анна подошла. Встала рядом.

— Ты не просила прощения.

— Вы не дали.

— Правильно. Прощение — не твоя работа. Твоя работа — помнить. И делать.

Ирина молчала. Смотрела на лужи. На отражение фонаря. На своё отражение. Бледное. Уставшее. Но живое.

— Поехали, — сказала Анна.

— Куда?

— На кладбище.

Глава 4. Кладбище

Кладбище. День.

Могила Веры была на дальнем участке. Маленький памятник. Белый камень. Фотография — девочка с бантиками, улыбается. Под фотографией — даты. Десять лет. Слишком короткая жизнь.

Ирина стояла перед могилой. Анна — в двух шагах позади. Молчала.

Ирина смотрела на фотографию. Она не плакала. Не говорила. Просто стояла.

Ветер шевелил прошлогоднюю траву. Где-то каркала ворона. Мимо прошла женщина с ребёнком. Ребёнок смотрел на Ирину. Потом отвернулся.

Ирина думала: «Я здесь. Я жива. Ты — нет. Это несправедливо».

Она не знала, сколько прошло времени. Час. Может, больше. Она не считала.

Потом Анна сказала:

— Пойдём.

Ирина обернулась. Анна смотрела на неё. В глазах — что-то, чего Ирина не видела раньше. Не прощение. Не ненависть. Что-то другое. Может быть, понимание.

Они пошли к выходу. Молча.

Квартира Анны. Вечер.

Анна жила в маленькой квартире на Петроградке. Ничего лишнего. Книги. Фотографии Веры на стене. Ирина старалась не смотреть на них. Но смотрела.

Они сидели за столом. Анна наливала чай. Ирина держала чашку. Руки всё ещё дрожали.

— Ты справилась, — сказала Анна.

— Я не справилась. Я просто сделала.

— Это и есть справиться.

Ирина смотрела на фотографии. Вера на качелях. Вера с мамой. Вера в школе. Улыбается. Везде улыбается.

— Почему вы это делаете? — спросила Ирина.

Анна молчала. Долго. Потом сказала:

— Потому что я тоже стояла на том мосту. Через несколько месяцев после похорон. Я хотела прыгнуть. Меня остановил человек. Он дал мне задания. Такие же. Я прошла через это. Теперь я делаю то же для тебя.

Ирина смотрела на неё.

— Кто он был?

— Врач. Бывший. Он когда-то погубил пациента. По неосторожности. Он прошёл через это. И спас меня.

— Где он сейчас?

— Умер. Год назад. Но перед смертью сказал: «Ты должна передать это дальше. Найди того, кто стоит на грани. И спаси».

Ирина опустила глаза. В чашке остывал чай.

— Вы меня не простили.