Андрей Дай – Реликт. Пояс Скорби (страница 17)

Согласно утверждениям усвоенной в третьем уровне базы «Управление пустотными платформами» все звездолеты всех сколько-нибудь цивилизованных народов и стран имеют секционную структуру. То есть корабль – это, по большому счету, рыбий скелет их несущих балок, к которым присоединяются стандартные по размерам боки различного назначения. Обычно, на военных верфях, где весь процесс строительства корабля максимально автоматизирован, суда собираю по какой-то одной схеме. Этот блок сюда, кубик сюда и еще пару одинаковых – сюда. Потом подвешать толстенные сигары двигателей, обшить все броней, натыкать эмиттеров силового щита, не забыть маневровые, гнезда под установку пушек и дырочку для антенны. И через неделю со стапеля величественно сходит десять тысяч шестьсот одиннадцатый в серии линкор класса «Мегатрон».

В том обрубке, где уместил свое убежище беглый ученый, на месте второй полетной палубы, обнаружился нестандартный сегмент – бронированный сектор управления эскадрой. Вряд ли флотом. Думается мне, для руководства целым флотом требуется помещение побольше. Там, поди, одних адъютантов на экипаж ординарного крейсера хватит. У меня же в секции постоянно проживало вообще всего два человека. Адмирал, тело которого, кстати, я среди мертвяков так и не нашел, и его ныне безголовый пилот. Только пилот жил на нижнем ярусе, а его патрон на среднем. Поближе, так сказать, к рабочему кабинету и залу оперативно-тактического управления. На верхнем же, располагались кабинеты офицеров связи, логово самого главного по эскадре разведчика, кают-компания с неплохим пищевым автоматом и еще три помещения с обычными офисными столами. Какие именно специалисты там отращивали седалищную мышцу определить не смог, хотя честно минут пять разглядывал развешанные по стенам таблицы и графики. А после того, как во всех трех не маленьких комнатках не отыскалось завалящего тайника, я и вовсе разочаровался. И тут же разжаловал кабинеты в свободные складские объемы. Шустрые шестиногие пятируки немедленно отловили, разобралии упаковали в удобный для транспортировки вид плавающую по будущим складам мебель.

А я, радостно потирая руки в предвкушении, ворвался в святая святых эскадренного безопасника. Ну не мог он, не такие они люди, эти «молчи-молчи», чтоб не заначить чего-нибудь вкусное для бедного космического робинзона!

Скромно. Даже до приемной адмиральского кабинета не дотягивает. Этакий деловой аскетизм. Зато – это первое и пока единственное помещение на линкоре, на стене которого красовался герб Сенатской Федерации Окситэ. Банальный лев, или леопард на рыцарском щите, держащий в лапах звезду. Но стильненько так. Внушает, в общем. И сейф искать не надо! Тут и кретину понятно, что самое ценное – под щитом.

 А в столы и прочие шкафчики и ниши можно было и не заглядывать. Ровные, как на параде, ряды коробочек с ячейками под хранящий информацию кристалл. Жаль не база знаний. Я бы мячиком – невесомость коварная штука – прыгал бы от пола до потолка. Но нет. Какие-то опросы и допросы. Аналитические справки и выкладки. Море устаревшей на целый век, никому уже не нужной, информации. Сами кристаллы – все они имеют возможность перезаписи – еще представляют какую-никакую ценность, но мне пока без надобности. Понадобятся, буду знать, где взять.

А сейф хорош! Сплошная, явно толстенная плита, с узкой щелью под ключ и окуляром распознавания сетчатки глаза. А главное – непонятно с какой стороны петли, и есть ли они вообще. В смысле, где резать, чтоб ничего ценного там внутри не попортить?

 Вопрос подразумевал ответ. Все одно мне не пилкой для ногтей ковырять! К моим услугам аж три железных болвана о пяти манипуляторах каждый. Вот и дал им команду резать стену вокруг дверцы.

На счет «дверцы» - это я, кстати, поскромничал. Герб чуть ли не четверть стены занимал, а сейф лишь едва из-за него углами не торчал. Я и говорю – знатный сейф был. По идее, нужно было другие кабинетики подчиненных самого главного безопасника осмотреть, а я как приклеенный продолжал стоять у герба. Словно зачарованный, ей-богу, пялился на тонкую малиновую ленточку, где испарялся металл.

Потом послушные работники вытаскивали отрезанное и вытягивали бронированный ящик внутрь кабинета. Добрый такой сундучище, размером с санузел в стандартной хрущебе.

Труднее всего было объяснить шестилапам, что резать нужно под углом. Так, чтоб поток плазмы вылетал из задней стенки, не затрагивая содержимое. Жесты, мои бравые бойцы за команды не воспринимали, а на словах выходили одни маты, которые они, опять-таки, не понимали в силу незнания Самого Могучего на свете языка. Справился кое-как. На глазок прикинул наклон в градусах, и велел пилить.

Так поразившие меня с первого взгляда панели отделки секции, на поверку оказались искусной пластиковой имитацией. А на адмиральской мебели, в укромных местах значился инвентарный номер. Выглядели апартаменты конечно шикарно, но на Эльдорадо не тянули. В отличие от скрывающегося под геральдическим львом великолепия.

Три полки, и только в уголке одной скромная пачка каких-то папок с кармашками под кристаллы. Искрой пролетевшее сожаление, что столько места занято какой-то ерундой, быстро потухло. Ни книг, в понятном мне виде, ни фильмов, я еще не находил. А чем-то занимать долгие вечера перед сном было нужно. Почему бы не ознакомиться с чужими секретами? Меньше знаешь – крепче спишь по отношению к столетним «бумагам» не работало, а развлечь вполне могло. Отправил первого носильщика в кабинет адмирала. Кресло там подходящее. Большое – можно с ногами забраться, и мягкое. Для работы не удобное, а вот с секретаршей на коленях, да с бокалом чего-нибудь пятизвездного в руке – самое оно!

А! Кстати! Поверх папок лежала кобура с устрашающего вида пистолем. Хищным и смертельно опасным. Ну никак не похожим на «легкое гражданское оружие нелетального воздействия». Тут сразу ясно – это не аргумент и не довод. Таким револьвертом точку в переговорах ставят. Окончательную.

Присовокупил к папкам. Мог и сразу на подходящее крепление к скафандру подвешать, да не стал. Смысл? Разок пальнуть может быть и смогу, курок сразу нашел. А дальше? Устройства не знаю. Даже чем звезданет и будет ли отдача, предположений не имею. И заряжена ли вообще эта пушка? А ну как ее нужно через розетку заряжать, а я буду, как дебил, на кнопку жать. Так что решил, пусть пока полежит. Не может такого быть, что среди десятков тысяч искромсанных войной звездолетов не найдется хотя бы одного, на котором ждет меня серая пластинка с базой знаний о боевом ручном оружии.

А потом мы с хомяком, изредка мерзко хихикая, стали разгребать целую гору аккуратно упакованной в пачки валюты. Иностранной, по большей части. В смысле не окситанские гульды или умматарские ранты, хотя небольшое количество присутствовало и тех и этих. О – нет! На всем остальном пространстве полки, где бездарно занимали место папки с бумагами, стояли брикеты имперских реалов и хакдарских корпоративных бонов.

- Выкупиться что ли сразу? – разглядев номиналы купюр, задумчиво пробормотал я. Минутная слабость – что еще сказать в свое оправдание. Сроду не любил брать в долг, не говоря уж о банковских кредитах. А тут целый воображаемый миллион кредитов в виртуальном долге над головой облачком витает. Умом понимаю, что это всего лишь слова, и ничего никому отдавать не придется, но все равно чувство какое-то неприятное...

Считать сразу не стал. Опять-таки – нет смысла. Текущего курса обмена я, понятное дело, не знал, а привыкать лучше сразу к кредитам. Нечего голову всякими нумизматическими редкостями забивать.

Одно скажу. Денег было много. Как бы ни несколько миллионов. Даже если удастся спихнуть эту гору пластика по курсу один к десяти, мне уже хватило бы на плохонький кораблик. Фрегатик какой-нибудь. Имея же свой собственный корабль, без работы я точно не боялся остаться. Но это при условии, что не получится построить на этой свалке что-то путное, и это «путное» не окажется настолько морально устаревшим корытом, что наниматели со мной  даже говорить не захотят. Короче, на руки надейся, а валюту в чемодан откладывай!

Гульды и умматарские фантики в отдельную коробку. Это я после сдам Колобку. Чтоб не думал, будто я тут без дела сижу, на адмиральском сексодроме о красотках брежу и о нем совсем думать забыл. А вот имперские реалы и бумаги Государства Хакдари – под надежный замок в мой малый контейнер. В тот, в котором уже парочка таких замечательных имплантантов спят.

На верхней полке уместилось всего два простейших чемодана. Классической для этого мира шестигранной формы, без замков, всего с парой обычных защелок. Только когда я эти защелки с язычков скидывал, руки у меня ощутимо так тряслись.

Этот главный разведчик эскадры был, светлой ему памяти, большой аккуратист. Все-то у него по порядку разложено, предусмотрено и качественно упаковано. Везде поясняющие таблички и схемы. Великий Бухгалтер в нем умер, вот что я скажу! Пошел бы по той стезе, к чему сердце лежало, глядишь, сейчас бы правнуков нянчил, а не ледяной статуей в «крысиной норе» стоял.

 Видите, надеялся человек, что какая-то часть вражеских судов к ним в виде трофеев попадут, и все для этого приготовил. Потому что изнутри, на крышке одного кейса значилось «Империя Акбарр», а на другой «Государство Хакдари». И соответственно, первый был полон баз, необходимых для управления и ремонта имперский судов от фрегата до линейного крейсера, а второй хакдарских. Такой вот подарок судьбы, блин.