Андрей Чувакорзин – Сказки о силе, или Чувашские сказки (страница 2)

Но едва лодка вышла на стремнину, небо потемнело. Ветер, словно разъяренный дух, ударил по волнам. Лодку швырнуло вверх, Мишшĕ потерял равновесие и исчез в черной пучине. – Сынок! – закричал Юхан, бросившись за ним, но река, будто живая, отшвырнула его обратно.

Когда Мишшĕ открыл глаза, он лежал на дне реки, окруженный мерцающим светом. Перед ним стояла женщина в платье из водорослей и жемчуга, с волосами, струившимися, как течение. Это была Шыври, дух реки.

– Твой отец каждый год бросал в воду первый улов, чтобы почтить меня, – сказала она. – За его щедрость я верну тебя, но запомни: жизнь – дар, который нельзя растрачивать зря.

Шыври коснулась лба мальчика, и жабры, как узоры, проступили у него на шее, а потом исчезли. – Теперь река будет твоей сестрой. Когда придет время, ты услышь ее голос.

Юхан, обезумевший от горя, уже не надеялся найти сына. Но на третий день, когда деревня оплакивала Мишшĕ, мальчик вышел из тумана у берега – мокрый, но живой. – Шыври спасла меня! – крикнул он, бросаясь в объятия отца.

На груди у Мишшĕ остался след – синеватая метка в форме волны. Старейшины, увидев ее, поклонились реке: – Дух воды благословил наш род!

С тех пор Мишшĕ стал лучшим рыбаком в округе. Он чуял, где таится рыба, предсказывал шторм, а однажды спас тонущего мальчишку, нырнув в пучину, как выдра. Юхан же строго-настрого велел всей деревне: – Первую рыбу – реке, первый хлеб – земле, первую песню – ветру.

Когда Мишшĕ вырос, он женился на девушке с глазами, как водяные лилии. На свадьбу Шыври прислала им в дар ожерелье из речного жемчуга. А в лунные ночи, говорят, можно увидеть, как дух реки танцует на волнах, охраняя потомков того, кто научил людей благодарности.

Сказка о Ялтане и Селме

В той стороне, где холмы поют ветру, а реки плетут серебряные сети, жил в чувашской деревне парень по имени Ялтан. Сердце его горело любовью к Селме, девушке с волосами темнее ночи и улыбкой, что светила, как луна в полнолуние. Каждый вечер они гуляли у священного дуба, шепча слова, которые даже птицы не смели повторить.

Но злой дух Херле Чавал, чья тень питалась людской печалью, задумал разлучить их. Однажды ночью, когда деревня спала, он проник в дом Селмы, обернулся черным вихрем и унес девушку за тридевять земель – в царство вечного тумана, где солнце никогда не всходило.

Ялтан, найдя лишь следы когтей на пороге, взял с собой нож деда, мешочек сушеной брусники и веру в свое сердце. Первым препятствием стал лес, где деревья смыкали ветви, как пальцы, не пуская свет. – Иди на голос совы, – прошептал ему старый охотник на краю деревни.

Три дня Ялтан шел, царапая руки о колючки, пока не встретил лису с глазами из янтаря. – Селма жива, – сказала она, – но чтобы найти ее, отдай мне свой хлеб. Парень отдал последнюю краюху, и лиса провела его к тропе, выложенной из светящихся камней.

За лесом высилась гора, скользкая от слез тех, кто сдался. Ялтан карабкался, цепляясь за корни, пока не упал без сил. Тогда к нему подлетел орел, чьи перья блестели, как лед. – Дай мне свой нож, и я покажу путь. – Ялтан бросил нож в пропасть, и орел поднял его на спину, перелетев через вершину.

У подножия горы текла река, чьи воды стирали память. – Перейди меня, и ты забудешь, зачем пришел, – засмеялась река. Ялтан, вспомнив лицо Селмы, запел песню, которую они сочинили вместе. Вода затихла, а навстречу выплыла лодка из тростника, управляемая седой щукой. – Твоя любовь сильнее моих чар, – проворчала рыба и доставила его к берегу.

В царстве Херле Чавала туман обвивался вокруг Селмы, как цепи. Ялтан, увидев ее бледное лицо, бросился к духу: – Верни ее, или я стану твоей тенью!

– Возьми, если сможешь, – зашипел Чавал, превратившись в тысячу воронов. Но Ялтан достал из мешочка бруснику – дар леса, бросил ягоды в воздух, и вороны, склевав их, обернулись листьями. Селма упала в его объятия, а туман рассеялся, открыв путь домой.

Когда они вернулись, священный дуб расцвел посреди зимы. Херле Чавал, лишившийся силы, стал легким ветерком, что гонит опавшие листья. А Ялтан и Селма справили свадьбу, на которой даже духи леса и воды танцевали под напев старинных чувашских гуслей.

С тех пор в тех краях говорят: любовь, которая проходит через три испытания, становится крепче стали и ярче солнца.

Сказка о Ылтан и Селмӗ

В краю, где пшеничные поля перекликаются с шепотом ветра, жила девушка по имени Селмӗ. Каждый день она трудилась на земле, а волосы ее, сплетенные в косы, блестели, как спелые колосья. Однажды мимо поля проезжал принц Ылтан, сын вождя старейшин. Увидев Селмӗ, он забыл, как дышать – будто солнце упало к его ногам.

Три ночи подряд Ылтан тайком пробирался к ее дому. Они говорили у старой ивы, чьи ветви скрывали их от мира. Принц дарил девушке цветы, вышитые серебром, а она пела ему песни, от которых даже сова затихала. Но на четвертую ночь Ылтан опустил глаза: – Завтра моя свадьба. Отец обручил меня с дочерью вождя с севера еще до моего рождения.

Селмӗ не проронила ни слова. Она ушла, а на рассвете, когда деревня спала, бросилась в реку Шывӑр, чьи воды слали в царство мертвых.

На свадьбе Ылтан, услышав весть о гибели Селмӗ, сорвал с головы венок из обсидиана и умчался на коне к реке. – Верните ее! – кричал он, но волны молчали. Тогда принц бросился в воду, и течение унесло его вниз, туда, где свет не живет.

Ылтан очнулся в пещере, где корни деревьев проросли сквозь камень, а воздух пахнул сыростью и пеплом. Перед ним стояла Селмӗ, но тело ее было прозрачным, как утренний туман. – Зачем ты пришел? – спросила она. – Здесь нет места живым.

– Я отдам свою жизнь за твою, – ответил Ылтан, и слова его эхом разнеслись по пещере.

Вдруг стены задрожали, и явилась Хӗрлӗ Ама – Богиня Судьбы в плаще из паутины. – Любовь, что сильнее смерти, достойна милосердия, – сказала она. – Но вы оба заплатите: ты, принц, потеряешь трон, а ты, девушка, забудешь голос рек.

Когда Ылтан и Селмӗ открыли глаза, они лежали на берегу Шывӑр. Река выплюнула их, как ненужный камень. Деревня встретила их страхом: принца считали мертвым, а Селмӗ – проклятой.

Ылтан отказался от титула. Вместе они построили хижину на краю леса, где Селмӗ училась говорить с землей вместо воды, а принц пахал поле, как простой крестьянин. Хӗрлӗ Ама сдержала слово – Селмӗ больше не слышала шепота ручьев, зато в их доме всегда цвели алые маки, даже зимой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.