Андрей Бузлаев – Король Шаманов (страница 57)

Поверх прилавка громоздилось множество скляночек, баночек, притирочек (неглубоких банок с густой смесью в них, напоминающих по форме пудреницы), лапок-хвостов-перьев, ягод, трав, три вида ступок с пестиками разных форм и размеров, перегонный куб, зеленоватая лампа а-ля Алладин, какая-то керосинка размером с ведро, и прочие радости. Одним словом, стол алхимика.

Едва мы приблизились к конструкции, как за ней что-то громко взорвалось и из-за неё вылезло неясное существо… ан нет, паренёк лет двадцати пяти-тридцати на вид. Левая половина лица парня была изрядно покрыта копотью, а вот правую он успел прикрыть… журналом? Ладно, неким прямоугольным предметом. От этого закопченная область получилась очень чёткой, как по линейке. Вторая половина лица была смуглой, но парень по виду походил больше на нашего. Ну, местный, из Триединой, загорел просто сильно. С короткостриженым ёжиком темных волос, недельной небритостью. Не особо примечательная личность…

…если бы не прикид.

Одет человек был в рванину, откровенные лохмотья, болтающиеся вокруг рук разноцветными кислотными макаронами. Возможно, когда-то это был балахон мага, но его протравили и порвали. А местами сожгли, само собой. Вон, останки правого рукава до сих пор дымятся.

С другой стороны, судя по цветовой гамме, это могла быть шкура хиппи в естественной среде обитания. Если ещё и травкой попахивает, то однозначно. Блин, как на нём этот набор ниток и верёвочек вообще держится? Ба, да он ещё и в пол длинной, при чём рукава тоже! Тогда другой вопрос: как он не наступает на свои рукава, когда ходит? Или он всегда ходит с поднятыми перед собой руками, как зомби из старых ужастиков?

Борода, в отличии от меня, дара речи не потерял, потому и заговорил с потенциальным алхимиком именно он.

– Доброго времени суток. Вы алхимик, да?

Кивок. Слава Богам! Нашли, наконец! А чего он всё щурится и глаз не открывает?

– Отличненько. Тогда нам надо… Смазка есть, для доспехов? Игорь, блин, не молчи. Что там ещё Минадас заказывал?

– Эээ. А, да! Нам это… Притирки нужны. Снотворную, две штуки, кровоостанавливающую, четыре. Хотя нет, давайте лучше пять. Так, что ещё? Минадас же список давал. Куда ж я его дел-то? А, вот он. Такс. Хвост и глаза хи.. хирин… хи-рин-га-ни-и. Чёрт, кто им имена всем только придумывает? Назвали бы хвост-да-уши и язык не ломать. Ладно, дальше. Яд вещура. Ладно, это ещё куда не шло. Клык… о боги… Ладно, попробуем. Хурунтунитамата-та…та… Ху… Хурунтата… Да шло оно к тому, чей клык!!! Блин, только до середины имени добрался, это ж надо! Не, ребят, я это не выговорю. Мужик, держи список! Нам всего, что там, и плюсом то, что я уже назвал.

Алхимик кивнул и начал споро забрасывать всё подряд в бумажный пакет. Откуда тут бумажный пакет? А, он из коры сделан. Всё, я спокоен. Формой просто похож на пакеты одного известного общепита. Периодически парень сверялся со списком, кивал собственным мыслям, и едва слышно угукал сам себе, продолжая собирать заказ.

Собрав, наконец, всё, что мы попросили, он протянул мешок Бороде и в этот момент я снова лишился дара речи. Оранжевые глаза. Тут все, кому не лень себе цвет глаз меняют?! У Минадаса ладно, у него несчастный случай на производстве, он себе в радужку глаза какой-то ящерицы вставил, потому они пожелтели и в одном восемь, а во втором девять зрачков. Оригинально, спасло от слепоты, удобно. Но у этого — ОРАНЖЕВЫЕ… как и зачем? Блин, надеюсь, он не заметил, как я на него пялюсь.

Отдав зелье Серому, алхимик поинтересовался:

– Аш минь кавар, ищь зельй нада?

Ё-маё, чукча! Это местные чукчи, потому глаза и оранжевые! Хотя не очень понятно, почему мой универсальный переводчик, очень даже неплохо скрадывающий огрехи речи, стал переводить с таким яростным акцентом. Может быть, парень даже для этих мест сильно иноземный?

– Что?

– Йийщё зельй нада? Скорсть регранацйийи, костьйисборкь, симнйиарькйа, реакцьйй хорошьй. Нада?

– Игоряш, ты понял?

– Только последнее, но не уверен. Родной, ускорение реакции, да?

– Да, да, реакцьйй хорошьй!

– Принято. Сколько будет за всё, если в паре с зельем? Большую бутыль, чтоб на всех хватило.

– Аднь пальн зльтой.

– Один полновесный золотой?

– Да.

– Серый, живём. Кажется, я знаю этот язык. У тебя деньги местные есть?

– А как иначе?

Я кивнул, старательно пытаясь скрыть, что я не догадался взять с собой хоть один золотой:

– Опять принято. Тогда вари, алхимик-кудесник.

Парниша кивнул и уверенной рукой ухватил ингредиенты. Какой-то хвост, подозрительно похожий на крысиный, пару букашек, червячков, зелёных опарышей, красный квадратный клюв, вытянул кишки из какой-то рыбки, опять же крайне подозрительно похожей на нашу пиранью, быстренько кинул это всё в ступку, чутка постучал там пестиком, докинул сверху с пару десятков различных трав и семян, не прекращая молотить.

Пересыпал получившуюся мешанину на блюдце, порубил ножиком, снова закидал весь этот коктейль в ступку и принялся с ней плясать. Вполне буквально: прижал миску к пузу и начал скакать на одной ноге, кружась вокруг себя и изредка со всей дури мочаля всё в миске тяжёлым, каменным пестиком. Ещё и напевал что-то себе под нос. Спасибо, что не ёдылем или горловым пением, иначе у меня точно бы крыша потекла… опять.

Поскакав так минут пять и пару раз воздев руки с миской к небу, он аккуратно опустил сосуд на землю, развёл руки в стороны и замер. Надолго, ещё минут двадцать стоял не шевелясь.

Я уже собрался поинтересоваться у Бороды, а не помер ли он часом, или не совершает ли в наше зелье какого непотребства, как алхимик взревел, резко свёл руки над головой и с силой опустил их вниз. Словно ударил зелье замком из рук, остановив их в метре от миски.

И зелье ударилось!

Миска обижено зашипела и из неё повалил едкий, густой дым. Салатово-кислотный, по которому носились темно-зеленые всполохи пламени.

От этого зрелища я опять малость подвис. Плоховато на меня жара действует всё-таки. Видя эти мечущиеся искры, я не сразу осознал, что же меня так смущает, дошло лишь секунд через пятнадцать. По идеи, если есть искры, молнии и прочее, то должен быть треск, шум, в общем, какие-то звуки. Но нет, миска быстро затихла, а иных не поступало.

Когда дым рассеялся, оказалось, что мы в пустыне одни. Абсолютно. Ни тележки, ни зонтика, ни мужика.

– Серый, а он куда… а он где?!

Борода отрешённо пожал плечами и побрёл в обратном направлении. Оно и верно: основной набор зелий и ингредиентов, заказанных Минадасом, уже у нас. А раз этот псих не хочет денег и сбежать зачем-то решил, то это его проблемы. К тому же, скоро начнётся крайне интересная заварушка и я не хотел бы её пропустить. Хотя бы взглянуть на неё хочется. Желательно, издалека, но с хорошим видом.

Увы, так не получится, ведь други на передовой, а друзей бросать нехорошо, не моё это. Стало быть, нужно как можно скорее присоединится к ребятам. Заодно узнаю, что же там Минадас задумал, и для чего вся эта байда с пустыней. Любопытно же блин, что у него там за план такой!

***

*От шести до восьми часов спустя. Пустыня. Тот же бархан.

Мощный вихрь зелёного дыма столбом вырвался из-под песка, вращаясь как торнадо и светясь мягким, зеленоватым светом. Когда дым развеялся, а поднятый им песок осел, на их месте стояла торговая палатка алхимика, не менявшая своей дислокации уже две сотни лет. Оранжевоглазый парень осмотрел пески, окружавшие его со всех старон и растеряно пробормотал:

– Эсь, а зеельйй?...

Глава 30

Чуть удалившись от алхимика, мы сразу принялись выискивать энергослед портала. По всем каналам шла абсолютная тишина, никаких приглашающих нас следов мы не обнаружили. Само собой, нам ведь и тут хорошо, зачем нам в столицу? Подумаешь, вырежут её до основания без нас?! Это же такие мелочи!

С другой стороны, это и впрямь мелочи, если судить по местным историческим книгам, и делают это едва ли не вместо перекура. То есть, как я понял, город сносили чаще, чем Европу в средневековье.

Так или иначе, но мы здраво рассудили, что находимся на слишком большом удалении от цели, от того и не можем найти ниточку от разлома для путешествий. После целого дня пеших прогулок (ещё и начавшегося с бойни, смею отметить) и бессонной ночи, сил на колдунства и телепортацию в локальном радиусе как-то не осталось.

Нас хватило лишь на простенькое заклятье, которое припомнил Борода: восстановление мышц, удаление всякой гадости, дающей ощущение усталости и на пару часов превращающее тебя в профессионального марафонца, стоящего на старте. Десять чашек кофе в одной искре, размером не более булавочной головки. Рекомендую, прекрасно бодрит! Обвешав этими заклятьями друг друга, мы продолжили путь в активно сгущающихся сумерках.

Бредя по барханам в обратном направлении, мы развлекали друг друга вялой беседой, которая перетекала от темы к теме, и даже постепенно ушла в «почти научное» русло.

– Игоряш, а я чего подумал. Вот мы с тобой убили дракона. Огромнейшую громадину! Возможно, самого древнего местного жителя, агась. Прото-существо, от которого местные научились магии. Так вот. Чем вся эта хрень питалась все эти годы?

– Интересный вопрос. Вообще, сударь, Минадас его знает, а то и вовсе Зенириг, но есть парочка гипотез. Либо некие лесные слоны, либо эти драконы травоядные.