Андрей Буянов – Рейдер [Авторская версия] (страница 43)
Нолон невольно улыбнулся постановке вопроса, и молча покачал головой.
— Шанс есть всегда.
— Но в моем случае он все же каков? — продолжал упорствовать я.
Полковник пожал плечами.
— Зависит напрямую от того, договоримся мы или нет.
Вот так, значит. Понятно, что их за меня попросили… Да и положа руку на сердце, наверняка такой геморройно-креативный кадр как я прекрасно вписывается в их вновь обновленные и тщательно лелеемые планы. Но вот делать сделки по-другому они просто не умеют: приперли к стенке и предложили выбирать, при этом не известив, что, из чего и для чего. Хотя для чего понятно, инстинкт самосохранения об этом вопит. Ну и манеры у этих спецслужб!
— Ну хорошо, о чем же мы должны договориться? Не пойми неправильно, просто жить что-то хочется.
Полковник СБ Аратан Нолон перемену моего настроения оценил, понимающе кивнул. Ну таки да, жизнь она такая, пристрастия вызывает.
— Министерство иностранных дел поставило перед нами задачу по закреплению союза с Иллой. Сам факт подписания договора уже можно считать свершившимся и не подвергать сомнению. Но вот дальнейшее сотрудничество в более… хм… — Тиг снова усмехнулся и хитро посмотрел на меня: — Тесном формате может быть куда более перспективным, чем прописано в его рамках. Поэтому, дальнейшее общение между тобой и Ивеной ан Танак было признано желательным.
— А-а, — протянул я, — ну тогда все понятно. А больше ничего они не хотят?
— Хотят, — Нолон с готовностью кивнул. — Но, поверь мне, лучше ограничиться только этим.
— То есть, мои нерегулярные, будем говорить «свидания» с Ивой, получили, так сказать, Высочайшее одобрение?
— Именно. Не совсем так, но общий смысл ты уловил.
— И в чем подвох?
— Здесь нет никакого подвоха.
— Нолон, — мне пришлось сделать над собою усилие, чтобы говорить спокойным тоном. — Мы оба прекрасно знаем, что так в вашей конторе не бывает.
— Вполне с тобой согласен, — полковник сделал еще один глоток. — Но дело в том, что данная рекомендация вынесена МИДом, мы тут ни причем. И да, еще одно маленькое уточнение, не в «вашей», а в «нашей», ты все же кадровый офицер…
— Что за чушь, Нолон! — не выдержал я. — Я в СБ человек вообще случайный, и уж кому как не тебе об этом знать…
— Сейчас это уже не важно, — таким же спокойным, даже несколько небрежным тоном прервал меня полковник, еще раз глотнул из бокала, поставив его наконец на стол. — Ты в системе, и у нее есть на тебя планы. И либо ты принимаешь ее условия, либо она избавится от тебя, причем не самым приятным способом. Заметь, я мог бы поставить тебя перед фактом, но предпочитаю разговор.
Это меня немного смутило.
— Да ты меня и в разговоре перед ним поставил. Ладно, черт с тобой, Тиг, и всей вашей… То есть, я хотел сказать, нашей конторой, МИДом и всем остальным вместе взятым. Считай, что мы договорились.
Полковник удовлетворенно кивнул.
— Ты вот хотел знать, какая у тебя нейросеть? Ну что же, она имеет такое же происхождение, что и сеть маяков. — Нолон внимательно посмотрел мне прямо в глаза. — Ее создали все те же, кто создал корабль, который ты перегонял…
Вся система была завалена грудами искореженных остовов корпусов космических кораблей. Кочевники покидали ее, бросая то, что не могли увезти с собой — в том числе и группировку войск на планете. Отступали к краю системы и уходили в смежную. Орды, по крайней мере, ее части на Бегазе, больше не существовало. Большая часть флота ушла на периферию, чтобы закрепиться у точек перехода и при необходимости блокировать новое вторжение. А на самом Бегазе развернулось крупномасштабное наступление, призванное в ближайшее время окончательно решить вопрос с кочевниками. Что при полном орбитальном господстве вполне реально сделать в течение нескольких дней, если не особо жалеть экосистему. До орбитальных бомбардировок, правда, еще не дошло, но яркие всполохи сражений были хорошо видны с орбиты. Для этих целей оставили сорок два наиболее пострадавших тяжелых корабля. Их искореженные, но все еще боеспособные туши, то и дело попадались в зону видимости, застыв на стационаре, медленно вращаясь вокруг продольной оси. Даже с такой дистанции их повреждения выглядели внушительными…
Я наблюдал их через панорамный иллюминатор обзорной палубы аратанского лайнера Авера, заканчивающего последний виток вокруг Бегаза, чтобы через час отправиться в составе конвоя на Тилий. В просторном салоне я был один, медленно потягивал охлажденное пиво из высокого бокала, покрытого каплями конденсата. Черт, как же я зачерствел… Передо мной картина большой, хоть и закончившейся нашей победой бойни, а у меня в душе ничего особо не колышется: как будто так и надо. О комфорте, блин, думаю… Бросил прощальный взгляд на иллюминатор — планета начала вначале медленно, но постепенно, по мере роста ускорения, все быстрее и быстрее, удаляться.
Казалось бы, какой смысл гнать пассажирский транспорт повышенной комфортности в составе боевой эскадры во фронтир? Я тоже вначале был удивлен, а потом задумался. Оказывается, смысл есть, и прямой. Потому что высококлассные, но гражданские специалисты, не полетят оценивать, восстанавливать, а если быть точнее, то строить заново экономику разрушенного вторжением мира в узких криоячейках статического сна наподобие какого-нибудь служащего инженерных подразделений. И это только технический, пусть и довольно квалифицированный персонал. А для представителей «большого» капитала и крупных межпланетных корпораций даже такой формат будет несколько пресным.
Конечно, спору нет, крупный бизнес сам подтянется, когда почувствует свободное от конкурентов пространство, но это будет далеко не сразу. Крупный бизнес — он на то и крупный, чтобы за сохранностью своих инвестиций следить в оба глаза, и уж ни в коем случае ими не рисковать. Ибо жизнью бит многократно и имеет четкие планы на ближайшее — и не очень — будущее. Да и вообще довольно тяжел и неповоротлив «на подъем». А тут всё по-другому: пока устаканятся правовые взаимоотношения, пока все убедятся в безопасности системы хотя бы на ближайшую пятилетку… Долго!
Но зачем ждать, надеяться на крупняк, когда есть целый пласт мелкого и среднего бизнеса, который только и ждет, чтобы ухватить пока еще ничейный кусок и попробовать самому подрасти на свободных рынках! Ему по определению положено рисковать, иначе процесс роста окажется долог и мучителен. Вот для него-то как раз наличие безопасного, а главное — доступного транспортного коридора является определяющим фактором. И комфорт передвижения по нему тут играет далеко не самую последнюю роль, потому как по статистике именно в малом и среднем бизнесе задействовано наибольшее число профессионалов. Не по удельному количеству сотрудников в компании, а по количеству самих компаний.
И это совсем не от хорошей жизни: нет средств у среднего бизнеса обучать сотрудника с нуля, да и раздутые штаты ему крайне противопоказаны. Поэтому и ставят они на уже готовых, сформировавшихся специалистов того уровня, который они могут себе позволить. И этого вполне достаточного. А специалист, даже среднего уровня, за те, даже хорошие деньги, что ему платят, к черту на кулички не полетит если ему не обеспечить приемлемых условий — что в пути, что на месте назначения. И это правило обязательно для исполнения для тех работодателей, кто не хочет быть посланным «куда подальше». Это — если ты хочешь работать с жителями содружества. Во фронтире же совсем другие понятия и ценности в бытовом плане, но и специалистов нужного уровня — раз-два, и обчелся, как у нас говорят. Вот и все, простая взаимосвязь. Хочешь, чтобы люди к тебе потянулись — создай условия. И уже от этих условий к тебе потянется соответствующий контингент. Если это не военный объект. Там, разумеется, действует совсем иная, не понятная гражданским, логика и экономика.
Империя же, судя по всему, вовсе не горела желанием превращать приобретенный анклав в сплошную военную базу. Как, скорее всего, не собиралась каким-либо способом напрямую помогать восстановлению экономики, оставив это на совести аборигенов, илийцев и собственного бизнеса. Доступ для которого и предоставила, создав регулярное пассажирское сообщение с Тилием — одной из наиболее развитых планет в своем составе. И первый лайнер по этому маршруту уходил сейчас в рейс — со мной на борту. Как раз туда, куда мне и надо, на Тилий…
Надо сказать, разговор с полковником, состоявшийся пять часов назад, если брать Земное время, пролил свет на многие моменты, до этого времени остававшиеся для меня неопределенными. Кое-какие догадки подтвердил, что-то опроверг. Но в целом объяснил целый ряд нестыковок, исподволь мучивших меня все это время. В том числе и на то, почему мне не установили просто подходящую нейросеть из развитых миров содружества класса так восьмого или другую подходящую, а поставили такую, которую сами же не смогли идентифицировать. И вообще — на многие мои странности и парадоксы, проявившиеся уже во фронтире…
А все оказалось достаточно просто. Когда Аран Терм после нашего памятного разговора (пьянки) передал мои генетические данные полковнику, тот, будучи человеком подозрительным (мало ли что в жизни бывает!), направил их на сравнение с базой данных по империи. И получил ответ, которому сразу не поверил. Проверил повторно — с запросом в другой сектор. Там результат подтвердился с абсолютно одинаковыми с предыдущим разом показателями. Разумеется, профессиональная паранойя полковника сыграла с ним шутку. Результаты сравнения генома напрямую указывали на его довольно сильное сходство с образцами, полученными при изучении биологических остатков древних… Не одного человека, а в целом всей расы. Не то чтобы полную идентичность, но сходства было гораздо больше, чем у нынешних жителей Содружества. Причем всех, включая расы сплотов и аграфоф.