Андрей Буянов – Бродяга (страница 9)

Меня между тем нагоняло возмездие, пять из ракет моя система активной защиты сбила, остальные маневрировали, а противоракет совсем не осталось. Противник, вот ведь гад, выпустил еще серию, это чтобы мне жизнь малиной не казалась.

Ну что же, до подрыва первой осталось от силы секунд пять, затем меня накроет такой ЭМИ-импульс, что электроника вся пойдет на перезагрузку, если не сгорит вместе со мной, и оставшиеся товарки уже довершат начатое. Хотя вот такой вопрос у меня в голове зародился: если у меня ЭМИ приборы вырубает, не просто сенсоры, то почему ракетам-то он не мешает, не камикадзе же там сидят. Или это я в тот раз настолько близко к эпицентру оказался?

Ну что же, если проигрывать, то красиво. Я отключил вопящий искин, подал максимальную тягу на движок и ушел в слепой прыжок. Внутрисистемный, конечно, на большее истребители и не рассчитаны, но это сути не меняет, любой нерасчетный прыжок — верная смерть. И тут дело не в том, занята чем-то точка выхода или нет, а в балансе прыжкового контура, который имеет свойство разрушаться с приличным взрывом, если ему по какой-то причине параметры не подходят. Откуда мне это знать? Да мне почти после каждого предыдущего боя, когда я без нейросети был, что-то подобное искин вдалбливал, аварийным освещением помигивая задорно.

Экраны погасли, система отключилась.

— Тренировка оценена в девять целых восемьдесят пять тысячных балла, — прошелестел голос в рубке.

Оба на!? Значит, тот второй меня принудительным подрывом попытался достать, — и сам попался. Приятно иметь дело с серьезными людьми.

Только теперь я заметил, что покрыт мелкими бисеринками пота с ног до головы самого что ни на есть свежего происхождения, руки слегка подрагивали, и никакая нейросеть мой метаболизм сейчас унять не могла.

Аппарель открылась, я вылез наружу.

Прямо передо мной стоял, улыбаясь во все тридцать два зуба, Тиг, а рядом с ним раскрасневшийся и сжимающий кулаки здоровяк во флотской форме. И еще один такой же красный и такой же злой стоял в дверях, с красноречиво написанными на лице намерениями. Как я понял, скоро должен третий появиться.

— Значит, это не ты был? — посмотрел я на Нолона.

— Как видишь, нет. — Полковник продолжал улыбаться.

— Полковник, можно я его, — прошипел здоровяк и двинулся на меня.

— Стоять, лейтенант! — рявкнул Тиг, и, даже не повернув в его сторону головы, продолжил: — Или вы хотите быть арестованы за нападение на офицера Службы Безопасности Империи?

Лейтенант, а вместе с ним и оба вошедших пыл поумерили и отошли к стене, бросая в мою сторону злобные взгляды. Нолон же подхватил меня за локоть здоровой рукой и потащил в коридор.

— Чего это они? — совершенно искренне удивился я. — Не я же первый ядерными ракетами пуляться начал.

— Они бы только сенсоры твои ЭМИ глушили. — Тиг бросил на меня веселый взгляд. — Жарить своих ядерным оружием, даже на тренировках, — не принято. Не по правилам.

— Не по каким правилам? — пробормотал я.

— По флотским, негласным, разумеется. Сам же знаешь, какие неприятные последствия от этого в тренажере. Система выработки полезных рефлексов, понимаешь? И отключить ее нельзя. — Тиг хмыкнул. — За такое можно неслабо отхватить…

— А что же ты меня, так сразу, приложил? — я начал распыляться. Видите ли, у них тут не принято друг друга грилевать. А меня значит можно?

— Так то же я. — Полковник явно получал удовольствие от ситуации, даже больше, — он кайфовал! — Я же не с флота!

Вообще Нолон в итоге порекомендовал мне с флотскими больше не ссориться. А сегодняшним, под горячую по незнанию руку подставившимся, выпивку поставить. И сразу поинтересовался во сколько я это сделать собираюсь, чтобы он, значит, им всю ситуацию объяснил, ну и сам поприсутствовал, разумеется, не выпивки для, а порядка ради.

Про время я пообещал уточнить попозже, когда решу все поставленные перед собой на сегодня задачи. И первоочередной из них было посещение санузла в своей комнате, с целью проведения незамедлительных гигиенических мероприятий. Что я и сделал. Скинул грязную одежду прямо на пол, предварительно достав все из карманов, и забрался в душевую. Вот одно из преимуществ высокотехнологичного общества, пока я моюсь, выползет из приоткрывшейся в стене щели в специальное помещение робот-уборщик, подберет одежку, почистит, постерилизует, посушит, выгладит и на спинку стула повесит, если она не одноразовая. Вот только из карманов надо все убирать, иначе утащит гад, замучаешься потом забирать.

Мелкодисперсный душ закончился, это я так, для разнообразия выбрал, включился автообдув. Красота, разве что бриться самому приходится, а то меня их депилирующие гели немного пугают, и так волосы все растворили, только на лице и остались, и непонятно, когда снова отрастать начнут.

Вышел из санузла, провел ладошкой по лысине. Ну и видок у меня теперь, отродясь лысым не ходил, — холодно у нас, даже летом. Интересно, как к нему в банке отнесутся?

Именно в банке. А что? Нейросеть у меня есть? Есть. Под страховку подпадаю? Подпадаю. Вот будьте добры кредит выдать, все пятьдесят тысяч и ни кредитом меньше.

А то мне ненавязчивая опека СБ уже потихоньку напрягать начала. Пока я мылся, мне на нейросеть файлик пришел, а в нем подробная инструкция: как и на какую планету во фронтире мне лететь рекомендовано, к кому подойти… И так далее и тому подобное. Пожелания, можно сказать.

Ну уж нет, ребята, так у нас дела не пойдут, в базовом контракте такого не предусмотрено, поэтому катитесь-ка вы колбаской куда подальше, я уж сам разобраться попробую. Жалко, конечно, что сваливать так поспешно придется, ни поблагодарив толком никого. Но чувствую, если я тут задержусь еще немного, местные чекисты меня в такой оборот возьмут, что о-го-го, мало не покажется.

Заказал флаер до ближайшего отделения Первого Имперского Банка и пошел на посадочную площадку. Пока шел, снова обдумал детали и пришел к выводу о правильности принятых решений.

Местное такси уже ожидало меня возле дверей. Я залез в черную каплеобразную машинку, уселся на покрытое искусственной кожей, по своим свойствам наверняка превосходящим оригинал, сиденье и опустил на себя мягкую, обтянутую тем же материалом противоперегрузочную рампу. Как только она зафиксировалась, флаер сорвался с места и, с ускорением набирая высоту, помчался в сторону ближайшего города.

Это уже второй случай, когда я пользуюсь подобным транспортом, в первый я в эмиграционную службу Центра беженцев мотался. Но тогда я был в таком подавленном настроении, что было не до местных красот, зато сейчас я с интересом глазел на пролегающий подо мной пейзаж. Очень, ну очень похожий на земной. В груди что-то засаднило, на глаза навернулись нечаянные слезы… Увижу ли я Землю еще? Наверное, нет. Поэтому я закрыл глаза и, мысленно представив, что пролетаю над своей планетой, попрощался. Хоть и суррогатно, но все же лучше, чем вообще никак.

В банке меня встретили с распростертыми объятиями. Та же девушка, только не в синем, а теперь в нежно-зеленом платье, пригласила меня в отдельный кабинет, предложила усесться на до неприличия удобный диванчик и упорхнула в раскрывшуюся и тут же закрывшуюся прямо в стене дверь.

Появился робот-официант, придвинул ко мне небольшой столик и выложил на него маленький чайничек и прозрачную кружку с каким-то ароматным травяным напитком. Рядом поставил вазочку с непонятными сладостями. Ничего подобного мне здесь еще видеть не приходилось.

Только я протянул руку, чтобы подцепить кусочек сласти, интересно же попробовать, как дверь в стене снова распахнулась и в комнату проскользнула давешняя девушка в компании с невысоким румяным крепышом крайне банкирской наружности. Девушка выглядела несколько смущенной, зато крепыш расплылся в такой искренней, такой дружелюбной улыбке, раскинул руки, словно желая обнять, как будто перед ним был не я, а как минимум его однояйцевый брат-близнец, пропавший при рождении и вот теперь вернувшийся и кучу бабок с собой притащивший.

— Дорогой наш господин Фил, — коротышка был сама любезность. — Позвольте представиться, я Сем Саллер, управляющий этого отделения.

Я хоть ничего в рот положить не успел, а поперхнулся от такого приветствия. А управляющий тем временем продолжил:

— Произошла какая-то нелепая случайность, — при этом он грозно покосился на девушку. — В прошлый раз вам отказали в кредите, ссылаясь на ваши комплексные показатели и отсутствие нейросети, с крайне тяжелым диагнозом…

Я смотрел на него, даже, наверное, кивал в такт, а сам думал, какие же они все похожие, нет, не люди, люди и так одинаковые из плоти и крови, а банки, корпорации, концерны. Они ведь делают людей такими. Видно же, что управляющий сейчас распинается не от собственного негодования, да ему на меня вообще наплевать, как и на девушку эту. Он распинается оттого, что если я сейчас растрезвоню о том, что мне в кредите ранее, по здоровью, отказали, а сейчас у меня все более чем в порядке, то это нанесет урон репутации банка. А банку это не понравится, конечно, получается его сотрудники, а значит, и сам банк, пусть и в отдельно взятом отделении, недальновиден, а как такому свои сбережения доверить можно. И это только вершина айсберга, какие выводы люди еще сделать могут, то одному Богу известно. Вот и растекается сейчас управляющий в улыбке, обидели вроде как инвалида, а он здоровым оказался, всякие блага суля, только бы никуда это дальше не пошло.