Андрей Буторин – Зона Севера. Сочинитель (страница 10)

– Выходит, что хреновенько его завалили, коль даже ты с пузом своим пролез, – иронично усмехнулся Валентин Николаевич.

– То есть вы мне верите? – даже не стал обижаться на «пузо» Васюта.

– Ты бы не смог подделать записку почерком моего отца. Нет, если бы постарался – может, и сумел бы. Только где бы ты взял образец его почерка и самое главное – зачем?

– Да записка-то ладно, – возразил Сергей Сидоров. – Он ее и здесь мог найти, бумага тут тоже имеется. – «Отец» перевел взгляд на Васюту. – Чем ты стопудово можешь доказать, что пролез из другого мира?

– А то, что я про ваши задницы знаю, – этого мало? – проворчал сочинитель.

– Про какие еще задницы? – насторожился «дедушка». – Я в своем доме непотребств не потерплю, мне «смердящих точек» тоже не надо. Ишь!..

– Успокойся, бать, – остановил его Сергей. – Это он откуда-то про наши родимые пятна знает. Но вот мне все равно этого мало. Сам подумай: дырка между мирами и задница – есть тут какая-то связь?

– Ну, если только образная… – пробормотал старик.

– Да ешки-матрешки, о чем тут трындеть-то? – подала наконец голос и «мама». – Пусть ведет нас к этой дыре и показывает! Я про ту, что в горе́, а не в…

– Я понял где, – перебил ее сочинитель, – только там ее больше нет. Ее с этой стороны тоже взрывом засыпало… Чувак один, из Мурманс… из Романова-на-Мурмане взорвал. В смысле, мужчина. Не совсем, но…

– Не совсем мужчина?.. – насупился «дедушка». То же самое сделал и «отец», погрозив Васюте пальцем.

– Если честно, их было двое… – зачем-то ляпнул Васюта. И быстро воскликнул: – В хорошем смысле, ясен пень!

– И зачем же эти хорошие не совсем мужчины взорвали переход? – прищурилась «мама».

– Один-то был совсем хороший! – замахал руками сочинитель. – То есть совсем мужчина! Хороший совсем мужчина… Тьфу! Вы меня совсем с толку сбили! Это уже лишние детали: кто они, какие и зачем… Тем более они все равно уже снова в Романов ушли. Важно, что перехода больше нет и идти нам туда незачем.

– Допустим, – сказал Сергей Сидоров. – Хотя юлишь ты тут будь здоров, но ладно, на после отложим. А вот сейчас скажи, где тогда кореш-то твой, Андрей Кожемякин? Он ведь тоже сюда пролез? Может, он не такой косноязыкий, как ты, все нам ясно-понятно и расскажет?

– Кожухов, – поправил Васюта. – Андрей Кожухов. Да, он пролез, но потом снова вылез. В смысле, туда, назад залез. Но… – начал он и замолчал, не зная, стоит ли говорить о Силадане. Однако «мама» его оговорку уловила:

– Но что? – и красноречиво перевела ствол «Никеля» с одной его ноги на другую и обратно. – Мы ждем, сыночек…

– Но здесь есть еще один человек из нашего мира, – неохотно признался сочинитель.

– Мужчина? – уточнила Елена Сидорова. – Или тоже не совсем?

– Еще как совсем! Настоящий полковник. В отставке, правда.

– Какого рода войск? – заинтересовался «дедушка».

– Он не из войск. Из полиции, – честно сказал Васюта. – Только он старый уже. Семьдесят пять лет.

– Салага, – хмыкнул Валентин Николаевич. – Мне восемьдесят два. Но и не сильно старый полковник все-таки лучше, чем сопливый пузатик. Ему-то я скорее поверю. Веди нас к нему!

И опять сочинитель оказался в патовой ситуации. Он знал, что Силадан, Олюшка и Светуля отправились через «туннель» на фабрику. Но вести туда сейчас своих «родственничков» он не мог сразу по нескольким причинам. Во-первых, не хотелось раскрывать им наличие самих «туннелей», тем более эта информация все равно бы сейчас не пригодилась – не было «тушилки», чтобы пройти через «светильник». Во-вторых, тогда бы пришлось рассказывать про Олюшку и его с ней отношения, что делать пока совершенно не хотелось и наверняка было бы чревато большими неприятностями. В-третьих, даже если бы удалось дойти до фабрики обычным путем, то там бы уже никого из его друзей не было – для чего им там попусту торчать? – и «папа-мама-дедушка» решили бы, что он их надул, – с очевидными, опять же, для него последствиями.

Но тут он подумал, что после фабрики, не найдя его, сталкеры могли и разделиться. Олюшка наверняка пошла со Светулей в свое Осиное гнездо на Беринга, семь, а Силадан с большой вероятностью отправился к «братцу» Околоту, поскольку он этого изначально хотел – раз, и больше ему тут идти в принципе некуда – два. А с учетом, что Околот здесь в принципе человек уважаемый – как минимум ни с кем не враждующий, – привести к нему «родственников» вряд ли будет для кого-либо проблемой. Стоило, правда, сразу внести ясность в некоторые детали…

И Васюта, приняв окончательное решение, для начала спросил:

– Вы ведь знаете Околота?

– Кто его не знает? – пожал плечами Сергей Сидоров.

– А сам-то его знаешь откуда? – насторожилась Елена.

– Так мы, когда из перехода вылезли, к Монче сразу и спустились, – сказал Васюту сущую правду, не уточняя, что тогда с ними Силадана еще не было, зато был Медок, о котором тоже говорить не стоило – замучаешься с объяснениями. – И первый дом, на который наткнулись, был как раз дом Околота.

– Допустим, – прищурился Валентин Николаевич. – И что? Околот-то тут при чем?

– Так вот этот бывший полковник, – перешел к сути сочинитель, – он как бы тоже Околот… Его двойник как бы. Ну, вот как вы здесь и мои папа-мама там.

– Мы еще ни в каких твоих мам-пап не поверили, – проворчала здешняя «мама». – Доказательств ты еще не предъявил.

– Так это и будет самым крутым доказательством! – просиял Васюта. – Вы сами увидите, что Силадан… так зовут полковника… и Околот – это один и тот же человек! А еще он вам, ясен пень, то же самое расскажет, что и я. Наверное.

– Ага! – вскинулся «папа». – Все же не «наверняка», а «наверное»!

– Так я же не могу за других ручаться. Сами подумайте: припрутся трое незнакомцев с автоматами и скажут: «А ну, говори, из какого ты мира, а то мы тебе ногу прострелим!»

– Не обязательно ногу, – сказала «мама». – Можно и что другое.

– Вот видишь… те…

– Никаких «те»! Никто у нас тут отродясь не «выкает», противно даже.

– Вот и еще одно доказательство, что я не отсюда, – заулыбался сочинитель, но, вспомнив, о чем шла речь, улыбку сразу убрал. – Так вот, очень всех вас прошу: не ведите себя агрессивно. Силадан хоть и полицейский, но человек по натуре добрый и не воинственный. Если его не злить.

– Прям как мы, – хмыкнул «отец». – Мы тоже добрые, коли нас не злить. Но нас еще и чутка больше, чем этих двух стариков… Их там точно только двое?

– Откуда я могу знать точно? – развел руками Васюта. – Я даже не в курсе, там ли Силадан вообще. Но это единственное место, о котором я знаю, где он в принципе может быть…

– Ладно, разберемся на месте, – сказала Елена. – Скажи еще только: чем он вооружен?

– У него были «Никель» и «Канда». Еще он принес из нашего мира пистолет Макарова, но это, скорее, на память, патронов в нем было мало, а здешние не подходят… Но, кстати, вот вам будет веское доказательство – вещь из другого мира! А еще доширак… Не, это не оружие, а лапша быстрого приготовления, но у вас-то ее не делают, так что сразу в наш мир и поверите.

– Хорош же ваш мир, если в него только по лапше верят, – проворчал «дедушка». – Но я с этим полковником не прочь потрепаться о том о сем. И уж точно не ошибусь, если он тот доширак станет мне на уши вешать.

– Идем! – забросила наконец автомат за спину «мама». – Сереж, возьми «Никель» этого… «сыночка», потом отдадим, если все подтвердится, хотя и мало я в это верю. Да, и «микроскоп» тоже захвати на всякий случай – мне чуйка подсказывает, что может пригодиться.

– О! – вскинулся Васюта. – А что это за «микроскоп» такой? Вы ведь меня в него и поймали?

– В него, – усмехнулся Сергей Сидоров. И глянул на жену, как бы спрашивая: рассказать, нет? Та кивнула, и он продолжил: – Мы этот гостинец недавно нашли. Ну, как нашли? Я в него и угодил – думал, бутылка с водой, пить очень хотелось… Он ведь как работает? Кому что сильно хочется – он тем и кажется. Вот тебе чем показался?

– Пакетом сухарей, – признался Васюта, сглотнув слюну. – Я голодный был. И до сих пор, между прочим, голодный.

– Ну, сухарей мы тебе сейчас чутка дадим, – хохотнул «отец», – а опосля тебя твой Силадан лапшой накормит. Но ты ж про «микроскоп» хотел узнать – или перехотел уже?

– Не перехотел. Но сухарей все-таки дайте – буду грызть и слушать.

– Я принесу, – сказал «дедушка».

Он вышел из комнаты и вскоре вернулся с бумажным пакетом, в котором и впрямь были сухари, хоть и в очень скудном количестве. Васюта тут же принялся ими хрустеть, а Сергей рассказал о принципе действия «микроскопа». По сути, это был гостинец-ловушка. Приманивая жертву видом того, чего ей в данный момент очень хочется, он окружал ее непроницаемым полем, одновременно уменьшая в сотни раз. Непонятно, зачем это было самому «микроскопу», но тот, кто им владел, мог таким образом поймать нужного человека, а потом унести с собой, поскольку вес жертвы уменьшался пропорционально размеру. Затем было достаточно лишь перевернуть кверху дном этот гостинец, как действие поля прекращалось, возвращая пойманному прежние габариты.

– Никто такого раньше не находил, – закончил «папа» рассказ. – По крайней мере, мы об этом не слышали.

– А почему «микроскоп»? – спросил сочинитель. – Ведь микроскоп, наоборот, увеличивает как бы.

– Потому что кто нашел – тот и назвал как ему хочется, – проворчала «мама», из чего стало ясно, что она и дала артефакту имя. – Хватит языками трепать! Наелся, «сыночек»? Тогда двинули.