Андрей Буторин – Зеркальный образ (страница 13)
Я направился к ней, как услышал вдруг:
– Левий!
Поискал глазами, увидел синюю «Мазду», из открытой двери которой махал мне Ю-ю. Скромно для начальника Управления. Но все равно тепло и мягко. И я пошел на зов.
– Тебе куда? – спросил Сошеев.
– Домой, – пожал я плечами.
– Да хоть к любовнице, – широко улыбнулся тот, – в нерабочее время можно. Ты адрес скажи.
– Крайняя, семь, квартира восемнадцать, – на автомате ответил я, мысленно чертыхнувшись: бородатая вышла шутка.
Но Ю-ю на квартиру не отреагировал, ему не понравился адрес в принципе.
– Мне как раз в другую сторону, – проворчал он. – Ладно, садись уж.
Ни фига себе! Делает одолжение! Можно подумать, это я его окликнул.
– Зачем же, – сказал я. – Вон, автобусы ходят.
И повернулся было уйти, но Ю-ю позвал:
– Да садись, садись, поговорить надо.
Так бы сразу и сказал, что это ему надо. А то делает из меня… Тьфу ты, и чего я разворчался? Меня начальник покатать собрался, а я недоволен.
Я сел в машину, и мы поехали. Минуты три Сошеев молчал, лишь угрюмо посапывал, крутя баранку. Потом неохотно, выжимая слова, процедил:
– Ты это… Выбрось из головы, что я сегодня тебе… Ну, про Ольгу там, то-се.
– А чего там? Все нормально.
– Вот и пусть. Только ты ей тоже… А ты ей что, кстати, сказал?
– Что ты мне премию выписал, – усмехнулся я.
– Какую премию? – вытаращился на меня Сошеев.
– На дорогу смотри, – сказал я. – А то нам обоим выпишут. Матпомощь на погребение.
– Нет, но с премией я, конечно… это… Ну, как будет там что…
– Слушай, – разозлился вдруг я. – Я тебя за язык не тянул. Сказал, что выпишешь – делай. А то Ольге все расскажу.
Ю-ю крякнул. И пробубнил:
– Вот ведь взял на свою шею! Шантажист…
– Юрий Юрьевич, давай и правда по-мужски дела решать. Ты меня и так уже один раз… обманул.
– Когда это?!
– Я же просил: по-мужски. Тот вопрос мы уже порешали, ладно. Давай теперь этот решим. Что ты мнешься-то? Прямо не можешь сказать?
– Да нет ничего там – ни прямо, ни криво! – с жаром воскликнул он. Ага, значит, что-то есть. – Но ты пойми, раз уж мы по-мужски… Пойми, Левий, она замужем, я женат. Зачем проблемы ей и мне?
– Незачем, – согласился я. – Только я-то тут при чем? Я ведь тебе уже сказал: нет у меня ничего с Ольгой.
– Да я верю, верю! Тут другое. Там же рядом с вами, сам знаешь, восемь ушей.
– Шестнадцать, – поправил я.
– Тем более. И среди них такие… Да все, чего уж там, до которых не надо бы, чтобы это вот… Ну, сам понимаешь. Да и вообще.
– И ради этого ты делаешь крюк?
– Да мне ж не трудно, машина везет, не я. А мне это важно. И ей тоже.
– Можешь спать спокойно, я – могила.
– С кем спать? Да мы еще даже… Ты чего несешь?! Вот так и рождаются сплетни… – Сошеев опять засопел.
– Во-первых, насчет спать – это я в прямом смысле. В афористичном. Так говорят, если ты не знал, когда кого-то успокаивают. А во-вторых, если у вас ничего нет, к чему весь этот пустой треп?
– А вдруг будет? – как-то жалобно, побито глянул на меня Ю-ю. – Я ее люблю.
– А она тебя? – ляпнул я и поморщился: «Куда лезу?»
– Не твое дело, – буркнул он. Значит, нет. И сказал правильно: не мое. А он продолжил, опять просяще: – Но если шум пойдет, это капец. И мне, и ей житья не дадут. И тогда ничего уже точно не будет.
– Понял, – сказал я. – Насчет меня больше голову не забивай. Но премию выпиши. Мужик сказал – мужик сделал.
– Шантажист.
– Да нет. Я в любом случае трепаться не стал бы. Не приучен. – Мы помолчали. – Вопрос можно? Из чистого любопытства, не хочешь – не отвечай.
– Давай.
– Ты чего так орал на Ольгу? В коридоре было слышно.
– Иди в бездну.
– Ладно. А вот, кстати, и моя бездна. Спасибо, приехали.
А потом я впервые увидел своих соседей воочию. Голосистых алконавтов Наташку и Вову. Я только дошел до квартиры и стоял, доставая ключи. И тут раскрылась соседняя дверь. На меня пахну́ло непередаваемым амбре мерзкой тухлятины, застоявшегося, тоже будто протухшего табачного дыма и жутчайшего перегара. Посмотреть туда я не решился, и без того испугался, что меня сейчас вырвет. Я дернул ключи, но те, как назло, зацепились за ткань. И тут я услышал сипяще-клокочущее, словно шум неисправного сливного бачка:
– А-аа! Вот и са-аасед! Весь та-аакой, а-аа! А пызнакомьться?.. А налить зы зныкомьств? Сесть выпть как лю-ууди…
– Как кто? – не удержался я. И глянул-таки на источник сипения.
Ирина говорила, что соседям не больше тридцатника. Но на меня глядело нечто… заскорузло-иссохшее, лилово-сизое, беззубое, с грязной сальной шваброй вместо волос. Существо и так-то было невысоким, но, держась за дверной косяк, скособочилось и казалось вставшей на задние лапы шелудивой дворнягой. Впрочем, не стоит обижать собак.
– Ка… а-аак!.. лю-ууди, – повторило, икнув, нечто.
Я даже не понял, кто это – Наташка или Вова, подробно разглядывать существо не было ни малейшего желания. Да и тошнило уже на полном серьезе.
Я рванул ключи. Ткань треснула, порвалась, но мне было все равно – скорей бы отгородиться дверью от чудовищного бага природы. Или все-таки социума? Неважно, скорее домой!
Но, как уже говорилось, беда не приходит одна. Сзади стеклянно звякнуло, и раздался хриплый басок. Он выдал пригоршню мата с обрывочными вкраплениями слов. Из сей грязной каши я понял, что обладатель баска угрожает мне за… приставание к его… девушке. Он так и сказал: «…ма-аей, б…дь, де-эшке…» Мне стало так интересно, что даже перестало тошнить. Я обернулся. Передо мной с пакетом в руке стоял клон существа из дверного проема. Такое же нечто мелкое, скособоченное, беззубое, лилово-сизое и бесполое. Только вместо швабры на голове морщилась уродливыми коростами плешь.
И вот к этим… к этим… нужное слово не находилось… я недавно рвался вершить справедливость, кого-то собирался спасать?!.. Мне стало жутко. Как же права была Ирина! Какой там нож! Ткни я чуть сильнее вот это вот пальцем, и оно же в самом деле умрет. А мне потом за это сидеть?.. Нет-нет, так нечестно! Так нельзя! Извините…
Наконец-то я провернул в замке ключ и влетел в квартиру, словно выныривая на свет из смрадной клоаки. Захлопнул дверь и услышал:
– Видала, а-аа? Зассал меня-аа!.. Па-аавезло, б…дь, успел с…ть, нах…
Я сполз на пол, сотрясаясь от истеричного хохота. Пиликнул мобильник. Это меня чуть отрезвило. Продолжая всхлипывать, глянул – пришло сообщение: банк открыл мне счет. Какой еще счет? Ах, да, зарплатный же… Я бросил смартфон на тумбу в прихожей. Потом, не снимая куртки, прошлепал на кухню и долго пил холодную воду прямо из-под крана – все казалось, что вдыхая один с этими «лю-уудьми» воздух, я испачкался чем-то вонючим и липким изнутри. Помогло мало. И тогда, вновь натянув шапку, я выбежал из дома, чтобы прочистить легкие вкусным морозным воздухом.
На улице мне полегчало. А вскоре и вовсе стало хорошо, даже улучшилось настроение. Не хватало еще, чтобы оно портилось из-за каких-то спившихся ушлепков. Мне его больше портить нечем?
Если бы не начавший урчать желудок – поужинать-то не успел, – я бы вообще был доволен прогулкой. Легкий морозец и полное безветрие доставляли удовольствие, бодрили и успокаивали. И я решил погулять еще. Час-другой без еды потерплю. А вот так, в удовольствие, побродить по вечернему городу – когда еще соберусь? Да и будет ли он столь благосклонен ко мне, как сегодня? Я поймал себя на том, что начинаю так теперь думать о нем на полном серьезе – пусть не как о реальном живом существе, но как о некой всамделишной, а не афористичной сознательной магической сущности – точно. Ведь все предыдущие события, в случайность которых я больше не верил, очевидно давали понять: город знает обо мне, знает, кто я такой на самом деле… Правда, я и сам еще до конца не осознал, кто же я такой. Неужто я и в самом деле маг – и магический город это почуял? Потому и пытался изгнать меня поначалу. Но теперь… Может, он наконец смирился со мной, принял меня, успокоился? Я мысленно сплюнул три раза. Не знаю, почему это делают трижды, но вообще число три символизирует треугольник, представляющий прошлое, настоящее и будущее. А еще это число роста и развития. Но также неустойчивости и приспосабливаемости. Последние два символа как раз про меня. Очень я сейчас был неустойчив и пытался кое-как приспособиться.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.