Андрей Буровский – Бремя белых. Необыкновенный расизм (страница 9)
В XVI веке Испания и Португалия завоевали, ограбили, разрушили до основания государства Америки. Крупные земледельческие народы индейцев испанцы покоряли и эксплуатировали. Но вот появляется плантационное хозяйство… Почему же ни из Перу, ни из Мексики не ввозят индейцев на плантации?
Ответ получается неполиткорректным: потому что в Центральной Америке водится такая птица – кецаль, или квезаль. Очень красивая птица с ярким оперением: красная с зеленой и желтой головой. У этой птицы есть особенность: она не может жить в неволе. Пойманные квезали быстро погибают и никогда не дают потомства в клетках. У индейцев квезаль был священной птицей. В Гватемале он – символ государства.
Индейцы, как квезаль, долго не жили в качестве рабов. Они бешено воевали при попытке захватить их в плен, а на плантациях жили мало, работали плохо, умирали быстро, детей не заводили. Невыгодно.
Так же невыгодно было завозить в Америку и гуанчей – коренное население Канарских островов. Есть интересные исследования о том, что гуанчи могли быть потомками древнейшего населения Европы. У гуанчей находят характерные черты кроманьонцев, древнейшего населения Европы, – это если уж говорить о людях современного антропологического типа. Исчезнувшую расу, к которой относились гуанчи, называют мехтоидной; носители данной расы населяли Север Африки до начала неолита и были ассимилированы или уничтожены носителями средиземноморской расы[34].
Их было примерно 20–25 тысяч человек, со своими языками, письменностью и цивилизацией на уровне цивилизаций Древнего Востока времен Шумера и Аккада.
Этот первобытный народ очень быстро растворился среди хлынувших на Канарские острова переселенцев из Испании. В 1402 году гуанчи имели счастье увидеть первый корабль испанцев. В 1600 году ученые записали несколько сотен слов на одном из языков гуанчей. Но чистокровных гуанчей больше не было, остатки языка знали нищие и дикие метисы. Сегодня Канары – модный курорт, а гуанчей на Земле больше нет.
В XVI веке они еще были… Но их никто не ввозил в Америку. Ни один гуанч никогда не мотыжил хлопок на плантации.
В английские колонии Северной Америки ввозили рабов… Но притом и белых, и черных. Очень часто в Америку отправляли белых – причем на определенный срок, вместо тюремного заключения. Отбыл свое? И получаешь надел земли, становишься вольным колонистом. Таким же образом и негров часто освобождали после десяти или пятнадцати лет рабства. Особенно часто отправляли за море ирландцев – ну, не любили их англичане, что поделать, вечно они восставали.
Ввозили и белых, и черных с 1620 года, но продолжалась такая межрасовая идиллия всего полвека, до событий 1676 года… У марксистских историков хватает совести называть это «восстанием бедноты» или даже «революцией»…[35] По существу же дела, военные действия в колонии Виргиния шли между двумя родственниками и очень богатыми людьми.
Губернатор Виргинии, Уильям Беркли, был ветераном гражданских войн в Англии, фаворитом короля во время своего первого срока на посту губернатора, драматургом и ученым. О его убеждениях говорит хотя бы такое высказывание: «Я благодарю Бога, что у нас нет ни бесплатных школ, ни печати, и я надеюсь, что у нас не будет этого еще сто лет; учение приносит неповиновение, и ересь, и секты в мир, и клевету на лучшие правительства. Бог хранит нас от этого!»[36]
Натаниэля Бэкона (род. около 1640 г.), двоюродного брата жены Беркли, отец отправил в Виргинию потому, что чрезмерно активный юноша вел себя очень уж буйно. Пусть поживет вдали от впечатлительных соседей, которых он шумно обижал и грабил, да наживет ума-разума.
В Америке Натаниэль сделался плантатором. Колонисты же в это время захватывали у индейцев и осваивали земли между Атлантическим побережьем и Аппалачами. Чем дальше они продвигались на запад, тем меньше это нравилось индейцам. В 1675 году индейцы набежали на удаленные плантации, но колонисты отстрелялись и даже убили несколько индейских вождей.
От губернатора потребовали созвать и возглавить народное ополчение для войны с индейцами. А Беркли не торопился: он торговал пушниной. Беркли запретил торговать с «плохими» индейцами, особенно продавать им оружие, но сам под шумок монополизировал пушную торговлю.
Его родственник Бэкон и многие фермеры, которые занимались этим промыслом на протяжении нескольких поколений, оказались не у дел. Тогда Бэкон за свой счет вооружил несколько сотен человек и потребовал передать ему официальное командование вооруженными силами всей колонии. Сам же он повел свою армию против индейцев. Часть воинов Бэкона были белыми рабами, но вот негры почему-то в его армию не шли, хотя это и был путь к свободе.
Беркли велел арестовать Бэкона. Бэкон призвал к восстанию и захватил столицу колонии, Джеймстаун. Под дулами ружей армии Бэкона Генеральная ассамблея (парламент) колонии Виргиния объявила, что индейцы становятся рабами, а белые получают свободу, друзья же губернатора должны платить налоги, как и все остальные.
Пока шла гражданская война, Бэкон умер от дизентерии, в колонию вошли английские войска, Беркли сняли с должности и отправили обратно в Британию.
Но что характерно, после этой смуты в Виргинии белых рабов уже не было. И позже белых продавали в рабство, но в другие колонии!
Единственный случай самоосвобождения
Негры могли стать свободными и становились – везде, где успешно восставали. Но известен только один достоверный случай такого восстания: революция 1791–1804 годов на Гаити.
В 1789 году, к моменту начала Французской революции, на Гаити жило 500 тысяч негров, 32 тысячи белых и 28 тысяч мулатов. Не менее 20 тысяч негров были лично свободными. Им и мулатам принадлежала треть земли и четверть негров-рабов. Отметим это: существование негров-рабовладельцев и негров-работорговцев.
Не стоит считать положение рабов таким уж катастрофическим: с 1685 года действовал Черный кодекс Людовика XIV. По кодексу негров-рабов нельзя было продавать без семьи, ограничивать их вероисповедание, а владельцы рабов обязаны были их кормить, одевать и лечить.
Религиозную свободу негры понимали очень своеобразно: создали жутковатый, пахнущий поклонением сатане языческий культ вуду, из смешения странно понятого католицизма с верованиями и колдовскими практиками Африки.
В горах Южного Гаити засели так называемые мароны – беглые рабы. По некоторым данным, именно они начали практиковать создание зомби. Кстати! Зомби – вовсе не страшная сказка и не выдумка Голливуда. У некоторых людей по неизвестным причинам после остановки сердца печень может начать перегонять кровь. Интенсивность обмена пониженная, все сложные функции мозга отсутствуют. Зомби – это какое-то третье функциональное состояние организма: ни жизнь, ни смерть.
О зомби и о том, как их делают шаманы – жрецы культа вуду на Гаити, есть вполне профессиональные американские исследования, снят фильм.
Я предоставляю читателю право самому представить себе, какое устройство мозгов нужно, чтобы додуматься до специального создания таких полутрупов и до использования их в политических целях, например для нападений на белых.
В 1751–1758 годах шайка (или повстанческий отряд?) жреца культа вуду, некоего Макандала, или Макандаля, нападала по ночам на фермы и поместья белых. Макандаль, однорукий унган, то есть жрец культа вуду, объединил множество разрозненных банд. Главная идея Макандала была очень проста – поголовное уничтожение белых.
Описывать, что выделывали члены шайки с захваченными им белыми, включая детей, не хочется. Кстати, эта же шайка пыталась делать зомби и из белых. Тупые и совершенно чудовищные зверства Макандала хорошо документированы: следствие велось долго и тщательно. В конечном счете шайку разгромили, а самого Макандала взяли живым при попытке отравить питьевую воду на одной из плантаций. Его сожгли живьем после долгого тщательного следствия.
Современные жалельщики чернокожих не преминут подчеркнуть зверства колонизаторов и плантаторов. Я же со своей стороны скромно напомню: ни один белый никогда не планировал поголовного истребления негров. Шайка же Макандала терроризировала остров добрых 7 лет. Убито было 6 тысяч европейцев, из них не меньше тысячи детей. Этих детей потрошили живыми, на глазах пап и мам, братьев и сестер. Их насиловали, в том числе в задний проход. Их сажали на колья и нанизывали на бамбук, им выкалывали глаза и отрезали языки – еще и для того, чтобы крика не было далеко слышно.
Ловили, судили, приговаривали к смерти и казнили Макандала те, кого и чьих детей он хотел так же убить, но не успел. Сожжение живьем для Макандала – это не жестокость, а милосердная, добрая казнь.
Замечу еще, что действия Макандала и всей его шайки – вполне в духе африканского общества. Эти… ну, будем считать, что эти люди – самые обычные представители своей расы и своей цивилизации.
Но самые интересные события начались в 1789 году – вместе с событиями во Франции. Кошмар Французской революции мгновенно перехлестнул и на Гаити, где принял негритянскую специфику.
Сначала подняли восстание мулаты: потребовали равенства с белыми. Бунт подавили, но в законе приравняли к белым и мулатов, и негров (а мулаты равенства негров вовсе не требовали).