Андрей Буревой – Пустоши демонов (страница 48)

– Проходили мимо и увидели, – зло рассмеялась девушка.

– Ну и демоны с тобой, – пожал я плечами и нанес удар.

Девушка рванулась в сторону, и мой удар, вместо того, чтоб рассечь ей куртку на груди, разрубил плечо. Вскрикнув, она остановилась, и я метнул молнию. Девушка упала на мостовую, а я, не обращая внимания на выглянувших из таверны людей, подошел к магу и, убедившись, что он дышит, нанес пару десятков ударов вблизи тела, истощив этим энергию защитного заклинания. Метнул молнию в дверь таверны и, утихомирив этим людей, начавших выкрикивать угрозы, снял с мага защитный амулет. Не теряя ни мгновения, подбежал к девушкам и ударами меча истощил энергию и их амулетов. Изъяв амулеты, я засунул их в карман и бросился к начавшему шевелиться Гилиму.

– Как ты? – спросил я у него. Услышав в ответ лишь невнятное мычание, я торопливо сказал: – Как оклемаешься, убирайся отсюда. Если вас будут расспрашивать, говорите, что вы мне не друзья и в отряд взяли лишь для того, чтобы добраться до сокровищ.

– Я понял, – пробормотал Гилим. – Это Мэри решила до тебя добраться?

– Нет, – ответил я. – Другие варги с чего-то накинулись. Ладно, прощай, Гилим.

– Светлых тебе дней, Дарт, – сказал Гилим.

Убрав меч в ножны, я побежал к постоялому двору, преследуемый криками видевших мой бой прохожих. Выкладываясь полностью, я пробежал шесть сотен ярдов до постоялого двора и ворвался в конюшню. Мальчишка, присматривавший за лошадями, подскочил с тюка соломы: с таким грохотом я ударился об дверь.

– Оседлай мою лошадь, – велел я и вытащил из кармана серебряный империал. – Если успеешь до моего возвращения, это будет платой.

– Я мигом, господин.

Он метнулся к моей лошади, а я побежал в свою комнату. Ворвавшись в комнату, я кинулся к сундуку, достал из него добытые в пустошах книги, бросил их в дорожную сумку. Схватил сумку и арбалет, побежал на кухню. Набрав во флягу воды и бросив в сумку несколько кусков жареного мяса, я подскочил к ошеломленно взирающему на мои действия мастеру Лиру. Вытащил кошель, отдал мастеру четыре золотых.

– Я съезжаю, – сказал я и побежал на конюшню.

Прицепив сумку к седлу, я забрался на коня и бросил мальчишке серебряный. Поймав монету на лету, он уставился на нее, словно не веря своей удаче. Еще бы: принцы, пожалуй, сюда не забредают. Не от кого здесь ожидать такой платы за мелкую услугу. Хватило бы и дары-другой за его работу, только не бегать же мне по городу, пытаясь разменять деньги, когда дико озлобленные варги вот-вот бросятся в погоню. Так пусть мальчишка порадуется. Тем более что с работой он управился в срок.

Выехав с конюшни, я поскакал к городским воротам, молясь богине удачи, чтоб ничто не помешало мне покинуть город. Распугивая прохожих, я пролетел по городу. Добравшись до ворот, стиснул зубы. Десяток стражников, расположившихся у стены, и закрытые ворота говорили о том, что меня здесь ждали. Подскакав к воротам, я соскочил с коня.

– Откройте, – попросил я стражников.

– Это же тот парень, которого разыскивают, – сказал один из них.

– Сдавайся, – велел мне десятник. – Тебе не выбраться из города.

Стражники сдвинулись и перегородили мне дорогу к отступлению.

Создав заклинание молнии, я метнул ее поверх их голов. Пролетев над головами, молния ударилась в стену и рассыпалась искрами.

– Вы хотите умереть? – спросил я у стражников. – Вам ведь меня не остановить, только погибнете зазря.

– Даже если ты нас убьешь, тебе не удрать, – сказал десятник. – Хоть ты и маг, но засов с ворот тебе в одиночку не снять, а мы тебе помогать не будем.

– Лишь бы не мешали, – сказал я и вытащил меч.

Увидев толстенный деревянный брус, окованный железными полосами, который исполнял роль засова, я только усмехнулся. Подойдя к воротам, тремя широкими взмахами меча прорубил в створке здоровенную дыру. Отшатнувшись от упавшего куска ворот, я метнулся к лошади и, пока стражники не успели прийти в себя и помешать, вскочил на нее и каблуками послал к воротам. Пригнувшись, я выбрался из города через дыру в створке и погнал лошадь к переправе.

По дороге мне удалось успокоить дыхание и немного прийти в себя. Чувство свободы и преодоленной опасности словно окрыляло меня. Никогда еще мне не приходилось испытывать такую эйфорию. Казалось, пожелай – и звезды упадут с неба. Даже от зелья мне не было так хорошо.

Я быстро добрался до переправы и вошел в дом паромщиков. Увидев серебряный у меня в руках, лениво попивающие пиво паромщики встрепенулись.

– На другой берег переправите?

– Так не ходят отряды в пустоши на ночь глядя, – сказал один из паромщиков.

– Так я не пойду, а поеду, – пояснил я. – Переправите меня?

– Ты что, пьян, парень? На кой тебе в пустоши? Садись лучше с нами пивка выпей, – раздались голоса паромщиков.

– Я бы с удовольствием, но мне нужно на тот берег.

– Ну на кой тебе туда? – спросил паромщик.

– Поспорил я, – осенило меня. – Надо мне на тот берег перебраться и на ближайшем холме огонь зажечь.

– И на сколько поспорил? – заинтересовались паромщики.

– Очень на много, – сказал я. – С двумя девушками спор был. Не хотелось бы им проигрыш выплачивать.

– С девицами поспорил? – засмеялись паромщики. – Да мы мигом тебя на тот берег доставим. Если, конечно, жадничать не будешь.

– Серебряный, – предложил я. – А если поторопитесь, то два.

Паромщики быстро выбрались из-за стола и, захватив два фонаря, вышли из дома. Я завел лошадь на паром, и мы отплыли. Споро вращая барабан, паромщики очень быстро переправили меня через реку. Расплатившись с ними, я осмотрел столбы, к которым была прикреплена цепь.

– Сколько стоит новая цепь и столбы? – спросил я.

– Бревна – два серебрака, а цепь – десять золотых, – ответил паромщик.

– Держите тогда. – Я вытащил из кошеля десять золотых и выгреб из кармана пять последних серебряных монет.

– Зачем это? – не поняли паромщики.

– Придется вам новую цепь покупать и бревна, – сказал я. – Потому как я собираюсь их на куски порубить.

– Шутник ты, однако, – засмеялись паромщики. – Как же ты обратно возвращаться будешь?

– А я не собираюсь возвращаться, – ответил я. – Берите деньги и плывите домой.

Один из паромщиков цапнул монеты, и они отчалили.

– Посмотрим, как ты с цепью справишься, – давясь смехом, крикнул паромщик. – На нее заклинание прочности наложено. Теперь ее даже добрый меч оцарапать не может.

– Лучше езжай на свой холм и возвращайся поскорее, – посоветовал другой паромщик. – Мы пока на том берегу посидим.

– Плывите-плывите, – сказал я.

Дождавшись, когда паромщики причалят к другому берегу и закрепят паром, я подошел к воде и одним ударом перерубил цепь. О, какие проклятия на мою голову полетели с другого берега.

Усмехнувшись, я пробормотал:

– Нельзя быть такими недоверчивыми.

Подойдя к вкопанным бревнам, я срубил их почти на уровне земли. Немного сожалея, что нельзя остаться и высказать варгам, когда они сюда примчатся, все, что я думаю о них и их родственниках, забрался на лошадь. Засветив в пяти ярдах перед собой небольшой магический огонек, я направил лошадь в сторону пустошей.

Путь, который пешком приходилось преодолевать почти целый день, занял у меня лишь часть ночи, и еще до рассвета я добрался до пустошей. Когда на лошади ехать стало невозможно, я слез с нее и снял сумку и арбалет. Затем развернул лошадь в сторону Гармина и ударил ее ножнами. Заржав, она рванулась прочь от меня.

Усевшись на камень, я сделал небольшой привал. Перекусил немного, уложил вещи в сумке поплотней, чтоб не болтались на ходу, и двинулся дальше. Уменьшив магический огонек, шел с ним, пока небо не начало светлеть. Эйфория, охватившая меня после схватки, рассеялась, и я стал четче понимать, что нужно делать.

Назад мне ходу нет. Эти зверюки и так злобные создания, а после того как я их проучил, вообще в ярости будут. Тем более меня ищут по всей Элории. Нет уж, попадать им в лапы вовсе не хочется. Придется пересечь пустоши и добраться до Сулима. Далековато топать… А что делать? Придется идти, через Элорию пробраться шансов еще меньше. Хоть по пустошам бродить радости мало, зато цел останусь. А они пусть меня возле Гармина караулят до старости.

Хоть бы они слипа моего нашли и загрызли его со злости. Хоть какая-то была бы с них польза. Хотя нет, я еще три амулета добыл. Неплохая, очень неплохая добыча. Почти полтысячи золотых за один вечер. Удачный вечерок. С такими деньгами, что у меня сейчас есть, только жить и радоваться. И желательно жить не в пустошах, а в каком-нибудь городке. Ничего, доберусь до Сулима, там отдохну по-настоящему. Не пропаду я в пустошах. Демоны не так часто здесь попадаются, чтоб с моей защитой надо было беспокоиться за жизнь. Доберусь, не впервой мне одному по пустошам ходить.

Надеюсь, варги не отыграются за меня на охотниках, они ведь ни при чем. Да нет, не должны. У охотников знакомых, друзей и родственников в городе хватает, есть, кому за них похлопотать. Не станут варги отыгрываться на них только за то, что взяли меня в отряд. Это я здесь никто. Так, знакомый. Исчезни я, и никто не озаботится моей пропажей. Человек-невидимка. Отлавливай и делай что хочешь, никто и не заметит.

Ну ничего, в Сулиме будет спокойнее. Никаких варгов и старых врагов. Отдых, только отдых и никаких приключений. Даже на оставшееся в кошеле золото можно припеваючи прожить до осени. Устроюсь в каком-нибудь городке и буду жить спокойно. Магией серьезнее займусь. Книги надо будет изучить да разыскать какого-нибудь мага, что за деньги меня обучать возьмется. Вот это верный план, магические знания мне край необходимы. Мало того, что, если Мэри меня разыщет, лучше быть как минимум на равных с ней, так и для проникновения в найденный мной замок Древних магические знания необходимы.