Андрей Буревой – Лорд Пустошей (страница 52)

Напрасно он это сделал, напрасно. Пробежав порядка трех десятков ярдов, я сделал вид, что споткнулся и чуть не упал. Со стороны должно было показаться, что чудом устоял на ногах, хоть для этого и пришлось ухватиться за ствол попавшегося на пути дерева. А мне нужно было лишь остановиться, чтобы воплотить наконец свою заготовку. Что я и сделал, разыграв эту сценку. И через мгновение отправил во вражеского мага усиленное «ледяное копье», мелькнувшее как призрачное видение. Только что было здесь, а в следующий миг уже врезалось во вражеский защитный покров, заставив его блеснуть белоснежной вспышкой. Но это не спасло врага, слишком уж сильным оказался мой удар. И в этом не последнюю роль сыграл сам этот маг, пригнавший сюда дождь, что позволяло заклинанию ледяного копья быть более эффективным из-за наличия огромного количества воды. Так что защита врага не спасла – прозрачная сосулька, пробив возникший на пути барьер личной защиты, врезалась в гада и, наверное, пробила насквозь. Жаль, с такого расстояния не разобрать. Только и увидел, что попал в противника и его унесло ударом на десяток ярдов от стоящих рядом соратников.

Проблема с магом, очевидно, была решена раз и навсегда. Даже если ему повезет и он выживет, навредить мне уже не сможет. А вот два десятка врагов еще оставались проблемой. Они не увидели, что приключилось у них в тылу с их главной ударной силой, да и не ждали они магического удара с фланга. Сильно, видать, надеялись на защитный полог. Наивные…

Ревущая огненная стена – жуткое зрелище, особенно когда мчится на тебя, однако при иных обстоятельствах она бы нас не спасла. Но сейчас, когда даже на лугу стояли лужи, так как небесная влага не успевала впитываться в землю, и моросил дождь, это магическое воплощение сферы огня оказалось жуть как эффективно. Огромная скорость и обжигающий жар полыхающей стены сделали невозможное – пробили поглощающий полог. Нет, само пламя исчезло, как и положено, развоплотившись при столкновении с защищающей наших врагов сферой, да только плотный поток пара, созданный огнем, не являлся магическим творением. Он безнаказанно проник под потемневший полог и достиг цели. А от обжигающего пара доспехи защитить не могли.

Ох и ору было… Да еще и Стоун не сглупил – сразу, как развеялся пар, отдал приказ стрелять по смешавшейся группе врагов, пока они были не в силах организованно сопротивляться. И тут дварфовы болты показали себя во всей красе. Стреляя согласованными парами по растерявшимся противникам, пострадавшим от удара разъяренной водной стихии, мои воины начали быстро уничтожать их. Кто не удосужился прикрыться щитом, был обречен – два болта всегда пробивали личную защиту и доспех с расстояния полсотни ярдов. Смотришь только – полыхнули две голубые вспышки возле тела врага, и бац! – он уже валится с ног. Может, не мертвый, а сильно раненный, но все-таки падает наземь.

К сожалению, у нас было слишком мало дварфовых болтов, да и не все выстрелы оказались убойными. Часть болтов угодили в щиты, а пробив, уже не преодолели доспех, некоторые попали не в корпус или голову, а в руки и плечи, что погано, но несмертельно. Да и несколько промахов, похоже, было. Ну и противники тоже не мальчишки – довольно быстро сбились в плотный ком и, прикрываясь щитами, начали поспешное отступление. Причем тех раненых, что могли при поддержке держаться на ногах, с собой потащили. А восемь тел так и остались валяться на зеленой траве, которую почти не запачкала алая кровь. Такова уж особенность дварфовых болтов – обжигать раны.

– Вот и сладилось наше дело, – сказал я Стоуну, когда, подобрав по пути брошенный лук, вернулся к отряду.

– Только дварфовы болты, считай, закончились, – заметил мой осторожный друг. – Лишь у Трис парочка осталась.

– Да ничего, это уже неважно, – успокоил я Стоуна. – Кому тут на нас нападать? Маг либо помер, либо близок к тому, а воинов мы изрядно побили. Восемь убитых да шесть-семь раненых. – И, снимая с более ненужного оружия тетиву, добавил: – В принципе, если бы не неприятность с подложенной статуэткой, поглотившей ваши силы, мы смогли бы преспокойно пленить остатки этого воинства.

– Оно-то так, да этот Винсент – полный урод, – заметил Стоун. – Может собрать оставшихся и опять на нас бросить.

– Кого? У него осталось максимум полтора десятка. А раненых сейчас даже магу в строй не вернуть, так как дварфовы болты – крайне неприятная штука, которую еще нужно вырезать из тела. Да и не верю я, что кто-то способен вдохновить воинов на бой, когда все они видели, а некоторые и почувствовали на своей шкуре, что их ждет.

– А что с телами будем делать? – спросил Нолк, кивнув на лежащих на лугу мертвецов.

– Пусть пока лежат, – решил я. – Может, их соратники не совсем мерзавцы и помнят, что нужно заботиться о погибших товарищах. – И распорядился: – Только щиты нужно собрать и сюда перетащить. Будет дополнительная защита на всякий случай. – Задумавшись на миг, запустил в землю между убитыми воинами «ледяную стрелу» и, увидев, как она расплылась в воздухе перед нами туманной кляксой, довольно протянул: – И предмет с поглощающим пологом заберем, будет достойным возмещением за наши неприятности.

Йорген едва пришел в себя, после того как добрался до своей лошади и хлебнул зелья концентрации из серебряной фляжки, найденной в переметной суме. И зло приказал паре воинов, остававшихся присматривать за лошадьми:

– Быстро принесите сюда Леона.

– Но… – воспротивился было один из людей сэра Винсента, косясь на своего господина.

– Быстро, я сказал! – прошипел Йорген.

Переглянувшись, воины побежали к валяющемуся на лугу телу, до которого почти добралась отступающая от леса группа.

– И руну, руну там возле него отыщите и принесите сюда! – крикнул им вдогонку мужчина.

– И что теперь? – обеспокоенно проговорил Винсент. – Дело-то не сделано.

– Что теперь?! – зло сощурился Йорген и резким движением выдернул из скрытых рукавом ножен узкий матово-черный кинжал с волнистым лезвием и оголовьем в виде миниатюрного человеческого черепа. Вооружившись этим необычным ножом, он шагнул к замершему на месте Винсенту и змеиным шепотом поинтересовался: – Может, ты сам скажешь, как теперь быть? Сдал меня, значит, надзирающим?

– Да ты что, Йорген, спятил? – побледнел отступивший назад Винсент, вмиг позабыв о благородном обращении. – Как я мог нарушить наш уговор!

– Вот уж не знаю как, – скривился Йорген. – Но вижу то, что вижу. Ты заманил меня в ловушку! И спасло лишь то, что не я, а Леон атаковал магией противника! А не передай я ему руну для упрощения ее использования, то именно по мне пришелся бы удар ледяной глыбой! И я бы сейчас валялся там полудохлый! Или вообще расстался с жизнью!

– Но ты сам утверждал, что тебе любой маг по зубам! – попытался оправдаться благородный сэр. – Какая тут может быть подстава?

– Я говорил, что справлюсь с любым магом при должной подготовке! А ты мне солгал! – размахивая кинжалом, возопил Йорген. И начал разоряться, словно сорока: – «Неопытный студиозус»! «Глупый мальчишка»! «Оболтус, ничего не смыслящий в магии»! А вместо этого что? Боевой маг первой ступени?! – С трудом уняв свою злость, он с кривой ухмылкой пообещал своему недавнему союзнику: – Не жди легкой смерти, лживый предатель.

– Клянусь тебе перед лицом всех богов, не подставлял я тебя, – быстро проговорил Винсент, делая еще один шаг назад и с опаской наблюдая за подергивающимся кончиком кинжала в руке Йоргена. – Это просто мальчишка-первокурсник.

– Ты совсем осел, что ли? – остановив свое наступление, спросил Йорген, заподозрив в собеседнике круглого дурака, с которого, как известно, взятки гладки. И убрал свое оружие в скрытые рукавом ножны. – Боевой магией первого круга не владеют даже студиозусы старших курсов. Да что там, немногие маги могут сотворить такие заклинания.

– Так и что? – недоуменно пожал плечами Винсент, вернув утраченную уверенность в себе, после того как ему перестали угрожать непонятным кинжалом, от взгляда на который мурашки начинали бегать по телу. – Свитки, руны, артефакты… Мало ли что у него имеется. Я же предупреждал, что он приятельствует с одним старым магом в Тарине. Вот и снарядился по полной.

– Ты знаешь, сколько стоят две руны первого круга? – фыркнул Йорген, но все же задумался над словами Винсента. – Больше, чем твой замок!

А благородный сэр продолжил:

– Этот Дарт просто мальчишка, я тебе клянусь, Йорген! И раз ты говоришь, что он не мог изучить такие заклинания в академии, значит, у него есть или руны, или какие-то другие магические штуковины. Он ведь, по слухам, в пустошах промышлял, мог добыть что-то из игрушек Древних.

– Такое тоже может быть, – задумчиво проговорил Йорген, потирая подбородок. – Может быть… – И, решившись, пристально посмотрел в глаза Винсенту: – Насколько велико твое желание поквитаться с этой леди и ее защитничком?

– Очень велико, – оскалившись, уверил его Винсент. – Не говоря уже о том, что я не только получу удовольствие, расправившись с ними, но еще и неплохо подзаработаю на этом.

– Тогда пошли одну пятерку назад по дороге, – велел Йорген. – Пусть притащат тех крестьян, что попались нам по пути. И повозку пусть волокут – Леона на ней повезем. – Наткнувшись взглядом на Кайла, осторожно приближающегося к своему господину, поманил его пальцем. И когда тот подошел, приказал, будто тот был его слугой: – А ты бери белый платок и чеши к лесу – проси, чтобы разрешили забрать тела погибших.