Андрей Булычев – Кровь на камнях (страница 29)

Через полчаса вернулся и сам командир роты с гвардейским поручиком.

– Значит, так, господа офицеры, неделя на судах и три дня на знакомства на земле у нас уже прошли. Для притирки этого вполне довольно, дальше времени ждать, когда мы друг другу понравимся, у нас нет! С этого момента, и дальше до прихода в Горную Топоницу, каждый из вас распределяется по егерскому плутонгу. Столоваться и спать вы будете с солдатами и с унтерами. Нам егерям офицерам не зазорно есть из одного котелка с нижними чинами, и спать спина к спине с ними тоже. Вот и вы будете, так же как мы. Можете потом жаловаться на меня хоть в саму военную коллегию, или вызвать на дуэль, но повторяюсь – потом, после выполнения задания. А пока гордость свою умерьте и живите по нашим правилам. Уверяю вас, сытнее и теплее самим же будет. Сил прибавится, и весь отряд наш тормозить не будете. Я всё сказал! Если кому что не нравится – скатертью дорога. Без вас до Ниша дойдем, и задание командования мы выполним. Майор Баранов!

– Я! – с ироничной усмешкой отозвался Сергей Николаевич.

– Ваш плутонг первый. Андреянов, забирайте их высокоблагородие к себе, – кивнул он унтер-офицеру.

– Поручик Резников!

– Здесь! – отозвался гвардеец.

– Кузьма, принимайте своего подопечного, теперь ты лично за его благородие отвечаешь!

– Поручик Брусницкий!

– Ну, я, – нехотя отозвался офицер.

– Емельян Архипович, это, стало быть, за вами их благородие будет.

– Всё давайте, теперь готовьте ночёвку! Завтра на горный перевал двинем, если сегодня плохо отдохнём, то сил не будет идти и придётся на голых камнях всю следующую ночь спать.

Через два дня перевалив через горный хребет, отряд, подошёл к Княжевацу. Здесь начинались уже знакомые по прошлому давнему выходу места. И именно сюда предстояло вернуться егерям для выполнения второй части задания. Два дня Алексей напряжённо думал, прикидывая, как же ему лучше распределить этот отрезок пути и сэкономить силы и время. Предложенный в главном квартирмейстерстве план именно в этой части был слаб. Всё в нём было внатяжку, и любой сбой по времени, сейчас неизбежно бы привёл к срыву второй части задания.

Отведя на последней стоянке в сторону Живана, Алексей объяснил ему свою озабоченность.

– Так, может, ну его, командир, давай прямо сейчас к хутору Слободана завернём. Пусть он вызывает Деяна или самого команданта четы гайдуков. Потом мы пойдём к Топонице, а они все свои силы соберут? – предложил серб. – Да и провиант нам нужен, к нашему возвращению они его как раз и наготовят.

– Не получится, – помотал головой Егоров. – Баранов хоть и показывает полную лояльность в походе, однако жук это ещё тот, я-то его хорошо знаю. Он упёртый и будет до буквы требовать исполнения утверждённого командованием плана, а командование не хочет, чтобы мы до передачи золота с кем-нибудь ещё встречались. Но командование наше далеко, а мы здесь, и вокруг нас турки. Буду корректировать план втёмную, под свою личную ответственность.

– Делай, командир, как надо, ты умный и удачливый. Говори, чем я тебе могу помочь? – Живан вплотную приблизился к Лёшке. – Что сделать нужно?

Наконец Алексей решился:

– Ладно, тогда сделаем так. Живан, ты берёшь с собой пятерых егерей из дозорного плутонга по своему выбору. Сегодня сразу после полуночи вы вшестером выходите тайком из лагеря и следуете к хутору Слободана. Полежите там сутки рядом, и хорошенько всё проверьте. Если будет нужно, то и вторые сутки оглядываетесь, и третьи. Если вдруг вам что-нибудь там не понравится, то сразу уходите в сторону Сврлига. Помнишь, это где мы стоянку в овраге с ручьём делали? За нами следом в Топоницу не идите, чтобы не подвергать риску весь отряд. Если же там, на лесном хуторе всё будет спокойно, то выходи и разговаривай с хозяином. Слободан должен тебя хорошо помнить по тем, прошлым нашим встречам. Скажи ему, что через пару недель к ним на хутор придёт большой русский отряд, и мы хотим объединиться с местными гайдуками для удара по туркам. Можешь рассказать ещё и про то серебро, которое для них прислало наше командование. Уверен, их это всё очень даже заинтересует. Пусть собирают все свои силы, и с нашим приходом мы всё там, на месте уже с их командирами спланируем. Ну и по провианту тоже, конечно, не забудь, сам же понимаешь, у нас в мешках скоро вся походная провизия закончится, одним толканом только будем столоваться.

– Добро, я тебя понял командир, не волнуйся, – успокоил Алексея Милорадович. – К вашему приходу у нас всё будет устроено.

– Надеюсь на вас, Живан. Если всё так, как я планирую, получится, у нас тогда целых три дня в запасе останется. А то мы сейчас в самую натяжку идём, а спешка в наше деле, ты сам знаешь, всегда очень дорого обходится. – Ну ладно, давай друг, удачи вам, будем прощаться с тобой здесь! Лёшка крепко обнял серба.

Глубокой ночью шесть фигур выскользнули из лагеря и пропали в ночи.

– Алексей, а где твой заместитель? – на первом же привале поинтересовался у Егорова майор. – Чернявенький такой, серб, Живан вроде его зовут.

– У него особое задание, Сергей Николаевич. Он с дозорной пятёркой сейчас дальнюю разведку ведёт, а потом они на наш след заступят, чтобы погоню, если таковая вдруг будет, от нас в сторону отвести, – спокойно ответил майору Алексей.

– И что же, когда он нас теперь-то догонит, капитан? Завтра али, может, послезавтра? – цепкие глаза контрразведчика, казалось, словно насквозь прожигают егеря.

– Да не-ет, господин майор, мы его на обратном пути заберём, – покачал головой Егоров. – Да вы не волнуйтесь, зато у нас дальний заслон есть и нам за свой след теперь можно не волноваться.

– Да это тебе, похоже, волноваться нужно, Егоров, – сухо проговорил Баранов. – Мутно что-то у тебя всё. Смотри, если это задание сорвётся, а тем паче в тайнике золота не будет, по всей строгости сам лично будешь отвечать. И твои егеря тут тебе не помогут!

– Да вы, ваше высокоблагородие, никак думаете, что это я Живана вперёд отряда за тем золотом послал? Вы сами-то в своём уме! – Лёшка аж побелел от гнева, глядя в глаза майора.

– Я, капитан, много чего думаю и тебе, кстати, тоже это советую, – процедил тот сквозь зубы. – Я предупредил, а ты меня услышал, и не думай, что только ты один особые инструкции в таком походе имеешь. – Где большое золото – там всегда большие риски. Смотри не ошибись капитан!

– Спасибо за совет, господин премьер-майор! – Лёшка сплюнул и пошёл к своим егерям.

Четырнадцатого апреля отряд вышел к речке Топонице, и уже к ночи был у той заброшенной крепости, где когда-то два года назад ждал начала операции по уничтожению османского фельдъегерского конвоя.

В горном, укромном распадке, заросшем деревьями, ничего с тех пор не изменилось, так же серели в темноте внешние стены, сложенные из крупного природного камня, зияло чёрными проёмами бойниц центральное строение с обвалившимися верхними сводами.

– Ваше благородие, всё там вокруг осмотрели, кроме звериных, никаких более следов мы не нашли, – докладывал Лужин. – В центральном строении, где мы спали, до сих пор старый лапник и верхушки деревьев лежат, из которых мы тогда полевой лагерь делали. Ничего там не тронуто, очаги со старыми костровищами на месте. И это, могилка Зосима тоже цела, даже крест только чуть покосился.

– Добро, – кивнул Алексей. – Рота, выдвигаемся к месту постоя. Похоже, мы до своей половины пути дошли!

Сразу же, на расстоянии версты от распадка были выставлены дозоры. В полуразрушенной цитадели, так же как и два года назад, часть верха перекрыли длинными лесинами, а затем по ним и по бокам натянули пологи. Натащили вовнутрь сухостоя, поправили очаги и разожгли в них костры. Лапник с нескольких сосен пошёл на лежанки. Временное, походное это убежище давало тепло и отдых усталым солдатам.

– Баранов всё это время был словно на иголках. – Нервничает их высокоблагородие, – мстительно думал Лёшка. – Ничего, ничего, пусть немного помается. Рота, выстроившись у могилы Зосима, почтила память погибшего и была распущена для подготовки ночлега. Наконец, все основные дела во временном лагере были закончены, и Алексей подошёл к майору, – Пойдемте, господин премьер-майор, только факелы с собой захватите. Там, в тайнике даже днём сплошная темень.

– Вот здесь пробивайте проход! – Алексей указал пионерам на дальний, внешний участок стены цитадели. Те с удивлением посмотрели на командира, стена здесь выглядела такой же, как и везде – монолитной. Но коли приказ получен, то его нужно было исполнять. Савва Ильин взмахнул киркой и с силой ударил по большому камню. К нему тут же подключился и напарник помора, Михаил Уфимцев.

Бам! Бам! – железо ударило по тесаному камню, высекая искры, и он, чуть шелохнувшись, вдруг открыл узкую боковую щель.

– Расширяйте её, – кивнул солдатам командир.

Савва ударил в указанное место, один, второй раз и наконец, поддев этот огромный камень, словно бы рычагом сдвинул его в бок, а затем, расшатав, протолкнул вглубь открывшегося проёма.

– Алексей просунул вовнутрь свой факел, – Осторожнее, здесь вначале низкие своды, голову не расшибите, когда будете заскакивать! – и первым протиснулся в подвал.

Через несколько минут весь отряд «кладоискателей», состоявший из десяти человек, находился уже возле того места, где и было в своё время зарыто золото.