Андрей Булычев – Балтийский рейд (страница 30)
Собеседники напротив улыбнулись, по достоинству оценив юмор датчанина.
– С командой он пока не знаком, но, как ему кажется, ребята в ней все надёжные и команда у русского господина дружная и опытная. Его пока никто не обижал, в команду его только что приняли, и он познакомился только с капитанами ганзейских коггов. У него есть большая надежда, что его и дальше обижать не будут, да он и сам этого не позволит, всё-таки не мальчик, и под парусами ходит уже три десятка лет.
– Всё верно,–кивнул старший начальник и представился, –Меня зовут Андрей Иванович, я старший во всей нашей флотилии, но, разумеется, подчиняться ты, Фроуд, будешь своему первому начальнику, капитану Михаэлю. Человек он достойный и моряк, что надо, таких ещё поискать нужно. Если кто-то обижать тебя, либо других людей с бывших кораблей датского флота будет, то обращайся напрямую ко мне. Разберёмся. Лишь бы вы все честно служили, моряк. Пройдёт время, и вольётесь в наш коллектив, станете своими, и даже не будете уже представлять, как без всего этого раньше жили. Вам у нас понравится, уверяю! –и он опять дружески улыбнулся рулевому. У меня же к тебе личная просьба, Фроуд, будет. Я хочу нанести визит в тот город, где ты проходил лечение после раны, полученной в бою под Рюгеном. В нём есть королевская тюрьма, где содержат много достойных людей, тех же капитанов с судов, ранее взятых на абордаж. Так вот, могу тебе дать своё слово воина, мы постараемся сделать так, чтобы не причинить вреда ни одному мирному жителю этого городка. Не будем жечь доки и склады, суда в гавани и дома горожан, не будем грабить, убивать и насиловать, как это зачастую бывает при захвате городов. Наша цель только тюрьма. Сухопутных воинов я бы тоже не стал трогать, но по зову своих командиров они возьмутся за оружие, и тут уже, как говорится, я бессилен, с ними нам придётся воевать. Про тюремщиков и защитников замка, сам понимаешь, я уже и не говорю. Если не сбегут, то попадут под меч все. Вот такое предстоит нам дело. С тобой ли или без, но мы его всё равно сделаем. Правда, с тобой это было бы сделать нам гораздо легче. Поэтому я и прошу тебя, как опытного рулевого, о помощи. И ещё, в качестве награды и в случае успеха ты самолично получишь три гривны серебра, огромные деньги, как ты, надеюсь, понимаешь. Если тебе будут помогать люди из бывшей команды, то они тоже будут вознаграждены. Что ты на это скажешь? –и Сотник пытливо вглядывался в глаза Трески.
Тот помолчал, подумал, видно, всё взвешивая, и спокойно ответил.
– Спасибо большому русскому командиру за то доверие, что он выразил простому рулевому. Да, ему бы очень не хотелось, чтобы пострадали простые мирные люди в том городе, где его приветили и вылечили. Насчёт сухопутных солдат, а тем более тюремщиков, он не испытывает никакого волнения. Если всё будет так, как сказал Андрей Иванович, а в его слове он ничуть не сомневается, то он с радостью послужит своим новым хозяевам. И да, он попробует договориться с теми людьми, кого он знает и кому доверяет по прошлой службе. Он думает, что они будут тоже рады быть полезными и хорошо себя показать, вступая в свою новую команду.
Андрей вздохнул с облегчением и протянул руку Фроуду, скрепляя, таким образом, то соглашение, которое они только что тут негласно с ним заключили. Как с души камень свалился, дело всё-таки весьма щекотливое, и помощь этого опытного датского моряка будет им весьма полезной.
Всё было определено и понятно. Нужно было готовиться к продолжению плаванья, проводить учения с воинами, приглядывать за тем, как проходит лечение раненых, и решать все те задачи, которые всегда стоят перед воинским командиром. И вот в этот понятный мужской мир войны, пота, крови и железа вдруг ворвался совершенно другой: цвета солнца, неба, цветочного аромата и весеннего ветра. У ворот русского подворья стояла она! Герцогиня Шведская Марта с сестрой Ингеборгой, как говорится, собственной персоной.
– Андрей! –с традиционной картавинкой укоризненно проворчала старшая сестра и сморщила носик, –Вы уже третьи сутки находитесь во владениях шведского короля и всё никак не соизволите нанести нам визит. Что это? Неуважение к Шведской короне, плохое воспитание, или это всё ваша чрезмерная скромность?
Два голубых бескрайних моря смотрели, пронизывая Андрея насквозь.
«О господи! Ну, за что мне это! Ведь всё было так мило, пока мы не натолкнулись в тумане на этих бедолаг датчан, так увлечённо дорезающих шведов,» –подумал Сотник и глубоко вздохнул. Вопрос был задан, нужно было что-то отвечать, и он выдал первое, что ему пришло в голову:
– Я очень рад Вас видеть, Ваши высочества. Занят был весьма, служба, знаете ли…–и он опять страдальчески вздохнул.
– Ну да, ну да, –произнесла ехидно Марта, –Ваша радость от того, что вы нас видите, вот так и проступает на вашем печальном лице. Тем не менее, надо сказать, что мы очень признательны вам за наше избавление от плена, за оказанное гостеприимство на флагманском корабле и за заботу и лечение наших раненых. Обо всём этом я непременно позже доложу моему царственному брату Эрику и полагаю, что он вас щедро наградит. Вас же я прошу посетить нашу королевскую резиденцию, что находится на этом прекрасном острове. Да! –перебила попробовавшего было что-то вставить Сотника Марта, –Забыла вам сказать, никакие отговорки нами не принимаются! Вы же нехотели нам отказать, Андрей?! Можете с собой взять…мм, с десяток своих людей. И нам хотелось бы видеть среди них нашего главного пажа, этого славного мальчика Митрия, и ещё вашу девицу воительницу Елизавету. Сегодня же, к семи вечера будем вас ждать! –и, одарив очаровательными улыбками Сотника и стоявшего с ним Варуна, парочка упорхнула по своим царственным делам.
– Нет-нет-нет, Иваныч, ты на меня тут даже не заглядывайся, я по этим княжеским пирам не ходок, ты же меня знаешь! Нет во мне нужной обходительности! Да и вообще, у меня сейчас срочный выход в город с десятком Родьки, –затараторил Мефодьич, перехватив на себе оценивающий взгляд командира, и быстренько унёсся в глубь двора.
– Всё сам, всё сам вечно, – проворчал Андрей и пошёл разыскивать Митьку с Лизаветой.
Глава 3. Королевское поместье.
Королевское поместье Готланда располагалось в весьма живописной бухте. Большой каменный замок был окружен рвом, заполненным водой. Преодолеть его можно было, только вплавь или же через дубовый навесной мост, опускаемый на огромных кованых цепях. Стена, опоясывающая внутренний двор и сам замок, была высотой около семи или восьми метров. На самом её верху были зубцы, а по четырём углам стояли башенки с острыми шпилями и бойницами. Кое-где поверх этой самой стены мелькали шлемы воинов, несущих свою службу по охране поместья.
– Одна-ако! –протянул командир обережного эскадрона Тимофей, оглядывая оценивающим взглядом всю фортецию, –Хорошо тут шведы отстроились. Крепким орешком будет, ежели его кто вдруг разгрызть захочет!
– Эх, нашего Онисима бы сюда, –поддержал разговор Климент, –Каждый камень бы тут ощупал, да ещё на зуб попробовал. Ему ведь всякая крепость по душе. А по мне, так лучше степной простор, чем среди таких вот каменюг торчать.
– Крепость эту ещё при короле Кнуте I Эрикссоне ставили, лет сорок-сорок пять назад примерно. Да потом перестраивали не раз уж, поди. Шведы ведь прекрасно понимают, какое важное значение имеет для них этот остров, вот и не хотят выпускать его из своих рук. Ладно, с местными как-то полюбовно у них всё решается. Глубоко они к ним не лезут, привилегии в торговле по всему королевству дают, вот те и рады в составе их государства быть. А тем же датчанам только дай возможность сюда влезть, столько крови гутам и обосновавшимся здесь шведам пустят – мама не горюй! Ну и вынесут, разумеется, все, что только можно с острова! Так что, крепость с гарнизоном тут правильно стоит, и интересы шведской короны она не зря охраняет, –разъяснял своим друзьям и боевым товарищам Сотник, пока они ждали распорядителя перед мостом.
Наконец, все формальности были решены, и Андреевцы в сопровождении почётного эскорта конных королевских латников проследовали в замок. На всём пути на них в упор таращились воины, мастеровые и какие-то люди, как видно, из местной шведской обслуги. Всем было любопытно взглянуть на тех людей, которые вызволили из лап датчан их герцогинь. Да и посмотреть, надо сказать, было на что.
Горели на груди, начищенные по случаю торжественного приёма, награды. Светились на погонах бронзовые звёздочки и лычки. Всё было строго, торжественно и красиво.
– Командир Новгородской бригады Андрей, сын Хвата Ивана, со своими людьми! – торжественно и громко провозгласил герольд, объявляя прибытие гостей.
В большой зале, освещаемой свечами и огромными открытыми светильниками, стояли в виде буквы «П» столы, а за ними уже сидели местные. Людей за столами было около пяти десятков, и все они сейчас во все глаза смотрели на вошедших. С почётного места привстала старшая герцогиня, одетая в красивое синее платье, пошитое из дорогой шёлковой ткани, и гул голосов в зале немедленно стих.
Лезвие меча было длинное и узкое, с глубоким и узким долом и красивым орнаментом у рукояти. Клинок меча заметно сужался к острию, а его расширенная крестовина обеспечивала отличную защиту для рук. Шикарный подарок для любого воина!