Андрей Булычев – Балтийский рейд (страница 24)
– Ну что, цыпочка, поцелуй меня, и ты моя! –захохотал Бьёрн Одно Ухо и протянул свою волосатую, окровавленную лапищу к старшей из девушек.
Шлёп! Раздался звонкий шлепок пощёчины. И оторопевший «медведь» непонимающими глазами уставился на Марту.
– Именем короля Швеции Эрика ХI, как вы вообще смеете приближаться к нам, образины!? –выкрикнула она и выхватила из-за пояса небольшой кинжал.
– А ну дай сюда свою спицу, женщина! –взревел обиженно Бьёрн и попёр вперёд.
– Подожди, Бьёрн! Успеешь ещё! –осадил его Волосатый.
– Кто вы такие? И что делаете тут, на теперь уже моём корабле?
– Этот корабль не твой, наглец, а благословенного короля Швеции Эрика ХI. И вы все ответите за свой разбой, захват этих судов и за убийство людей короля!–воскликнула покрасневшая от гнева старшая сестра, –Мы же Герцогини Марта и Ингеборга, родные сёстры правящего короля Швеции Эрика и дочери первого благословенного святым престолом короля Швеции Эрика Кнутссона! И как я поняла по вашим флагам и весьма грязному выговору, вы плохо воспитанные датчане!? Мы же с сестрой являемся племянницами вашего короля Вальдемара II! –всё это Марта выпалила на прекрасном датском языке, вообще без какого-либо акцента. Ведь в своё время всей их семье приходилось скрываться в Дании от захватившего престол в ходе дворцового переворота Кнута II Хольмгерссона Длинного, и язык своих захватчиков она знала в совершенстве.
Да и вообще Марта была очень образованной и сообразительной девушкой. Вот и сейчас она выбрала ту единственно верную тактику, какая только была возможна в той ситуации, когда разгорячённые после абордажа матросы окружали их на этой скользкой от крови палубе.
Ситуация была весьма не простая. Какими бы отчаянными головорезами не были Гарольд Волосатый и вся его команда, но в дела высшего света им лучше было с головой не влезать. Без этой самой головы можно было тогда запросто остаться. Хотя и показывать свою слабость перед командой капитану тоже не следовало. Вот и сейчас, встряхнув лохматой головой, Гарольд прорычал:
– Рад приветствовать Вас, Ваши Высочества, на корабле короля Дании Вальдемара II «Победоносного», отошедшего под его корону по праву законной военной добычи! Бывшая его команда вела себя очень неуважительно по отношению к моему государю и к его флагу, обнажив своё оружие и пролив кровь его подданных, за что они все теперь и поплатились. Думаю, мой король будет очень недоволен поведением подданных короля Швеции, действующих столь дерзко в его водах. Не бойтесь! Вас тут никто не тронет, но вы проследуете с нами в главную гавань Дании Роскилле, где и будете переданы первым людям нашего государя.
– В качестве кого вы меня тут удерживаете, шкипер? Ещё и собираетесь вывозить в свой Роскилле без моей на то воли!? –гордо вскинув голову, ледяным голосом спросила герцогиня. Если я пленная, так оденьте, как полагается, тогда уже на меня и сами цепи!
– Нет-нет! –нахмурившись, ответил Волосатый, ему очень не нравился разговор с этой настырной и самоуверенной высокородной девчонкой, и он с трудом сдерживался, чтобы только не наговорить ей лишнего, да ещё и при свидетелях. Но нужно было сдерживаться, всё-таки племянницы его короля! И рамки приличия тут стоило соблюдать.
– Вы наши гости и только, –прорычал он, отворачиваясь.
– Тогда высадите нас в Висбю на Готланде, если мы не ваши пленники. Сами же плывите дальше, куда считаете нужным. И советую оставить наши корабли вместе с нами в порту. Вы их захватили незаконно! Мы же на вас не нападали!?
Терпение Гарольда лопнуло и, развернувшись к своему первому помощнику он, покраснев, заорал: «Олав! Уберите их в каюту и закройте там, чтобы я их даже не видел всё оставшееся плаванье. Берём курс на Зеландию, в Роскилле-фьёрд! Всё равно у нас уже пол команды нет после этой битвы с упрямыми шведами. И приберитесь тут! Пройти негде, все палубы завалены трупами!»
– Так, значит, мы всё-таки пленники! –воскликнула Марта, но Гарольд её уже не слушал, он остолбенело, всматривался в расступающийся туман, из плотной молочной кисеи которого, уже разворачиваясь бортом, выходил большой ганзейский когг с Андреевским флагом на мачте.
Сотник стоял на носовой стрелковой надстройке и всматривался в выступающие из тумана очертания двух сцепленных судов. На одном из них виднелся красный флаг с белом крестом, а на другом, чуть меньшего размером, колыхался синий с жёлтым скандинавским крестом.
– Да Ёлки ж с палками! –выругался Андрей, увидев по сути представителей двух схватившихся враждебных русским флотов. Ожидания прийти на помощь возможному союзнику не оправдались, но делать уже было нечего. Весь его отряд растянутым полукругом сейчас стремительно шёл в атаку. И Андрей отдал резко команду стрелкам: «Бей!»
Взревевшая сигнальная труба заглушила щелчки залпа арбалетов и луков, буквально выкашивающих в упор ошалевшего от неожиданности противника.
– Молчан! Всем абордажным партиям бить врага на расстоянии, у нас подавляющее преимущество в стрелковом оружии! На абордаж пойдете только тогда, когда там уже целей достойных не останется. Передай всем своим «Ждать!»
Конструкция ганзейского когга идеально подходила для того, чтобы с него работать дистанционном оружием. Носовые и кормовые надстройки были сильно завышены и представляли собой, по сути, стрелковые башни, ещё и защищённые к тому же сверху зубцами. «Воронье гнездо» – наблюдательная корзина на мачте, также служила для размещения двух, а то и трёх стрелков. И сейчас пять десятков самострелов с «Коня» посылали одну за другой граненую смерть на палубы противника.
Датчане оправились быстро, попробовали было перестроиться, подняв щиты и выставив копья в направлении нападавших, но сцепившие абордажными крючьями и якорями борта русские, по принятым тут правилам боя, мостки не перекинули и в ближайшую схватку не ринулись. А продолжали осыпать врага арбалетными болтами, стрелами и метательными копьями. Один за другим падали на палубу бойцы Гарольда, даже не успев ещё скрестить своё оружие с новым врагом.
Команда датчан была и так уполовинена предыдущим сражением. Её стрелки давно покинули свои посты для грабежа, и противостоять русским, по сути, было уже не кем. И этот голос, отдающий команды, как напоминание о ранах двухлетней давности в том неудачном рейде по внутренним рекам Гардарики! Наконец-то Гарольд понял, с кем он столкнулся тут в открытом море, и его звериное чутье, столько раз вытаскивающее его из бед все эти годы, сейчас буквально возопило: «Спасайся, иначе смерть!»
Скинув шлем, боевые перчатки, сапоги, пояс с оружием и кольчугой на палубу, Волосатый резко отпрянул от падающего, пробитого болтом Олава, и дёрнул за собой Бьёрна Одно Ухо: «Быстрее за мной, образина, или сдохнешь тут же на этой палубе!»
Рывок, и они оба нырнули в холодные воды Восточного моря. Вода в июле тут не превышала 20 градусов, и нужно было поскорее отплыть от места схватки, найти дозорную ладью и постараться скрыться. Сейчас это был единственный шанс уцелеть, и использовать его нужно было по полной!
А с борта флагманского когга, наконец, раздалась команда: «На абордаж!»
И семь десятков русских воинов ринулись добивать редкие очаги сопротивления.
Тактика боя на всех Андреевских судах была одинаковой – максимальное подавление врага на расстояние, а затем уже ближний бой «на добитие». И уже очень скоро схватки на судах затихли. Деморализованные датчане, оставшиеся в живых после двух абордажей и покинутые своими старшим, предпочли лучше жизнь и плен, складывая своё оружие на палубы. Были взяты три больших датских и два шведских корабля. Быстрая дозорная ладья скрылась в тумане на вёслах и, хоть за ней и ринулись в погоню две русских, надежда, что её настигнут, была призрачной.
Сотник шагал по палубе и осматривал лежащих. Русских воинов тут не было, тех нескольких человек, что погибли или были ранены в схватке, уже унесли в лекарские каюты, где их осматривали, а раненым незамедлительно оказывали первую лекарскую помощь. Андрей же надеялся, что и среди врагов будут те, кому ещё можно будет помочь и дать шанс на жизнь.
– Господин майор, там, в кормовой каюте две девицы! Обе прилично одетые и шипят что-то как кошки не по-нашему, злющие уж больно! –доложился взводный судовой рати Святозар.
– Интересно, не зря же говорят, что женщина в море к беде, вот ведь не повезло кому-то, –пошутил Сотник и направился вслед за ним к кормовой надстройке.
– Hur vågar du springa ut i barbararnas ädla människor! Bjödnågondighit? (Как смеете вы врываться к благородным людям, варвары! Вас сюда кто-то приглашал?! – Швед.) Перед Андреем, заслоняя собой другую девушку, стояла высокая голубоглазая блондинка. Её волосы, собранные в тугую косу, лежали на высокой вздымающейся в ритме дыхания груди. Глаза же горели каким-то неистовым голубоватым огнём.
– Что она сказала-то, Михаэль? –Андрей с обескураженным видом обратился к сопровождающему его ганзейскому капитану.
Тот замер на несколько секунд, вздохнул, зачем-то почесал затылок и перевёл всю пламенную речь очень просто, как – баба эта ругается сильно и говорит, что нас она к себе сюда не приглашала. И ей кажется, что ты недостаточно образован, Андреас.