Андрей Бондаренко – Путь к последнему приюту (страница 7)
Вертолёт приземлился примерно в двухстах пятидесяти метрах от подножия крайнего Белого холма.
– Добро пожаловать в пустыню Такла-Макан, – торжественно объявил Громов. – Прошу любить и жаловать. Подхватили, бойцы, вещички, и оперативно прошли на выход. Не теряем времени…
Они выбрались из вертолёта.
«Вполне даже приличное местечко», – с любопытством оглядевшись по сторонам, решил Егор. – «На востоке скромно теплится ало-розовая нитка зари. На северо-западе прихотливо змеится и изгибается светло-серая речная лента. Голубое бездонное небо над головой, в котором – почти неподвижно – висят крохотные тёмные точки. Это, надо полагать, могучие беркуты, высматривающие добычу. Тёплый ветерок ласково перебирает волосы на голове. Совсем рядом – светло-жёлтые холмы с редкими белоснежными прослойками. На склоне крайнего таинственно чернеет прямоугольная дыра. То есть, искомая пещера, ведущая в хвалёные Параллельные Миры. Несколько стандартных пятнистых армейских палаток. Достаточно обычный и невинный пейзаж, короче говоря. Абсолютно ничего страшного и угрожающего…. Да и пахнет здесь просто замечательно – свежестью, колодезной водой и безграничной свободой. Гораздо больше напоминает классическую российскую степь, чем знойную и безжалостную пустыню. Даже буро-зелёная травка наличествует по подножию Белого «пещерного» холма…. Температура окружающего воздуха? На уровне двадцати двух-трёх градусов. Не выше…
– Обманчивое впечатление, – лениво зевнув, в очередной раз продемонстрировал свою прозорливость генерал-лейтенант. – Скоро взойдёт солнышко, тут оно и начнётся. Самое натуральное пекло, я имею в виду. Уже через полтора часа навалится сорокоградусная жара. И ветерок непременно преобразуется – из ласкового и приветливого – в жёсткий и колючий. Что называется, не приведи Бог…. Ага, начальник стационарного поста к нам торопится…
От пятнистых армейских палаток к вертолёту бежал, ловко придерживая ладонью правой руки полевой планшет, широкоплечий «камуфляжник» с «Калашниковым» за спиной. Не добежав до вновь прибывших пять-шесть метров, он остановился и, приняв положение «смирно», приступил к докладу:
– Господин генерал-лейтенант! Пост функционирует в штатном режиме! Никаких происшествий не зафиксировано…
– Отставить, капитан, – небрежно махнув рукой, перебил Громов. – Не зафиксировано – и этого вполне достаточно…. Проводи-ка майора Петрова в палатку. Пусть переоденется, – снял с плеча брезентовый вещмешок и, протянув его Егору, пояснил: – В нём находится обувь-одёжка покойного «засланца», включая исподнее. Смело одевай, всё тщательно продезинфицировано. Причём, так продезинфицировано, чтобы гарь и копоть остались на месте. И с отверстиями от пуль успешно разобрались: одни ликвидировали, другие, наоборот, расширили…. Ну, чего застыл столбом соляным?
– Так, это…. Был же разговор – про синяки и всякие там ссадины. Например, про оставленные шальными пулями, прошедшими по касательной…
– Всё будет, боец. Не сомневайся. И ссадины. И качественные-качественные синяки-фингалы.
– Толстой доской бить будете? – зябко передёрнул плечами Егор.
– Прапорщик Осадчая!
– Я! – браво вытянулась в струнку шатенка.
– Объясни всё клиенту.
– Есть! Не будет, господин майор, досок. Обойдёмся профильными химическими препаратами. Один укол – один синяк…. А со следами от пуль и прочими ссадинами – сложнее. Здесь без специальных хирургических щипцов не обойтись. Извините, но достоверность в таких делах очень важна…. Но не бойтесь, больно не будет. Или почти не будет. Скушаете парочку сладеньких пилюль, снижающих болевые ощущения, и все дела. Да и кровь я вам потом остановлю, словно бы она – сама по себе – уже запеклась.
– Всё понял и пошёл переодеваться…
– Стой, отставной майор, – велел генерал-лейтенант. – Вот, держи, – протянул светлую овальную бляху, украшенную изображением скачущего куда-то всадника. – Это – служебный жетон Странника, изъятый при задержании у твоего «параллельного аналога»…. Кто такие – Странники? Это, как я понимаю, те ребята, которые и шастают – почём зря – по Параллельным Мирам. Получается, что и ты теперь – Странник…. Вот, ещё крестик нательный покойного. Православный и золотой. Наверное, фамильный. Смело носи, боец. И фонарик, принадлежавший «засланцу», бери. Твой он теперь. Пользуйся…
Егор, подсвечивая себе карманным фонариком, неторопливо шагал по пещере и негромко бормотал под нос:
– А Верунчик-то – садистка идейная и законченная. Так меня своими щипчиками отделала. Дрянь хладнокровная и кровожадная. Мымра шатенистая.… Не, там, на земной поверхности, было совсем даже и не больно. А сейчас, похоже, действие обезболивающих таблеток заканчивается. Так щиплет и саднит – мама не горюй…. А это, интересно, что ещё такое?
Он вышел в просторный подземный зал с высоченным сводчатым потолком и, передвигаясь вдоль стен по периметру, принялся вслух (для пущей бодрости духа), комментировать увиденное:
– Светло здесь, даже фонарик не нужен. Выключу, пожалуй. Экономия, как известно, должна быть экономной…. Откуда исходит свет? А от светло-жёлтых прослоек-прожилков неизвестной горной породы, щедро покрывающих стены этого помещения. Идеально-гладкие стены и, попрошу заметить, с рисунками. Вернее, с самым настоящим высокохудожественным панно, выполненным в стиле изощрённого фэнтази.… Как же это они умудрились сделать? Создаётся устойчивое впечатление, что все эти милые картинки нарисованы «изнутри». Или же – снаружи, а потом тщательно покрыты очень толстым слоем идеально-прозрачного лака…. А техника рисунков какая, мать моя женщина-красавица. Современные художники обзавидуются. Каждая деталь старательно прописана, основные пропорции тщательно соблюдены…. Сюжеты? Пожалуй, все эти занимательные картинки и рисунки можно – условно и приблизительно – разделить на три большие группы. Первая – разнообразные птицы и животные. Даже знакомые изредка встречаются: благородные олени с узорчатыми рогами, чёрно-белые аисты, полосатые тигры, длиннющие ящерицы, коварные змеи…. Вот, явно – мамонт: торопится куда-то по своим делам неотложным, а это – упитанная саблезубая тигрица с двумя крохотными тигрятами вышла на променад. Впрочем, и откровенной экзотики хватает: голенастый орёл с двумя сонными головами, пятнистые лошади, только вместо копыт – мощные лапы с длинными острыми когтями, волки с головами очковой кобры, драконы огнедышащие – в немалом ассортименте…. Вторая группа – сплошные воинские баталии. Высокие люди европейской внешности, в непривычных глазу воинских доспехах, сражаются с какими-то плечистыми гномами, с приземистыми кентаврами, с другими людьми, восседающими верхом на огромных остроухих волках. Тут и там мелькают вполне узнаваемые персонажи: хоббиты, орки, тролли, эльфы, иные всякие…. Но третья группа рисунков, несомненно, самая интересная, неожиданная и интригующая. Её основу составляют космические корабли: и классические ракеты, и летающие плоские «тарелки», и пирамиды – трёхгранные, с работающими двигателями, закреплёнными под их основаниями. Правда, попадается техника и попроще: автомобили различного предназначения, самолёты – большие и маленькие, воздушные шары, даже двух– и трёхколёсные велосипеды…. Охренительная и удивительная живопись, короче говоря. А ещё и весьма познавательная…. Ага, вот и коридоры, ведущие – предположительно – в загадочные и таинственные Параллельные Миры. Раз, два, три…, всего семь штук, как мой покойный «аналог» и рассказывал. И где же она, фиолетовая полоса на стене? Красная…. Оранжевая…. Жёлтая…. Зелёная…. Голубая…. Синяя…. Фиолетовая…. Всё, как и полагается…. Стоп, а где же подземный коридор, по которому я пришёл сюда? А нету коридорчика. Пропал, исчез, растворился, испарился. Это, наверное, любезная подсказка такая, мол: – «Обратной дороги, извини, нет. По крайней мере, по этой пещере….». Усвоил, не дурак. Нет, так нет. Перетерпим. Двигаемся дальше. Вдоль каменной стены с широкой фиолетовой линией, понятное дело…
Через сорок пять минут впереди призывно замаячил светлый прямоугольник.
– Так называемый «Свет в конце туннеля», – выжидательно усмехнулся Егор. – Ну-ну, сейчас взглянем – как и что…. Голоса какие-то? Или же кажется? Точно, поют что-то. Суровые такие голоса, с откровенно злыми и воинственными нотками…
Он продолжил размеренно шагать в сторону светлого прямоугольника, растущего прямо на глазах, и вскоре уже смог разобрать слова странной песни:
Глава четвёртая
Или это – колокольчик?
Голоса смолкли.
Трижды сплюнув через левое плечо, Егор вышел из пещеры и невольно зажмурился: яркие солнечные лучи били прямо в глаза.